Вдвое больше притворства - Лорен Блэйкли

Ясно?

Райкер отрывисто кивает, но ничего не говорит.

Джианна продолжает:

– А после игры вы с Триной и ее подругой отправитесь в бар, который они выбрали, и будете заниматься своим любимым делом.

Секс – вот мое любимое дело. Не озвучиваю, но думаю об этом.

– Играть в пинг-понг! – радостно говорю я.

– В пул, – поправляет Райкер.

– Я имела в виду барные игры, – смеется Джианна. – Вы вообще хотя бы иногда сходитесь во мнениях?

Мы серьезно переглядываемся.

– Хоккей – лучший спорт, – говорю я.

– И на этом, собственно, все, – прибавляет Райкер, хотя на самом деле мы с ним во многом согласны. Что надо заботиться о мамах, приглядывать за младшими и выкладываться по полной в каждом периоде, например.

Я знаю Райкера с шести лет, мы выросли в одном районе в Денвере. Наши мамы – до сих пор лучшие подруги.

Подкалывать его – мое хобби, и я не планирую от этого отказываться. Особенно когда мы играем друг против друга. Джианна уходит за ВИП-гостьей, а мы обсуждаем барные игры.

– Пинг-понг лучше. Весело, быстро, и можно от души лупить маленький белый шарик, – высказываю я свои аргументы.

– Для игры в пул нужна стратегия! – возражает Райкер.

Мы спорим, чье хобби круче, и вдруг я слышу теплый, женственный голос:

– Уверена, мне и то и то понравится.

Я поворачиваюсь на приятный звук и закрываю варежку, потому что…

Она красотка!

В нескольких шагах от нас стоит девушка с волнистыми каштановыми волосами, полными красными губами и хитрой улыбкой. На ней облегающие джинсы и симпатичные полусапожки, а еще джерси с надписью «Чейз Уэстон» и куртка, на которой значится «Райкер Сэмюэлз». Нет ничего привлекательнее, чем девушка, которая носит на спине мое имя! Не надо ни чулок, ни кружевных комбинаций. Мое джерси – самое сексуальное, что только можно надеть. Ей наши вещи чертовски идут.

Джианна быстро представляет нас друг дугу. Трина протягивает было левую руку, но потом передумывает и меняет ее на правую.

Допустим, она немного неуклюжая. Но это ни капельки ее не портит, даже наоборот. После рукопожатия я киваю на ее наряд:

– Да ты просто сэндвич из Уэстона и Сэмюэлза!

Она улыбается и дотрагивается сначала до куртки, а потом до ворота джерси.

– Надо же! Действительно… Неплохой образ.

– Совсем не плохой, – говорит Райкер – и – вау: это в разы больше, чем я от него ожидал! Обычно от него фанатам ничего, кроме «спасибо», не дождаться.

Райкер произносит эти три слова, и красавица переводит взгляд с него на меня и обратно. За очками «кошачий глаз» в красной оправе скрываются ее глаза – зеленые и любопытные. Как же я падок на глаза!

Я моргаю. Вот же ж блин! Райкер смотрит на нее не отрываясь. Он тоже считает ее нереально горячей.

Моим планам на потрясный день пришел конец.

Глава 3. Сексуальное мясо

Трина

Вы не подумайте, что я внезапно полюбила хоккей: ничего подобного! Но я точно не против побыть зажатой между этими двумя качками. О’кей, будем справедливы: на них много экипировки, наплечники и всякое такое…

Но все равно!

От них приятно пахнет.

Это нормально – так благоухать перед игрой? Понятия не имею, но бородатый пахнет лесом, а кареглазый – как океанский бриз.

Я улыбаюсь камере и тайком вдыхаю их запах, теснясь на скамейке для игроков между кумирами моего бывшего.

На скамейке для игроков.

С каким же удовольствием я опубликую это фото у себя на странице, скажем, минуты через две!

Выкуси, Джаспер!

Последние две недели он умолял меня вернуть ему ВИП-билеты. Молил, рыдал, поклоны бил – как только не унижался в своих жалких попытках заполучить их обратно! Но посмотрите-ка: у меня, кажется, телефон не работает… Совсем не принимает ни его звонки, ни сообщения, ни письма.

Бывает же!

Но на этих фотках я его обязательно отмечу.

Джианна делает еще несколько снимков на телефон, потом я передаю ей свой и возвращаюсь на место между двумя соперниками. Они снова кладут руки мне на плечи.

Повторюсь: я совсем не против. У Райкера такая большая рука! У Чейза тоже. Сильные руки особенно хороши!

– Идеально! – восклицает Джианна и поднимает палец. – Дайте я проверю, все ли в порядке.

Пока Джианна сосредоточенно листает фото на экране, парень со сногсшибательной улыбкой поворачивается ко мне.

– Ну, Трина, кто твой любимый игрок? Судя по тому, что ты в джерси Уэстона, это я, – говорит Чейз, сплошь очарование и зубы.

Он куда дружелюбнее, чем я ожидала. Я думала, что парочка избалованных спортсменов просто фальшиво поулыбается на камеру, раз от них это требуется, а потом переключится на игру – и никаких разговоров.

Я улыбаюсь в ответ.

– А это обязательно? Чтобы у меня был любимчик? – спрашиваю шутливо.

– Не-а. Но он у тебя, скорее всего, появится. Когда увидишь, как я играю.

Какие мы самоуверенные!

Райкер усмехается.

Я заинтересованно оборачиваюсь к нему:

– Считаешь, я стану твоей поклонницей?

Он равнодушно почесывает подбородок:

– Я играю не ради поклонников. Я играю ради победы!

Говорит, небрежно пожимая плечами, но его взгляд, направленный на меня, отнюдь не равнодушен. Его темно-синие глаза горят напряженной силой. Многообещающе!

Но когда сбудется это обещание? Во время игры? На льду? Или после, когда мы будем… играть в пинг-понг?

Я не уверена, но, похоже, раздражать его будет весело.

– Тогда давайте поспорим. Если после матча вы оба станете моими любимыми игроками, я угощу вас выпивкой. Но меня не так просто убедить, – предупреждаю и пожимаю плечами, готовясь удивить парней. Наклоняюсь ближе и шепчу: – Это будет первый раз… когда я смотрю игру в хоккей.

Чейз присвистывает.

– К черту любимчиков! У нас миссия поважнее, раз уж речь идет о твоей хоккейной девственности, – говорит он, немного заигрывая. – Мы постараемся так, что хоккей станет твоим любимым видом спорта!

Я скептически поднимаю бровь и отвечаю:

– Удачи.

Сильно сомневаюсь, что полюблю какую-то из команд или эту игру, которую просто обожает мой бывший. Но меня ждет целый вечер мстительного злорадства, и я собираюсь насладиться каждой секундой – и на стадионе, и с этими ребятами.

– Если ты проникнешься, мы угощаем. А ты обязательно проникнешься, – добавляет Чейз, полный спортивного самодовольства.

Райкер закатывает