Первый поцелуй - Кейт Хьюит

Калила попыталась представить себе свою высокую, стройную, светловолосую мать в широком блестящем балахоне, который только что надевала она. Какие чувства испытывала Амелия? Была ли напряжена и скована, как Калила? Или для нее это была просто красивая национальная вещь?

То, что ее мать вышла замуж за ее отца по любви, Калила знала. «Так почему, – думала она, лежа в постели и глядя в потолок, – я не могу поступить так же?»

Она проснулась, когда солнце уже садилось. Из-за занавесок дул ветерок, приятно холодя кожу.

Калила встала и подошла к окну. Солнце было похоже на раскаленный оранжевый шар. В наступавших сумерках были видны последние, угасающие лучи. Яркие, насыщенные цвета заката, чистый прозрачный воздух – это было, пожалуй, единственное, чего ей не хватало в Англии.

Взгляд на часы заставил ее поторопиться, чтобы успеть приготовиться к ужину. «И я уж позабочусь о том, – решила Калила, – чтобы девушка, которая предстанет перед принцем Аарифом за ужином, не имела ничего общего с той особой, которую он видел днем».

Сначала Калила тщательно умылась, а затем долго лежала в ванной, чтобы избавиться от запаха жасмина и сандалового дерева. Она все сделала, чтобы от нее исходил лишь слабый запах мыла.

Из одежды она выбрала простое – по западным стандартам – короткое платье для коктейля бледно-лавандового цвета. Калила надела туфли в тон, а волосы собрала в простой узел. Из макияжа она использовала только блеск для губ.

Сделав глубокий вдох и не переставая удивляться, почему ее вдруг охватило волнение, Калила вышла из спальни.

Принц Аариф уже находился в небольшой столовой, в которой обычно собирались по неофициальным случаям. В руках у него был бокал.

Калила замерла на пороге, обнаружив стол, накрытый на троих. Ее взгляд переместился на принца, стоявшего у окна. Он был один.

Сегодняшняя встреча с принцем Аарифом не вызвала у нее каких-либо чувств лично к нему – Калила о нем почти не думала, когда покинула тронный зал. Ее мысли главным образом занимал Закари, пославший вместо себя брата.

Однако сейчас, пользуясь тем, что Аариф стоял к ней спиной, Калила позволила себе рассмотреть его внимательнее, с толикой любопытства. На принце был серый костюм, который замечательно сидел на его высокой, поджарой фигуре. Он выглядел совсем иначе, чем днем, когда на нем была традиционная одежда, – более простым и доступным, что ли…

Словно почувствовав ее присутствие, принц Аариф резко повернулся. Калила задержала дыхание, увидев его лицо. Губы принца изогнулись в приветственной улыбке. Вместе с ней изогнулся и ужасный шрам, пересекавший его щеку. Несмотря на улыбку, что-то в его фигуре наводило на мысль, что на самом деле он не так спокоен, как хочет казаться.

Калила через силу улыбнулась:

– Добрый вечер, принц Аариф.

– Принцесса, – склонил он голову.

Калила вошла в столовую, вдруг осознав, что они одни. Впрочем, неподалеку находились слуги, а ее отец должен был появиться с минуты на минуту.

– Надеюсь, вы хорошо провели день, – вежливо сказала она, но даже для нее самой ее голос прозвучал фальшиво.

Рот у Аарифа дернулся, и это совсем не походило на улыбку.

– Грех жаловаться, – подтвердил он, делая глоток. – Не хотите выпить?

В ту же секунду в столовой возник официант. Калила попросила его принести стакан фруктового сока.

– Боюсь, я вас не помню. – Калила улыбнулась извиняющейся улыбкой. – Вы, должно быть, младший брат Закари, но, насколько я помню, семья у вас большая.

– Да, кроме меня, еще есть братья и сестры. – Он слегка сощурил глаза. – Я вас помню. В день, когда состоялось ваше обручение, вы были еще совсем юной, практически ребенком. Тогда на вас было белое платье и бант.

– Мне было двенадцать. – Калила прочистила горло, так как голос у нее неожиданно сел. Она была тронута и одновременно испытала беспокойство при мысли, что принц Аариф помнил такие незначительные детали.

– Глядя на вас тогда, можно было подумать, что мы собрались на празднование дня рождения. – Аариф отвел взгляд. – Хотя для вас тот день мог и не отличаться от праздника.

Калила кивнула:

– Да, я была переполнена радостью и гордостью. Я ведь получила самый лучший подарок – будущего мужа!

Наверное, в ее голосе послышалась горечь, потому как Аариф снова взглянул на нее. На миг ей почудился упрек в его глазах.

– Брак – это радостное событие. Лучшее, что может произойти в жизни женщины.

Точно так же считал ее отец.

– Вы сами женаты, принц Аариф? – с легким вызовом спросила она.

– Нет, – коротко ответил он, и на этом разговор закончился – в столовой показался ее отец.

– Принц Аариф, – поздоровался с ним Бахир и повернулся к дочери: – Ты выглядишь отдохнувшей. Я рад. Я недавно сказал принцу Аарифу, что мы стараемся избегать излишнего формализма, особенно если речь идет о друзьях и родственниках.

«Тогда с какой целью был устроен утренний спектакль?» – так и подмывало спросить Калилу. Впрочем, она догадывалась почему – так велели традиции.

Вот и сейчас, поймав задумчивый взгляд отца, брошенный сначала на нее, а затем на принца Аарифа, она инстинктивно сделала шаг назад, увеличивая расстояние между собой и принцем. Один взгляд – но как много им сказано! Что помолвленной девушке недопустимо находиться в непосредственной близости от другого мужчины и разговаривать с ним наедине.

– Конечно, – сказала она. – Мы рады приветствовать вас в Задаре, принц Аариф.

– Я также рад быть вашим гостем, – вежливо произнес Аариф, но Калила не услышала в его голосе искренности.

Она взглянула ему в лицо – оно ничего не выражало. Совсем как маска, которую она надела на себя сегодня утром. Что он пытался за ней скрыть?

Бахир выдвинул для нее стул. Мужчины дождались, когда она сядет.

– Аариф объяснил мне, почему король Закари не смог приехать сам, – начал Бахир, наливая вина всем троим.

Калила сделала маленький глоток – оно приятно обожгло горло.

– Вот как? – поддержала она беседу.

– Я понимаю, что Закари человек занятой и сейчас даже не в Калисте. – Бахир перевел взгляд на Аарифа, предлагая ему закончить свою мысль.

Калила с интересом отметила, как принц сжал губы.

– И где сейчас ваш брат, принц Аариф?

– Пожалуйста, зовите меня просто Аариф, – отрывисто предложил он, и любопытство Калилы только возросло.

– Тогда я прошу вас называть меня Калилой, – ответила она любезностью на любезность.

Калила отпила еще вина. Конечно, Аарифа нельзя было назвать красивым в полном смысле слова, и шрам только усиливал это впечатление.