Договор на счастье - Софья Беккет

Нагуляв аппетит, мы с Игнатом вернулись к первоначальному плану.

— В это кафе впервые меня привела Владка, — заходя внутрь, осматриваюсь. Вечером коллеги сюда не ходят, но лишний раз убедиться в их отсутствии не помешает. — Это моя подруга, тоже дизайнер, вместе работаем. С тех пор мы облюбовали его и бываем здесь часто.

— И есть любимый столик?

— У окна, дальний столик справа от бара.

На вешалке, расположенной рядом с выбранным местом, Игнат оставляет свою кожаную куртку и моё пальто, которое предварительно помогает снять.

— Удобно, выбран хороший обзор, — присаживаемся за столик напротив друг друга и, заглянув в меню, озвучиваем заказ официанту.

— Почему выбрала дизайн?

— Я, как мама, хорошо рисую и у меня весьма богатое воображение. Мечта с детства, я люблю рисовать, чертить.

— Я тоже.

— Правда? — кивает. — А почему ты выбрал профессией маркетинг?

Удивление смешанное, как мне показалось, с тревогой, отражённые на лице мужчины, я увидела впервые. Они были настоящими. Настроение резко изменилось, ушла весёлость и игривость.

— Откуда знаешь, что из отдела маркетинга? Я, кроме своего имени, тогда ничего не сказал.

— Мне сказала Оксана, — вижу по выражению лица, не понимает о ком я. — Ну, помощница вашего начальника.

— Аааа.

— Если помнишь, мы столкнулись с тобой в коридоре вашего отдела. А направлялась я как раз к Оксане, которая стала свидетелем полёта моего кофе. Она спросила: «Познакомились?». А я в ответ: «Ваш?». Она кивнула. Так ты был разоблачён.

— Что же ещё поведали тебе о моей скромной персоне? — по облегчённому выдоху удостоверилась, что недосказанность мне не показалась.

— Ну, скромной, конечно, громко сказано. Но больше ничего.

— А мне про Оксану и начальника что-нибудь расскажешь? — всё, прежний Игнат вернулся.

— Ничего, кроме общих сведений, которые, уверена, ты уже и так знаешь. Мы с ней не подруги, если ты об этом. Общаемся иногда по рабочим вопросам на уровне «привет-пока».

— Значит, что мы вместе будем работать над проектом Арефьева ты не в курсе. Ты же у дизайнеров одна Валерия, я правильно понял? — так вот что его волновало.

— Точно! Станислав Николаевич говорил о неком Игнате, — смеюсь над неожиданным поворотом нашего знакомства. — Забавно, что это ты!

Не зря говорят: кого помянешь, тот и явится. Игнатьев Станислав Николаевич врывается в кафе вслед за спешащей от него моей подругой Владой.

— Влада, постой! — пытается остановить Стас, но подруга, смотря себе под ноги, несётся по привычке к нашему столику. И на полпути, подняв свой взгляд и встретившись с удивлённым моим, замирает. — Чего ты от меня хочешь? Я уже всё сделал для…

Вот и Стас, наконец-то, нас заметил и замолчал. Неужели опять выясняют отношения? Прекрасно уже то, что они это делают вне работы и рабочего времени. Но прилюдно в кафе? Или Владка рассчитывала, что его это остановит? Подруга резко разворачивается, ударяет ладонями в грудь своего бывшего, смещая его с пути, и убегает.

— Измайлова, мать твою! — рычит мой начальник и следует за ней.

Возвращаю своё внимание на Игната, а он тихо ржёт. Не знаю, что он нашёл в этом забавного, тем более он единственный не обернулся посмотреть на этот цирк.

— Что такое? — не выдерживаю неизвестности.

— Тогда расскажи, что ты думаешь о своём прямом начальстве?

— О Станиславе Николаевиче? Как ты понял, что это он, если не обернулся?

— Окно. Сначала я увидел, как они пробежали мимо нас. Ну, так что думаешь?

— Как о руководителе, человеке или мужчине?

— Боюсь, не смогу выбрать, — всё же улыбка ему очень идёт. — Видимо, все три ответа разные. Любопытно услышать всё.

— Разные. В работе он, безусловно, профессионал и не зря занимает своё кресло. Бывает требователен и строг, но всегда поможет и подскажет как лучше, если не знаешь или сомневаешься. Многие о таком руководителе лишь мечтают. Мне же повезло. К слову, и человек он хороший, понимающий.

— Дальше должно быть но.

— Верно. Как мужчина он может и привлекателен, но вот по сущности предатель. Ни одной женщине такого не пожелаешь, — знаю, что во мне говорит обида за Владу. Но не могу по-другому. Как вспомню её слёзы и истерики по этому мерзавцу, аж злость берёт!

— Чем он так тебя задел? — сменив весёлость на серьёзность, спрашивает мужчина.

— Меня — ничем. Подругу мою обманывал.

— Ясно.

Что именно ему ясно уточнять не хотелось. Только бы не продолжил эту тему и не заступился из-за мужской солидарности, а то всё моё хорошее впечатление им испарится. Наверно, почувствовав моё напряжение, Игнат меняет тему, и мы приятно заканчиваем ужин. Он вызывается меня проводить до дома, в котором я снимаю квартиру с двумя девчонками с университета. Сначала мы с ними делили комнатку в общаге на троих, а теперь вместе снимаем трёшку. Так нам легче, да и привыкли друг к другу.

В обществе Игната я ощущаю себя странно. С ним легко и весело. Он будто душой мне близок. Это как встретить родного человека, о котором знаешь, но не был знаком лично. О таком брате я всю жизнь мечтала, когда смотрела, как заботятся о школьных подругах их братья. В этот вечер мне очень хотелось, чтобы Игнат стал не только моим коллегой, но и другом.

Глава 5

Валерия

Проводив меня до подъезда, Игнат пожелал мне доброй ночи и сказал, что на завтра он планирует нашу поездку к Арефьеву. Какое облегчение я испытала не передать словами. Как хорошо, что мне не придётся встречаться с этим типом наедине. Весь офис наслышан о его неприкрытых благородством намерениях к женскому полу, и о невозможности этого человека держать свои руки при себе. После встречи с Петром Семёновичем девчонки приезжали в слезах и отказывались от работы с ним. Более того, готовы были к увольнению, если их не услышат. Но разобрались во всём быстро. С Арефьевым стали работать мужчины. А он, в свою очередь, не оставил это без ответа. Тормозил рабочий процесс, выказывал недовольство и обвинял всех в некомпетентности. Вставлял любые палки в колёса, какие мог придумать. И вот очередь дошла до дизайна комнат.

Наш отдел — это настоящее женское царство. Не считая начальника, конечно. Никто из сотрудниц не горел желанием связываться с мерзким старикашкой. Несколько дней дружно заливали отдел слезами и испытывали нервы Стаса на прочность. Первой не выдержала это шоу Влада. Она решила взять всю работу на себя и пару месяцев прекрасно справлялась. Пётр Семёнович немного притих, выжидая время и меняя тактику. И как только почувствовал себя увереннее, стал делать