Кто чей сталкер? - Tommy Glub

Стоп.

— Может, просто поговорим? — предлагаю, чтобы прервать эту пытку. — Нормально. Без игр.

— О чем? — спрашивает Арс. — О том, как ты на прошлой неделе обосрал мой проект на предзащите?

— Твой проект был говном, и ты это знаешь.

— Да пошел ты...

— Пожалуйста, — Ника смотрит на нас умоляюще. — Пожалуйста, не начинайте снова.

И я затыкаюсь. Потому что она права. И потому что когда она так смотрит, я, кажется, готов сделать что угодно.

Еще семь часов. Семь часов рядом с девушкой, которая пахнет ванилью и краснеет от взгляда. Семь часов пытаться не думать о том, какая у нее мягкая кожа и как бы она покраснела, если бы я...

Блять.

Это будет самая длинная ночь в моей жизни.

5 глава

Артем

Не знаю, как Беляев это сделал, но через полчаса мы все-таки сидим в кругу, только уже на полу. Аварийная лампочка мигает, создавая странную атмосферу — то видно лица, то все погружается в полумрак. Как в каком-то дешевом хорроре.

— Ну что, начнем? — Арс крутит пустую бутылку из-под воды. — Ника, ты точно не против?

Она пожимает плечами, обнимая колени. В полумраке ее глаза кажутся огромными.

— Ладно. Но только по честному.

— Договорились, — киваю.

Бутылка вращается, останавливается на мне. Конечно. Беляев ухмыляется:

— Правда или действие, хакер?

— Правда.

— Скучно, но ладно. Когда ты в последний раз целовался?

Серьезно? Что мы, в восьмом классе?

— Два месяца назад, — отвечаю честно. — Твоя очередь крутить.

Вижу, как Ника удивленно на меня смотрит. Что, думала я вообще не целуюсь? Обидно.

Кручу бутылку. Указывает на Нику. Она напрягается.

— Правда или действие?

— Правда, — выдыхает она.

Хочу спросить что-то нормальное, безобидное, но Беляев меня опережает:

— Ты…

— Эй, это не твой вопрос!

— Да ладно тебе, — машет рукой. Но я быстрее спрашиваю, чтобы он ничего лишнего не ляпнул:

— Ника... Почему ты всегда сидишь одна в столовке?

Тишина. Лампочка мигает, и на секунду ее лицо полностью погружается в темноту.

— Потому что... мне так комфортнее. Не люблю пустые разговоры.

— Но это же одиноко, — вырывается у меня.

— Одиночество и уединение — разные вещи, — тихо отвечает она и крутит бутылку.

Попадает на Беляева. Он, конечно, выбирает действие.

— Сними футболку и сиди так два круга, — говорит Ника, и мы оба в шоке смотрим на нее.

— Воу, — присвистывает Арс. — Не ожидал от тебя, тихоня.

Но снимает. Конечно снимает. Понтуется своими кубиками пресса. Я закатываю глаза. Хотя Ника, кажется, смотрит в пол.

Следующий круг. Бутылка указывает на меня. Ника спрашивает:

— Правда или действие?

— Действие, — решаюсь. Не хочу выглядеть трусом после Беляева.

Она задумывается, кусая губу. Потом в полумраке я вижу, как она улыбается. Коварно так.

— Расскажи самый нелепый комплимент, который ты когда-либо говорил девушке.

Блять.

— Это не действие, это правда!

— Нет, действие — рассказать. С интонацией и жестами, как было.

Беляев ржет. Сука.

— Ладно, — вздыхаю. — Первый курс. Сказал девушке из параллели: "У тебя глаза как два оператора сравнения в коде — всегда возвращают true, когда я на них смотрю". Она ничего не поняла и назвала меня придурком, толкнув в плечо.

Тишина. Потом Ника начинает смеяться. Тихо, прикрывая рот рукой, но смеяться. И это... черт, это красиво. Даже Беляев ухмыляется.

— Боже, Аверин, это ужасно, — выдавливает она между смешками.

— Эй, она потом все же оценила! Мы потом месяц встречались!

— Месяц? Удивительно, что продержалась так долго, — фыркает Арс.

Кручу бутылку со злостью. Попадает на Нику.

— Действие, — говорит она неожиданно.

Беляев оживляется:

— Сядь на колени к Аверину на минуту.

Что?!

— Это мой ход, придурок!

— Да ладно тебе, не ссы.

Ника смотрит на меня в полумраке. Не могу разобрать выражение ее лица.

— Я... я лучше правду тогда.

— Нет-нет, — Арс качает головой. — Уже выбрала.

— Беляев, не дави на нее, — рычу я.

— Все нормально, — тихо говорит Ника и... встает.

Подходит ко мне. В темноте спотыкается о чью-то сумку, я инстинктивно подхватываю ее за талию. Тонкая. Теплая. Пахнет ванилью и еще чем-то сладким.

Она неловко садится боком на мои колени, явно стараясь минимизировать контакт. Но все равно чувствую ее вес, тепло. Она дрожит слегка.

— Холодно? — шепчу.

— Н-нет.

Минута тянется вечность. Беляев что-то говорит, но я не слышу. Слышу только ее дыхание. Чувствую, как бьется пульс на ее шее. Руки не знаю куда деть — одна на ее талии, вторая упирается в пол.

— Время, — объявляет очень нетерпеливо Арс, и она практически спрыгивает с меня.

Возвращается на свое место. Лампочка мигает, и на секунду вижу, что она вся красная.

— Моя очередь, — Беляев крутит бутылку. Попадает на себя. — Крути ты, Ника.

Она крутит. Снова на него.

— Правда.

— У тебя есть девушка? — спрашивает она тихо.

— Нет. Но есть несколько кандидаток, — он подмигивает ей.

Мудак.

Следующий круг становится жестче. Беляев спрашивает меня про самый большой провал с девушкой. Рассказываю про то, как позвал одну на свидание в компьютерный клуб. Ника спрашивает Арса, почему он такой самоуверенный. Он отвечает что-то про "жизнь слишком коротка для комплексов".

Потом бутылка снова на Нике. Она выбирает правду.

— В кого ты влюблена? — выпаливает Беляев раньше меня.

Тишина. Сердце почему-то начинает колотиться быстрее.

— Ни в кого, — отвечает она.

— Врешь, — Арс наклоняется вперед. — У тебя есть кто-то на примете.

— Нет.

— Есть. Вижу по глазам.

— Беляев, отстань от нее, — вмешиваюсь я.

— Что, боишься услышать мое имя? — ухмыляется он.

— Да пошел ты...

— Это правда, у меня никого нет! — почти кричит Ника. — Просто... есть человек, который мне нравится, но это глупо и безнадежно, и я не хочу об этом говорить!

Встает резко, идет к окну. Спотыкается в темноте, чертыхается. Первый раз слышу, как она ругается.

— Ника... — начинает Беляев.

— Не надо. Просто... давайте закончим эту игру.

Но настроение уже испорчено. Сидим в темноте, молчим. Лампочка мигает, создавая странные тени на стенах.

Интересно, кто этот парень, который ей нравится? И почему я так хочу, чтобы это был не Беляев?

Смотрю на нее — силуэт у окна, обнимающая себя за плечи. Хочется подойти, обнять, сказать что-то утешительное. Но я не двигаюсь. Потому что понимаю — я начинаю влипать.

В девушку, которая любит кого-то другого.

В тихоню с серьгами-звездочками.

В ту, что пахнет ванилью и краснеет от одного взгляда.

Блять…

6 глава

Ника

Стою у окна и чувствую, как комната начинает плыть. Нет, только не сейчас. Только не при