Закрывая двери - Жанна Никитина

— Знает, что ее снимают, — спокойным тоном поясняет Эдуард Семенович. — Занятная особа.

— Вы издеваетесь? — сжимаю руки в кулаки и выпрямляюсь. — Я думал, здесь что-то существенное. Соколовский уже представил мой проект в прошлом месяце! А мы знаем только, что нас сливает баба, — стараюсь говорить спокойно, но все равно выходит жестко.

Начинаю расхаживать по кабинету. Помимо меня и Эдуарда Семеновича здесь еще три человека. Они молча следят за мной. Запускаю руки в волосы и массирую голову. Дебилизм! Шумно выдыхаю.

Моя фирма “Архистила” за четыре года приобрела статус и вес в архитектурной сфере. Начинал я с единичных клиентов, но потом в штате появились действительно достойные архитекторы, и я смог выбиться на верхушку рынка. Моей компании доверяют как разработку и постройку домов знаменитостей, так и государственные тендеры. И все было замечательно, пока мне не перешел дорогу Валерий Соколовский. Гнусный тип! У него тоже архитектурное агентство, тоже хороший штат … и полное отсутствие идей! Поэтому он крадет их у конкурентов. Только доказать никто не может. В прошлом месяце он стащил у меня один значимый проект, презентовав мои же чертежи. А теперь еще и тендер хочет забрать! Я же не могу поймать единственную ниточку, способную доказать, что он причастен к этим аферам.

Стискиваю руки в кулаки и с силой прикусываю щеку. Чувствую металлический вкус на языке. Нужно погонять на машине. Адреналин приведет мои мысли в порядок. Дотерплю до вечера и там…

— Может, продолжим? — Эдуард Семенович смотрит в упор мутными серыми глазами.

— Что-то еще? — вздыхаю, останавливаясь напротив него.

— Если бы у меня было только это видео, я бы тебя не беспокоил, юнец! — усмехается он.

Он единственный, кому я позволяю так с собой общаться, потому что не раз уже вытаскивал мою и Антона шкуры из передряг. Чего только стоила наша драка в клубе в прошлом году, после которой нас чуть не замели. А Эдуард Семенович все решил. Не отец, а он!

— Хорошо, слушаю, — сажусь на свободный стул и упираюсь локтями в колени, подпирая голову.

— Видео записано в понедельник в восемь вечера, — Эдуард Семенович разворачивается к экрану и ищет что-то в папках. — Итак, в это время в офисе оставалось шесть человек. Двое из них — мужчины. Я проследил по коридорам, и вот, что увидел, — он нажимает на кнопку, и воспроизводится новое видео.

За широкой спиной не вижу ни черта! Встаю и подхожу ближе. Глаза невольно округляются. Вот же ж!

— Быть того не может! — шепчу.

Камера засняла, как та самая мерзавка, глядя в пол, заходит в женский туалет, а уже буквально через пять минут оттуда выходит девушка с длинными распущенными волосами и в совершенно другом платье. И эта девушка мне хорошо знакома.

— Вот дрянь! — рычу я и ударяю кулаком по столу. — Но это еще ничего не значит. Мы не знаем, зачем ей эти фотографии.

— Знаем! Девчонка оказалась несмышленой, — усмехается Эдуард Семенович. — Мы проследили за ней. В этот же вечер она встречалась с Соколовским.

На мониторе загорается новое видео, в котором эта же девушка сидит в кафе с моим конкурентом, что-то ему говорит, затем достает телефон и водит пальцем по дисплею.

— Мне кажется, здесь все очевидно. — Эдуард Семенович кивает в сторону экрана. — Будем заявлять в полицию?

— Она больше месяца водила нас за нос. Несмышленой ее точно назвать нельзя. И нет! — жестко отрезаю. — Если заявим на нее, то Соколовский сорвется с крючка. А моя цель — он. Кажется, у меня есть идея.

План рождается как решение уравнения. Ну что ж, а эта девчонка может пригодиться. Только нужно все правильно сделать.

— Спасибо! — кидаю через плечо и выхожу в коридор.

До конца рабочего дня продумываю все нюансы. Нужно быть аккуратным и предусмотрительным. Не спугнуть, но надавить. Ближе к семи вечера смотрю на часы, нажимаю на кнопку телефона и жду. Эта паршивка всегда задерживается, думаю, сегодня не исключение.

— Да, Станислав Сергеевич, — моя помощница звонким голосом отвечает на другом конце провода.

— Лена, ты не знаешь, из дизайнеров кто-нибудь еще есть на месте? — стараюсь говорить спокойно, но нервы на пределе. Хватаю ручку со стола и щелкаю ей.

— Думаю, что кто-то должен быть. Что-то нужно? — деловой тон Лены как раз в тему. Она точно не вызовет подозрений.

— Пригласи ко мне. Мне нужна консультация по новому проекту пентхауса в Подмосковье. Я его еще никому не распределял, если что, — щелкаю ручкой и отбрасываю ее на стол. — После этого можешь идти домой.

— Хорошо, — короткие гудки раздаются из телефона.

Все должно получиться! Иначе придется придумывать другой план. Встаю и мерю просторный кабинет шагами. Панорамные окна выходят на оживленную улицу. Хотя внизу все выглядит маленьким с высоты десятого этажа. Тру руками лицо. Я не пошел к отцу из-за жесткой конкуренции. Надеялся и здесь ее избежать. Не люблю валяться в грязи и действовать подпольными методами. Но меня все равно вынуждают ввязываться в дурацкие игры. Терпеть их не могу! И как Антон справляется с этим?

Тихий стук в дверь отвлекает от мыслей.

— Войдите, — громко отвечаю и разворачиваюсь ко входу.

Да! Это она! Заходит в кабинет, закрывая за собой дверь. Мне повезло! Сжимаю и разжимаю кулаки, чтобы успокоиться. Хочется прям с порога впечатать ее в дверь и, глядя в эти наглые глаза, истребовать все ответы. Но я держусь.

— Станислав Сергеевич, у вас вопросы? — делает пару шагов от двери и останавливается. Смотрит в пол. Стесняется? Или боится?

Сужаю глаза и подхожу к массивному столу из темного дерева, опираясь бедрами на него.

— Да, у меня вопросы, Алиса, — мой голос хрипит от злобы.

Скрещиваю руки на груди. Алиса так и не поднимает глаза. Перебирает ткань платья. Скукоживается. Такая хрупкая, обманчиво невинная, и такая наглая, дрянная. Сильнее сдавливаю руками предплечья, иначе боюсь, что сожму их на ее шее. Мотаю головой. Без глупостей!

Подхожу к Алисе плотную, смотрю на нее сверху вниз. Жду. Она наконец поднимает взгляд, наполненный страхом. Усмехаюсь и огибаю ее. Дохожу до двери и щелкаю замком.

— Итак, Алиса, как давно ты работаешь на Соколовского? — прижимаюсь спиной к деревянной поверхности.

Ее реакция бесподобна. Резко вздыхает, смотрит на меня, бегает глазами по моему лицу, обхватывает себя руками и наконец пятится назад.

— Что вы такое говорите? — голос дрожит, глаза блестят.

Чувствую себя хищником, загоняющим добычу в ловушку.

— Давай я тебе кое-что расскажу, моя милая девочка, чтобы исключить ненужные