Месть Елизаветы - Екатерина Сергеевна Бакулина

Он глянул куда-то за спину Лиз, кивнул. И Лиз отлично слышала, как закрываются балконные двери, кого-то аккуратно выводят в зал, чтобы не мешали принцу уединиться с женщиной.

Вот и все. Попалась.

Лиз не справится. Она уже не справилась. На обычного мужчину она могла бы повлиять, сделать так, чтобы он отпустил, забыл, отвлекся, но у принца слишком хорошая природная защита, он силен.

Лиз может попытаться ударить что есть силы, но тогда неизбежно выдаст себя. И тогда все равно умрет. Тогда то, что она делает, ради чего здесь – окажется под угрозой. Она не сможет отомстить. И все зря.

– Что вы так трясетесь, баронесса. Вы же не девочка, – в голосе Штефана злая насмешка. – Всего лишь немного ласки. Вам не нравится?

Он оттесняет Лиз к стене, прижимает, сам наваливаясь всем телом. С тихим нетерпеливым рычанием. В его лице мелькает что-то звериное. Раздумаются ноздри. Стягивает платье с плеча, потом другого, обнажая грудь. Касается сначала нежно, потом впивается губами… Подхватывает юбки, ведет пальцами по ноге…

– Разве вы не за этим здесь? – спрашивает шепотом.

Только не так…

– А, вот вы где, баронесса! – вдруг бодрый и совершенно пьяный голос. – Я заглянул сказать, что буду ждать вас у озера!

Лиз почти готова задохнуться от неожиданности.

Капитан. Барон Тальбот. И он идет к ним с бокалом в руке, его пошатывает.

– Да как ты… – зло шипит принц, и на мгновение выпускает Лиз.

Там же должна быть охрана у дверей.

– Я помешал вам? – искренне удивляется капитан, и вдруг спотыкается, почти падает и все, что в его бокале – окатывает принца.

– Ублюдок! – яростно шипит принц, резко разворачивается. – Да ты…

А Лиз вдруг понимает, что свободна, ее не держат, принц слишком занят другим.

И что бы здесь ни происходило, ей лучше бежать. Скорее. Пока никто не опомнится. Это безумно, но это ее шанс.

ГЛАВА 2. Вопросы

– Рассказывай? – велел Вацлав, пристально разглядывая ее.

В голове немного шумело.

Под взглядом Вацлава Лиз хотелось сжаться и забиться в угол, она отлично понимала, что он видел ее насквозь. Под его взглядом она неизменно чувствовала себя голой и беззащитной. Жалкой. Хотелось залезть в кресло с ногами и закурить. Заплакать. Но Лиз очень старалась выглядеть достойно.

Стояла прямо… выпрямившись… расправив плечи.

Для менталиста такого уровня прочитать ее вчерашний день не составит труда. И он это сделает. Только сначала выслушает, что Лиз сама готова ему рассказать, а потом… сверит показания.

Лиз бы считала это унизительным, если бы не была обязана ему всем. Своей жизнью. Своим положением. Возможностью отомстить – единственным шансом. Без него она сдохла бы на улице в канаве или попала бы в бордель. Ей было тринадцать… Вацлав сделал ее такой, какая она есть.

Вчера Лиз едва не рванула домой пешком, но водитель очень удачно ждал у лестницы, подхватил, усадил в машину. Ее трясло. Почти не помнила, как доехала домой. Забилась в угол.

Вацлав явился через пятнадцать минут. «Встань!» – рявкнул он.

Лиз казалось, она еще чувствует горячее дыхание принца на коже, его горячие руки…

Тошнотворный запах дыма и горелого мяса… но это лишь воображение. Это было слишком давно.

Ей казалось – сейчас за ней придут, этого так не оставить. Но бежать невозможно. Куда? Как? Ее найдут.

Но если выдохнуть…

Что она сделала?

Если успокоиться и вспомнить все, что было вчера – Лиз не сделала ничего. Только воспользовалась случаем и сбежала. Все остальное – не она.

Но это не укладывалось в голове.

– Я сбежала от принца, – шепотом сказала она. Руки тряслись.

– Что? – глаза Вацлава потемнели. – Объясни. Ты поставила под угрозу наш план?

Лиз виновата. Снова не так, она неблагодарная девка…

– Я ничего не сделала, – всхлипнула она. – Я нашла офицера, капитана, как мы и договаривались. Познакомилась, поговорила, потанцевала с ним. А потом подошел принц… он весь вечер на меня смотрел, но я не думала, что так… Он затащил меня на балкон… – Лиз вздрогнула, передернула плечами. – Он хотел изнасиловать меня, Вацлав! Я испугалась! А потом вломился этот капитан, кажется, пьяный… и облил принца вином. Я убежала. Мне показалось – у них там драка намечается, и… что мне было делать там?

Вацлав долго смотрел на нее, обдумывая.

– Приревновал? – спросил с сомнением.

Да откуда же Лиз знать.

Она этого капитана знала минут двадцать, один танец. Какая может быть ревность? Если только по пьяни… Но был ли он пьян? Разве настолько?

Что-то смущало.

– Не знаю, – сказала она. – Я видела, как капитан много пил.

Вацлав скривился.

– Покажи, – велел он. – Сядь.

Лиз послушно села на стул, Вацлав подошел. Заглянул сначала в глаза, что-то фыркнул чуть презрительно. Потом положил пальцы ей на виски.

И мир вдруг взорвался. Лиз казалось, ее выворачивают наизнанку, потрошат. Не больно, но до тошноты, невыносимо.