Хранительница врат - Мишель Цинк

На лице, которое прежде казалось мне слишком круглым и неоформленным, прорезались аристократические скулы. Зеленые глаза, мамино наследство — лучшее, что во мне есть — приобрели необычайную яркость и выразительность, точно все страдания, победы и уверенность минувших месяцев упали в глубину зрачков, словно мерцающие самоцветы на дно родника. Даже волосы мои, некогда тускло-каштановые, теперь лучатся здоровьем и светом. Из темной громады здания Общества я выхожу в стылый ночной воздух, и сердце мое полно тайной радости.

Как я и думала, на дворе никого нет. Я спасаюсь тут всякий раз, как мы приезжаем в Общество на парадный ужин. Я все еще не привыкла к резкому запаху крепких духов и благовоний, какие предпочитают более рьяные волшебницы и спиритуалисты — и теперь жадно вдыхаю холодный воздух. Кислород живительной волной врывается в тело, в голове у меня проясняется. Я бреду вдоль каменной галереи, что вьется вокруг сада, возделываемого самой Элспет. Я-то сама в садоводстве никогда не блистала, но узнаю некоторые травы и кустарнички, которые показывала мне Элспет.

— Вам не страшно тут, во тьме? — раздается вдруг из тени чей-то глубокий голос.

Я выпрямляюсь, не в состоянии различить ни лица, ни фигуры человека, которому принадлежит этот голос.

— Нет. А вам?

Он негромко смеется. По телу разливается тепло — как от горячего вина.

— Нисколько. Собственно говоря, подчас я начинаю думать, что мне правильнее было бы бояться света.

Я возвращаюсь в настоящее, открываю ладони навстречу обволакивающей нас темноте.

— Если это правда, что же вы не покажетесь? Здесь света нет.

— Верно. — Мой собеседник выходит в озерцо тусклого свечения, отбрасываемого бледным месяцем. Темные волосы сверкают даже в столь жалких лучах. — Зачем вы тут, в этом промозглом пустом саду, когда можно веселиться в кругу друзей?

Странно — повстречать человека, настолько неосведомленного о том, как протекают встречи Общества. Я подозрительно сощуриваюсь.

— А что? И что привело вас в Общество?

Все члены Общества ревностно берегут его тайны. Для посторонних это лишь частный клуб — и все же охота на ведьм минувших лет ничто по сравнению с бурей, что поднялась бы, узнай обычный мир о нашем существовании. Ибо хотя в «просвещенном» обществе есть люди, ищущие совета простых духовидцев, наша подлинная сила до смерти перепугала бы даже самых продвинутых и непредубежденных из них.

Незнакомец шагает ближе. Я не могу разобрать, какого цвета у него глаза, зато отлично чувствую, как напряженно, внимательно вглядываются они в меня. Скользят по моему лицу, вниз по шее, на миг останавливаются на бледной коже в вырезе зеленого, точно мох, платья. Однако мой собеседник тут же отводит взгляд, и в краткий миг перед тем, как он и сам отступает на шаг, я ощущаю жар, что разливается в воздухе меж нашими телами, слышу короткий сдавленный вздох — не знаю, его или мой.

— Я получил приглашение от Артура. — Из голоса незнакомца исчезло тепло, теперь он — воплощение светской учтивости. — Артур Фробишер. Наши семьи знакомы меж собой уже очень давно.

— А, понятно. — Вздох мой в ночной тишине слышен вполне отчетливо. Сама не знаю, чего я ждала, чего так испугалась. Наверное, все дело в том, что очень трудно доверять кому бы то ни было, когда знаешь — падшие души могут принять любое обличье, а уж тем более — человеческое.

— Лия? — окликает Соня с террасы.

Усилием воли я отрываю взгляд от глаз незнакомца.

— Я тут, в саду.

Стуча каблучками по каменным плиткам террасы, она приближается к нам.

— Что ты тут делаешь? Я думала, ты за пуншем пошла.

Я неопределенно машу рукой в сторону дома.

— Там так жарко и дымно. Хотела глотнуть свежего воздуха.

— Элспет велела подавать на стол.

Соня переводит взгляд на моего спутника.

Я тоже смотрю на него, гадая, не сочтет ли он меня непроходимой дурой.

— Это моя подруга, Соня Сорренсен. Соня, это… простите, я ведь даже не знаю, как вас зовут.

Чуть помедлив, он отвешивает короткий, официальный поклон.

— Димитрий. Димитрий Марков. Рад знакомству.

Даже в тусклом полусвете сада Соня не в состоянии скрыть, до чего же ей любопытно.

— Я тоже рада знакомству, мистер Марков, но нам пора вернуться в дом и идти к столу, иначе нас начнут искать.

Совершенно ясно: Соня сгорает от желания остаться и выяснить, что это я делаю в саду с красивым и загадочным незнакомцем.

В ответе Димитрия звучит улыбка.

— О да, до этого доводить не стоит. — Он легонько кивает головой в сторону дома. — После вас, дамы.

Я следую за Соней к особняку. Димитрий идет за мной, и я с каждым шагом ощущаю на себе его взгляд, от которого меня против воли бросает в сладкую дрожь. Я со всех сил стараюсь заглушить угрызения совести по отношению к Джеймсу — и, честно говоря, довольно отчетливые подозрения.