Повенчанные страстью - Николь Джордан

— Он мертв! — выпалил Адам так хрипло и яростно, что Кэтлин с трудом разобрала слова.

Ей не понадобилось спрашивать, кто мертв: она узнала угольно-черные волосы, так похожие на ее собственные — наследство от матери-ирландки.

Недоверие стиснуло ей горло, она не могла выговорить ни слова, а в голове крутились бессвязные мысли: «Нет! Господи, не надо!… Нет, только не Нил!»

Пошатнувшись, она схватилась за перила и прижала ладонь к сердцу, словно боясь, что оно выскочит из груди от боли, рвущей ее изнутри. Кэтлин готова была упасть в обморок. Она сдавленно застонала. Все это походило на кошмарный сон. Неужели она видит окровавленное, безжизненное тело брата? О Господи, нет!

Она вдруг ощутила, что плачет: слезы скатывались по щекам, жгли, как кислота, забивали горло. Ее застывший, безумный, затуманенный взгляд остановился на отце.

— Что… — Это слово вырвалось хрипло и неуверенно. С трудом дыша от невыносимой тяжести в груди, она сглотнула и начала заново: — Что… случилось?

Адам резко вскинул голову и уставился на нее. Его покрасневшие глаза вдруг вспыхнули яростью.

— Джейк Маккорд, вот что! Это ублюдок убил твоего брата!

— Нет! — хрипло выдохнула она. — Не может быть!

— Нет, может, черт побери! Он застрелил безоружного человека не моргнув глазом! А все из-за тебя!

Мертвенно побледнев, она недоверчиво покачала головой. Ее отец обезумел от горя, узнав о смерти единственного сына. Он был готов обвинить кого угодно и что угодно, даже давних врагов, даже собственную дочь.

— Этому я не верю. Джейк никогда бы не…

— Есть свидетели. Коротышка и Плачидо были там.

С застывшей на лице гримасой боли Кэтлин медленно повернулась и уставилась на двух других всадников. Коротышка Дэвис слабо усмехался. Кэтлин всегда недолюбливала этого жилистого, видавшего виды пастуха, несмотря на то что отец доверял ему больше всех. Рядом с Коротышкой Кэтлин всегда охватывала тревога, а его ухмылки вызывали отвращение. Кэтлин вздрогнула, заметив удовлетворенное выражение на загорелом, продубленном солнцем и ветром лице Коротышки.

— Это правда, мисс Кингсли. Ублюдок Мак-корд пристрелил его. Нил опомниться не успел.

— Не может быть! Неправда! Ты лжешь!

От покровительственной усмешки Коротышки ее едва не стошнило.

— Это было убийство. Если не верите мне, спросите Плачидо.

Кэтлин стремительно повернулась ко второму всаднику, умоляюще вглядываясь в его лицо. Черноволосый баск Плачидо Флорес был одним из самых опытных пастухов, присматривающих за отарами Кингсли. Кэтлин знала его с детства, когда Плачидо учил ее ухаживать за новорожденными ягнятами. Уж он-то не должен солгать!

— Плачидо, это неправда, — прошептала она. — Джейк Маккорд не убивал моего брата.

Минуту пастух-баск сидел неподвижно, бледный и молчаливый, пробуждая в Кэтлин робкую надежду.

— Правда, сеньорита. — Он отвернулся, но Кэтлин успела заметить слезы в его глазах и уловить дрожь в голосе. — Все было так, как говорит ваш отец.

— Ты сам видел?

— Да, я был там.

У Кэтлин подкосились колени, она схватилась рукой за перила, боясь упасть. «Нет!» — отчаянно кричала ее душа. Человек, которого она любила, не мог убить ее брата. Но чем она могла доказать это?

Дрожа всем телом, она покачала головой.

— Но зачем? Зачем он это сделал?

На вопрос ответил Коротышка, в голосе которого промелькнула торжествующая нотка.

— Нил велел ему не распускать свои грязные лапы, а Маккорд не потерпел, чтобы ему приказывали, и потому вытащил револьвер и затеял стрельбу…

Адам Кингсли резко прервал его, устремив гневный взгляд на Кэтлин.

— Твой брат пытался защитить тебя — вот и все, черт возьми!

Кэтлин не поняла слов отца.

— А Джейк… где он? — Она должна была поговорить с ним, выяснить правду.

— Сбежал, — сообщил Коротышка. — Удрал в горы.

Отец стиснул в ярости кулаки.

— Но я выслежу его, клянусь Богом! Я подниму полицию, что бы там ни говорил этот щенок маршал. Я еще увижу, как Маккорда вздернут!

Кэтлин снова покачала головой, едва понимая происходящее. Потрясение и горе сковали ее тело, вызвав в нем оцепенение, и затуманили мысли. Кэтлин смутно сознавала, что ей следует попытаться утешить убитого горем отца. С трудом передвигая ноги, она спустилась по ступенькам и протянула руки к отцу, к неподвижному телу Нила.

Но отец вздрогнул и отпрянул, вцепившись в труп сына мертвой хваткой.

— Убирайся прочь, черт бы тебя побрал! Не смей прикасаться к нему! Распутница! Ты ничем не лучше шлюхи!

Кэтлин застыла с протянутой рукой: слова отца ошеломили ее и ранили в самое сердце.

— Я все про тебя знаю, шлюха! Предательница! Это ты во всем виновата! Если бы ты не завела шашни с этим ублюдком, мой сын был бы еще жив.

— О чем ты говоришь? — сумела выдохнуть Кэтлин.

— Твое распутство вынудило Нила выследить этого кровожадного ублюдка. Нил пытался только защитить тебя.

Кэтлин поднесла дрожащую руку к виску. Защитить ее? Неужели Нил узнал о ее встречах с Джейком? Неужели пригрозил Джейку и погиб, защищая ее честь? Туман сменился ужасающей ясностью мыслей. Ее брат совершил благородный поступок, но было немыслимо думать, что он погиб из-за нее.

В немом потрясении она следила, как Адам протягивает тело сына одному из молчаливых работников, а потом спешивается. Отец внезапно стал выглядеть старше своих сорока восьми лет. Его сильные руки дрожали, когда он вновь принял труп сына и повернулся, чтобы унести драгоценный груз в дом.

Но едва Кэтлин попыталась последовать за ним, Адам вдруг круто повернулся к ней.

— Нет, тебе не место в моем доме! Проваливай! Убирайся ко всем чертям с моих глаз! Ты больше мне не дочь, слышишь? Будь ты проклята!

Услышав эти страшные слова, Кэтлин попятилась, зажав ладонью рот — стон боли и отчаяния готов был сорваться с ее губ. Отец скрылся в доме вместе с телом Нила, а она все продолжала стоять, не в силах пошевелиться.

Неожиданно Кэтлин почувствовала мягкое прикосновение руки к плечу. Плачидо уже спешился и теперь печально смотрел на нее черными глазами, переполненными горем и тревогой. Остальные работники занялись привычными делами.

— Сеньорита, с вами все хорошо? Хриплый стон вырвался из груди Кэтлин. Нет, ей больше никогда не будет хорошо, никогда в жизни! Ее брат мертв, и виновата в этом только она. Нил ошибался, считая, что она нуждается в защите, и погиб, пытаясь уберечь ее. Следовало сказать ему о Джейке заранее, следовало объяснить, что она влюблена в их врага.