Обретенная любовь - Бренда Джойс

Да что с ней такое творится?

Наконец она вспомнила о правилах приличия и отстранилась от него. Улыбка Алексея стала еще шире. Элис же поняла, что теперь пылают не только ее щеки — грудь тоже вспыхнула огнем.

— Здравствуй, Алекси. Никогда не слышала о чае сорта пеко, — произнесла она, поднимая подбородок.

— Это неудивительно. Никто не мог получить первый сбор — за исключением меня, разумеется, — похвастался он, скользя взглядом по вырезу ее платья и снова сосредотачивая внимание на глазах.

Элис не могла бы с уверенностью сказать, что сейчас произошло. Внезапно ей стало интересно, считает ли ее Алексей красивой, подобно другим кавалерам?

Девушке потребовалось мгновение, чтобы прийти в себя.

— Я не сомневаюсь, что ты привез самый лучший чай. — Внезапно лишившись присутствия духа, она чуть слышно добавила: — Я не знала, что ты возвращаешься. Когда ты прибыл домой?

— А я думал, Ариэлла послала тебе записку прошлой ночью, — с подчеркнутой медлительностью произнес Алексей, и Элис поняла, что он разгадал ее обман. — Мой корабль вошел в ливерпульский порт три дня назад, а домой я вернулся прошлой ночью.

Он спрятал руки в карманы куртки, но не вернулся к ожидающей его компании.

— Удивительно, что ты вообще решил навестить семью, — ответила Элис, надув губы.

Алексей странно на нее посмотрел — она не поняла, что означает этот взгляд — и поднял ее руку:

— Так ты не носишь кольца.

Элис отдернула руку. От прикосновения молодого человека сердце ее неистово заколотилось в груди.

— Пять очень достойных джентльменов делали мне предложение, Алекси. Но я всем отказала.

Он прищурился:

— Если эти джентльмены такие достойные, как ты говоришь, зачем же ты это сделала? Если память мне не изменяет, ты намеревалась выйти замуж к восемнадцатому дню рождения.

Да он насмехается над ней! Или нет? Алексей улыбался, но смотрел в сторону.

— Возможно, я передумала.

В глазах его вспыхнули искорки.

— Хм, и почему меня это не удивляет? Ты стала романтичной особой, Элис? — Он рассмеялся. — Ожидаешь истинную любовь?

— А я уже и забыла, какой ты невозможный тип! Конечно же я романтична — в отличие от тебя!

Поддразнивание Алексея было очень привычным и безопасным.

— Я знаю тебя с детства. И вовсе ты не романтична, а просто очень любишь флиртовать!

Теперь Элис разозлилась не на шутку.

— Все женщины так поступают, Алекси, — если, конечно, они не старые, толстые или совершенно уродливые!

— А ты все так же жестока. Склоняюсь к мысли, что ни у одного из твоих воздыхателей нет необходимых качеств, чтобы стать твоим мужем. — В глазах его плясали веселые чертики. — Не нацелилась ли ты на герцога? Или, возможно, австрийского принца? Это будет очень выгодный союз! Не выступить ли мне в роли свахи? Я знаком с одним или двумя герцогами!

Элис решила, что Алексей, конечно, шутит.

— Ты меня совсем не знаешь. Я оченьромантичная натура. Нет, тебе незачем выступать в роли свахи.

— Неужели? — Теперь молодой человек посмеивался в открытую. — Мы же хорошо знаем друг друга, Элис. И не притворяйся, что это не так. — Он взял ее за подбородок. — Я разозлил тебя, да? Я всего лишь поддразниваю тебя, милая.

Элис ударила его по руке:

— Это ты умеешь! Ничего не изменилось! А я уж и забыла, как тебе нравится приводить меня в бешенство. Тебе что, поговорить больше не с кем? Я слышала, у тебя женщина в каждом порту.

— Джентльмен не станет распространяться о своих любовных похождениях, Элис.

— Твоя репутация всем известна.

Элис нахмурилась. В действительности ей было интересно, в самом ли деле у Алексея в каждом порту имеется любовница? Она не понимала, почему ей это небезразлично, но не могла вести себя по-иному.

Он снова взял ее за подбородок:

— Отчего ты хмуришься? Разве ты не рада меня видеть? — Он заговорил тише: — Ариэлла сказала, что ты беспокоилась, как бы я не сгинул в Китайском море.

Элис глубоко вздохнула, злясь на свою подругу. Она не могла понять, что означает тон Алексея.

— Ариэлла заблуждается. С чего бы мне о тебе беспокоиться? Я очень занята. Я только что вернулась из поездки в Лондон и Париж, Алекси. В модных магазинах не принято говорить о сортах чая или тайфунах!

— Или обо мне? — спросил он с серьезным выражением лица, но изо всех сил сдерживая смех. — Все вокруг обсуждают торговлю с Китаем, Элис. Это же целый новый мир. Ост-Индская компания, вероятно, не сумеет долго удерживать Китай в кулаке, а Китаю, в свою очередь, придется открыть свои порты для иностранцев.

— Мне дела нет до Китая, беспошлинной торговли или тебя самого, — раздраженно ответила девушка, понимая, что это явная ложь.

Алексей ведь был ее другом с детства — и останется им навсегда.

— Боже, сердце мое навеки разбито. — Молодой человек слегка улыбнулся. — Нам обоим известно, что ты вовсе не безразлична к моим путешествиям — ты же дочь своего отца.

Она скрестила руки на груди, привлекая внимание Алексея к вырезу своего платья. Перехватив его взгляд, Элис очень удивилась, несмотря на свое первоначальное намерение показать Алексею, какой взрослой она стала. Все же она сумела продолжить разговор:

— Ты и дальше станешь работать на Ост-Индскую компанию?

— О да, я возвращаюсь в Китай. После моего последнего удачного плавания я рассчитываю получать свыше пяти фунтов за тонну, Элис. Однако ходят слухи, что компания скоро лишится монополии.

Итак, он снова отправляется в море.

— А когда ты вернешься на этот раз?

Молодой человек ухмыльнулся:

— Значит, тебе все же не все равно! Ты будешь скучать по мне!

— Некогда мне будет по тебе скучать — придется отгонять поклонников.

— А вот теперь ты действительно разбила мне сердце.

Элис задрожала от волнения. В действительности она станетпо нему скучать, вероятно, потому, что он так долго отсутствовал. Она успела позабыть, как нравилось ей общество Алексея — даже его ужасные поддразнивания. И он обо всем догадался.

— Когда ты следующий раз уйдешь в море? — услышала Элис собственный голос.

Лучшее время для отплытия в Китай — лето, а сейчас только конец марта. Однако девушке с трудом верилось, что Алексей целых два месяца проведет в сельской местности, ведя праздный образ жизни.

— Значит, ты все-таки скучала по мне, — быстро произнес он, пронзая ее взглядом.

Элис облизнула губы, упрямо отказываясь признавать очевидное. Алексей склонился к ее уху и прошептал: