Беременна от Братвы - Мари Фокс

Я киваю, тяжесть его слов ложится мне на плечи. — Мы будем. Я не позволю им забрать то, что наше.

На мгновение мы стоим в тишине, связь между нами сильнее, чем могут передать слова. Кирилл, возможно, сделал шаг назад, но я знаю, что он все еще со мной, все еще готов сражаться, если до этого дойдет. И я готов вести, чтобы наши враги никогда не забывали, с кем они имеют дело.

Он хлопает меня по плечу, редкий жест привязанности. — У нас все получится.

— Да, — соглашаюсь я, чувствуя, как во мне крепнет решимость. Мы вместе, как и всегда.

Глава 2 - Сара

В экзаменационном зале тихо, слышно лишь тихое поскрипывание карандашей и изредка шуршание бумаги. Я прохожу вопросы с привычной легкостью, каждый из которых проще предыдущего. Математика проста, логика почти оскорбительно проста. Я отвечаю на каждый вопрос быстро, почти не останавливаясь, чтобы подумать. Это почти смешно, насколько это просто.

Когда я дохожу до последней задачи, я по привычке перепроверяю свою работу. Идеально. Я смотрю на часы на стене, времени еще много, но я уже закончила. Нет смысла задерживаться. Я собираю свои вещи, стараясь не привлекать слишком много внимания, когда встаю и иду в переднюю часть комнаты.

Профессор поднимает взгляд, когда я приближаюсь, на его лице вежливая улыбка. Он берет у меня экзаменационный лист, быстро просматривая первую страницу. — Спасибо, мисс Престон, — говорит он, его голос теплый от одобрения.

Я выдавливаю улыбку, слегка кивая ему. — Пожалуйста, профессор, — отвечаю я, сохраняя легкий тон и изысканные манеры Софии нетронутыми. Имя все еще кажется странным для моих ушей, но я к нему привыкла. Пока что я София Престон, послушная дочь, студентка университета.

Я поворачиваюсь и выхожу из зала, дверь тихо закрывается за мной. Свежий воздух снаружи, облегчение после удушающей тишины экзаменационной комнаты. Я замечаю машину, ждущую меня чуть дальше по улице, гладкий черный седан, который идеально вписывается в другую линию транспортных средств, выстроившихся вдоль обочины. Я направляюсь к ней, мои шаги быстры и целеустремленны.

Когда я открываю пассажирскую дверь и забираюсь внутрь, настоящая София Престон сидит за рулем, ее светлые волосы собраны в аккуратный хвост. Она смотрит на меня, на ее губах играет озорная улыбка. — Как прошел мой экзамен? — спрашивает она с легким смешком в голосе.

— Проще простого, — отвечаю я, откидываясь на спинку сиденья и вытаскивая коричневые линзы, которые раздражали мои глаза последние несколько часов. — Эти штуки меня убивают. — Я бросаю их в маленький футляр, который держу в сумке, и протираю глаза, пока мир снова обретает свои обычные цвета.

София смеется, переключая передачу. — Ты спасаешь жизнь, ты знаешь это? Если бы не ты, я бы завалила половину своих занятий.

— Да, ну, я бы лучше взламывала базы данных, чем сдавала твои психологические экзамены, — поддразниваю я, хотя в моих словах есть доля правды. Экзамены легкие, слишком легкие, на самом деле, но они скучные. Для меня в этом нет никакого вызова, никакого волнения. София нуждается во мне, и я должна ее отцу больше, чем смогу когда-либо вернуть. И вот я здесь, играю роль идеальной дочери, просто еще одну роль, которую мне нужно исполнить.

Мы вливаемся в поток машин, город гудит вокруг нас. Я замечаю в зеркале заднего вида два черных внедорожника, следующих за нами, их присутствие постоянно напоминает нам о мире, в котором мы живем. София ловит мой взгляд и вздыхает. — Да, безопасность — это немного чересчур, но сейчас это необходимо.

— Проблемы с Братвой? — спрашиваю я, уже зная ответ.

София кивает, выражение ее лица становится более серьезным. — Похоже, у моего отца была стычка с Шаровыми. Я не знаю подробностей, но достаточно плохо, раз он приставляет к нам дополнительных людей, когда мы выходим.

Я сохраняю нейтральное выражение лица, но внутри меня есть укол вины. Я точно знаю, почему отношения между Престонами и Шаровыми обострились. Я была той, кто взломал базу данных Братвы, помогая Кейсу украсть значительную сумму денег с их счетов. Это было рискованно, но я справилась. Теперь последствия возвращаются к Софии и ее семье.

— Я уверена, что у твоего отца все под контролем, — говорю я, пытаясь говорить успокаивающе. — Он всегда так делает.

София искоса смотрит на меня, ее губы дергаются в полуулыбке. — Да, он это делает. Иногда мне хочется, чтобы все было по-другому, понимаешь? Я не подписывалась на такую жизнь.

Я киваю, понимая больше, чем она осознает. — Никто из нас.

На мгновение между нами повисает тишина, комфортная, но тяжелая от невысказанных мыслей. Мы уже говорили об этом раньше, разными способами, разными словами. София и я из совершенно разных миров, но нас связывают роли, которые мы играем, ложь, которой мы живем.

Она родилась в этой жизни, в которой переплелись привилегии и опасности, а я вошла в нее случайно, отчаянно и безрассудно.

Пока мы едем, город размывается мимо нас, высокие здания и переполненные улицы отходят на задний план. Телефон Софии жужжит на консоли, и она бросает на него короткий взгляд, прежде чем проигнорировать звонок. Вероятно, еще одна проверка безопасности или ее отец хочет узнать новости. Я могу сказать, что она измотана всем этим, Постоянное давление со стороны дочери Кейса Престона изматывает ее.

— Ты когда-нибудь думала о том, какой была бы жизнь, если бы ты не была... ну, тобой? — внезапно спрашивает София, ее голос тихий, почти задумчивый.

— Все время, — признаюсь я, и мой голос под стать ее голосу. — А потом я вспоминаю, что это то, в чем я хороша. Честно говоря, не знаю, хотела бы я чего-то другого.

София смотрит на меня, действительно смотрит на меня, и я задаюсь вопросом, видит ли она правду в моих словах. Понимает ли она, что несмотря на все притворство, на всю ложь, есть часть меня, которая процветает в этом мире. Это не та жизнь, которую я бы выбрала, но та, которую я заставила работать. Это должно что-то значить.

Мы подъезжаем к поместью Престона, впереди виднеются высокие стены и железные ворота. Охрана следует за нами, их машины разъезжаются по разным участкам поместья. София паркует машину и поворачивается ко мне с легкой улыбкой на губах. — Еще раз спасибо, Сара. Не знаю,