Моя персональная фея - Макс Радман

— Ну у неё же нет мотива! — возразила Ния.

— Да, вроде и нет. Но я тут ещё кое-что почитал — про поведение преступников. Когда я беседовал с Наставницей, она почему-то все время отводила глаза, была немного скована и, как мне показалось, очень неестественна, — пояснил я.

— Ты говоришь про невербальное общение? Быстро учишься, — сказала Ния.

— Не без твоей помощи — ты же феячишь скорость усвоения информации моим мозгом.

— Про Наставницу — она могла быть уставшей, не хотела это тебе показывать и поэтому была, как ты говоришь, неестественной, — пояснила моя фея.

Несколько дней я посвятил изучению разной литературы по психологии: как ведут себя люди в тех или иных ситуациях, как отличить врут они или нет, что может их сподвигнуть на преступление и т. д. Благо феячество Нии работало — читал я очень быстро и запоминал всё почти дословно с первого ознакомления.

Изучая всё это, я смотрел записи встреч и в деталях вспоминал свои разговоры с Наставницей и феями, которые почему-то потеряли свой дар. Мой мозг работал отлично — все беседы прокручивались в нём, как документальное кино. Вспоминались мельчайшие детали — слова, позы, движения глаз моих собеседниц. Я пытался вспомнить то, что могло меня смутить. Или увидеть что-то на видео.

Мои «киносеансы» длились несколько дней, наверное, сотни раз подряд. И вроде всё было в этих «фильмах» хорошо — ничего подозрительного. Но только вроде. Я не мог понять, что меня смущает в рассказах и поведении всех четырех моих собеседниц. Пока не мог понять.

И самое главное, почему все три уже бывших феи поняли, что потеряли свой дар после того, как попытались сделать кофе. Почему кофе? Почему его надо феячить, а не просто сварить? Ведь феи стараются не растрачивать свой дар, если что-то можно сделать без него.

Что не так с этим кофе? Что не так с Наставницей? Что не так во всей это истории?

— Да, Алекс, — ответила мне Ния, когда я позвонил ей.

— Я хочу встретиться с кофейной феей!

Её имя Дия. Да-да, с ударением на «И». Большая любительница кофе и бариста от бога. Плюс её способность обрабатывать кофейные зёрна своим феяческим даром, чтобы впоследствии напиток укреплял дар других волшебниц.

— Ты сразу знала, что можешь делать «волшебный» кофе? — спросил я.

— Мне Наставница сказала, что я могу воздействовать на напиток, — ответила Дия.

— А потом ты попробовала и всё получилось?

— Да. И это прекрасно! Я обожаю возиться с кофе, и получается, что могу не просто делать вкусно, но и полезно. Для фей точно полезно, — воодушевлённо рассказала волшебница.

— Любой сорт кофе можно сделать волшебным? — уточнил я.

— Конечно. Но я такую процедуру делаю только с хорошими сортами — те, что люблю и как бариста, и как ценитель кофе, — ответила Дия.

— Не обижайся, но есть такой вопрос: а можешь ты сделать так, чтобы тот же кофе лишал феяческих способностей?

— У меня точно алиби, Алекс, — улыбнулась волшебница, — лишить способностей может только Наставница.

— Ния, — спросил я после встречи с Дией, — сколько ещё фей потеряли свой дар с того дня, как вы это заметили?

— Ты знаешь троих — эти за полгода стали обычными по очереди. Всего же их 7. Потеря дара началась около года назад. Примерно каждые два месяца кто-то переставал быть феей. Ты хочешь встретиться и с остальными? — уточнила волшебница.

— Знаешь, я примерно представляю, что они будут рассказывать. Но меня интересует только одна деталь — остальные четыре тоже хотели нафеячить кофе? — сказал я.

Ния тут же набрала сообщения тем уже бывшим феям.

— Да, все они пытались сделать кофе с помощью волшебства.

— Напиши, пожалуйста, всем семерым — какой кофе они пьют? — попросил я.

— Я сама отвечу — это наш фирменный фейский напиток. У нас есть специальная кофейная фея. Это такая традиция в департаменте, что ли — пить только наш кофе, — ответила Ния.

— И чем он так хорошо? — спросил я.

— Наставница говорит, что он укрепляет способности фей. Девочки утверждают, что он вкуснее других, — сказала волшебница.

— А тебе он как?

— Мне нравится и этот кофе, и другие. Я не особо фанат кофейных зёрен. Но утром — самое то, — ответила Ния.

— А способности укрепляются? — уточнил я.

— Видимо, не очень, если семь фей потеряли способности, — проговорила волшебница.

Я задумался. Меня всё больше что-то цепляло в этой истории. Но что именно?

— У меня просьба: давай вместе посмотрим видео. Вдруг ты увидишь что-то необычное? К тому же ты лучше знаешь и бывших фей, и тем более, Наставницу, — попросил я.

Ния согласилась, и мы стали смотреть записи.

— Договорись, пожалуйста, ещё раз о встрече с Наставницей и всеми бывшими феями. Всеми семью. И да, я опять буду всё записывать. Хорошо? — попросил я Нию. Та утвердительно кивнула.

Мне нужно было ещё больше информации — особенно визуальной. Человек может врать сколь угодно искусно, но какая-то мелочь его выдаст. Наставница смущала меня своим неестественным поведением. Феи, вроде, без подозрений, но не мешает лишний раз перепроверить. Тем более, что я беседовал только с тремя.

Поэтому сейчас мы с Нией смотрели записи моих бесед. Моя фея присутствовала на встречах с тремя уже бывшими волшебницами, но с Наставницей я разговаривал один — и Ния могла подметить то, что ускользнуло от моих глаз и ушей.

— Что-нибудь заметила? — спросил я у личной феи после просмотра записей.

— С девочками всё обычно — они такие всегда. Я их давно знаю, — сказала Ния.

— Ничто не кольнуло?

— Наверное, мне тоже надо изучить книги о том, как раскрывать преступления и считывать информацию с потенциальных преступников — возможно и начну замечать что-то необычное, — хмыкнула фея.

— А что по встрече с Наставницей? Тоже тишина? — уточнил я.

— Ты говорил, что она показалась тебе какой-то неестественной. И смотря запись, я поняла, что ты прав — Наставница всегда была слегка манерной актрисой и на видео она как-то чересчур искусственна, но это для неё очень естественно, — сказала персональная фея.

— А есть у тебя какие-нибудь видео с вашей Наставницей? — осенило меня.

— Хочешь сравнить? Это может быть интересно, — проговорила Ния, достав свой смартфон и подключая его к монитору.

В кадре была Наставница. Что-то говорила, что-то делала, на записи мелькали феи из департамента. И я понял, что Наставница такая, какая она есть — манерная актриса. Ну, с кем не бывает.

Я засел за изучение феячества и вообще всего волшебства. Читал книги, статьи. Смотрел разные видео. Мне казалось, что