Плененная инопланетным воином - Хоуп Харт

Точка, которая становится больше.

Драгикс с глухим стуком приземляется, и я вздрагиваю, когда он кладёт мертвое существо на землю перед собой, поворачивает голову и снова обращает внимание на меня. Он поднимает одну ногу, когти блестят в солнечном свете, и делает жест в сторону животного — движение какое-то властное.

Я поднимаю средний палец и показываю ему собственный жест.

Он не понимает оскорбления и просто смотрит на меня. Его взгляд мечется между мной и бедным мертвым животным перед ним.

Мой желудок снова урчит, и он прищуривается на меня, его когтистая лапа снова тыкает в животное.

— Ты ведь шутишь, правда?

Растущее раздражение в этих золотых глазах говорит мне, что он совсем не шутит.

Я осматриваю животное. Он пушистый, с четырьмя ногами, мало чем отличающийся от овцы или козы на Земле. Также он весь в крови, и мой желудок скручивает, когда меня начинает тошнить от этого вида.

Драгикс кажется чрезвычайно оскорблен таким поворотом, его глаза расширяются от возмущения, а затем снова сужаются, когда он переводит взгляд то на меня, то на животное.

— Я очень ценю твоё подношение, но почему бы тебе самому не съесть его?

Он подходит ближе, и я отступаю назад. Вот так он внезапно оказывается передо мной, преодолевая вершину горы одним прыжком. Его крыло взлетает, притягивая меня ближе к себе, и он скалит на меня зубы, бросив взгляд мне за плечо. Я оглядываюсь назад, понимая, что подошла слишком близко к краю горы.

— Ах, спасибо. У тебя отличные рефлексы.

Он игнорирует это, подталкивая меня к мертвому животному своим крылом. Я упираюсь пятками в скалу, морщась, когда острый край камня врезается мне в ногу.

Драгикс рычит на это, тут же опуская голову, чтобы зализать рану.

— Ты дракон или наседка? — Я убираю ногу, а он игнорирует меня, пока не закончил лизать.

Затем он ещё раз указывает на окровавленную тушу.

— Я не голодна.

Он рычит в ответ. Я отшатываюсь от него, когда он издаёт этот звук, и пламя вырывается из его рта в воздух.

Он не первый самец, которого я вывела из себя, и если он меня не съест, то будет не последним. Но он определенно самый ужасный из всех и моё сердце грохочет, всё моё тело трясется, когда я отступаю от него на дюйм.

На этот раз я стараюсь не подходить слишком близко к склону горы. У меня щиплет глаза, и я вытираю их, расстроенная, напуганная и просто свихнувшаяся.

Драгикс изучает меня, его хвост хлещет по земле. Воздух всё ещё кажется теплым от огня, который он выплюнул, хотя это может быть просто моё воображение.

Подождите-ка. Огонь.

— Стой, — я поднимаю одну руку. — Ты можешь… приготовить это животное на своём огне? Я не могу есть его сырым. Мне станет плохо.

Он подходит ближе к животному, выдыхает и поджигает его.

Я отскакиваю назад, и он бросает на меня взгляд, снова предупреждая меня держаться подальше от края горы. Я снова продвигаюсь вперед, и он снова обращает внимание на животное. От запаха горящих волос или… меха у меня сворачивает желудок, но он снова урчит от главного запаха готовящегося мяса.

Несколько мгновений спустя Драгикс глубоко вдыхает. Я смотрю, ошеломленная, как пламя мерцает, угасает, а затем полностью исчезает.

Ни фига себе. Он может не только дышать огнем, но и тушить его. Всего за один вдох.

Он кивает в сторону животного, и я осторожно делаю шаг вперед. Он кажется нетерпеливым, почти отчаянно хочет, чтобы я поела, и я прищуриваюсь, глядя на него. Может быть, он собирается откормить меня, прежде чем съесть?

Я сглатываю, глядя на животное, не зная, с чего начать. Драгикс поднимает одну лапу и выпускает когти. Он быстро снимает шкуру с животного и отрезает большой кусок. Затем он протягивает ко мне лапу — или, может быть, руку, — и у меня текут слюнки, когда я чувствую запах жареного мяса.

Я не могу вспомнить, когда последний раз ела.

Я протягиваю руку и беру мясо. Оно прожарено и удивительно нежное, когда я откусываю. На вкус немного похож на курицу, и почти как кролика, но я беру ещё кусок, потом ещё и ем до тех пор, пока мой желудок не может выдержать еще хоть укус.

Драгикс смотрит на меня, пока я отказываюсь от следующего куска мяса.

— Спасибо, — говорю я ему. — Это было действительно вкусно, но сейчас я сыта. Я больше не могу есть. Ты должен съесть остальное.

Он оглядывается на то, что осталось от животного. Меня одолевает чувство вины за то, как мало я съела, но затем я вздрагиваю, когда Драгикс вгрызается в него, проглатывая в два укуса. Он проглатывает всё целиком — кости и остальное — и, когда он заканчивает, щёлкает зубами.

Господи, он тот ещё страшила.

Я должна выбраться отсюда, потому что если он когда-нибудь решит повернуться ко мне вот так своими зубами…

Мой желудок переворачивается, когда я смотрю на то место, где лежало животное, а затем встречаюсь взглядом с Драгиксом.

— Ещё раз спасибо, — говорю я дрожащим голосом, и он поворачивается и уходит.

Глава 3

Чарли

Я дрожу. Не потому, что мне холодно, а потому, что я медленно пытаюсь собрать остатки своего мужества.

Уже темно, и Драгикс явно решил, что пора ложиться спать.

День сегодня долго тянулся. После того, как мы поели, Драгикс оттолкнул валун от огромного входа, ведущего вниз. Я внимательно наблюдала и увидела голову фиолетовой женщины, пока она поднималась по лестнице.

Она представилась как Майз и вместе с чашкой принесла деревянный кувшин с водой. Когда я напилась, она снова наполнила кувшин и оставила его.

Я провела день в раздумьях, сидя в тени огромного валуна. Драгикс игнорировал меня большую часть дня, время от времени улетая. Но он никогда не отсутствовал, по моим прикидкам, дольше десяти минут или около того.

У меня есть три варианта. Первый — ждать здесь, пока он меня не отпустит. Но кто знает, когда — или если — это произойдет. Следующий вариант — научиться предугадывать его расписание, выбирая момент, когда он, вероятно, куда больше времени вдали от этой горы, чтобы сбежать. Или я могу попытаться улизнуть, когда он уснёт ночью.

Пока его не было, я осмотрела вероятный путь для побега, осмотрев склон горы. Я мысленно спускалась сотни раз, представляя себе, куда бы я расположила руки и ноги, когда буду