Пробуждение Жрицы - Мира Ризман

Казалось, она была готова даже пустить в ход руки, настолько была вне себя. Впрочем, третью жену ― Р`тар Сарояну ― вообще отличала нервозность и истерия. Она была большой любительницей различных некрасивых сцен и скандалов, последние та закатывала постоянно, вспыхивая по любому поводу.

Рена, хоть и знала о взбалмошном характере Сарояны, к сегодняшнему спектаклю оказалась морально не готова. Она отчаянно оглядела гостиную в надежде отыскать поддержку. Других жен в комнате не оказалось, присутствовали только сёстры. Рианма и Рэйнима боязливо косились на Сарояну, они были слишком малы, чтобы чем-то помочь. А Рениса... Рениса ― старшая дочь третьей жены, сидела с самодовольным видом, похоже, даже гордясь своей матерью.

― Убери это отродье! Выгони из нашего дома! Ты должна это сделать! ― Бушующая Сарояна вцепилась в плечи Рены.

― Я не понимаю о чём вы, мами Сарояна, ― с трудом сохраняя самообладание, заявила Рена.

― Ты впустила в дом эльфа! ― заверещала та. ― Эльф в доме нагов ― жди беды! Мы все будем прокляты и погибнем!

― Вам нездоровится, мами Сарояна? ― смягчила тон Рена, вспоминая, как в таких случаях вела себя её мать. Главное было не поддаться на эту провокацию. ― Среди наших гостей нет эльфов. Все приехавшие к нам ― люди.

― Магия! Проклятая эльфийская магия! Не ври мне, ты ведь жрица и можешь чувствовать магию! Это эльф! Это чудовище навлечёт на нас позор и убьет всех!

Сарояна окончательно перестала себя контролировать. Продолжая истерически кричать что-то про мерзких эльфов, она принялась трясти Рену. И это стало последней каплей.

― Рианма, Рэйнима! Позовите Р`кар Мальду! ― крикнула младшим сёстрам Рена.

Рианма послушно взяла за руку испуганную Рэйниму и поволокла её к материнской спальне.

― Рениса, пригласи, пожалуйста, лекаря, ― пытаясь выбраться из захвата Сарояны, попросила Рена.

― Здесь все здоровы, не вижу причин беспокоить лекаря, ― дерзко ответила Рениса, что, впрочем, было вполне предсказуемо.

― Твоя мать перенервничала, и ей следует принять успокоительное, ― с нажимом произнесла Рена. Она чудом сумела вывернуться из захвата, но в ответ от Ренисы прилетели всё те же слова.

― Ты пустила в дом эльфа! Ты предала наш род и всех нагов! ― воскликнула сестра.

Она подскочила к своей матери, и вместе они начали теснить Рену к двери.

― Кажется, тебе не очень хорошо даётся быть Хозяйкой, сестричка, ― насмешливо выдала Рениса. ― Сидела бы лучше в Храме и пела свои песенки, а домом должны заниматься другие...

― Другие?! ― Рене вмиг всё стало предельно ясно.

Сарояна вечно пыталась спорить за первенство в семье, но это не имело никакого смысла. Сейлы чтили традиции и поддерживали кастовый уклад. Только старшая дочь становилась жрицей, только старший сын был наследником, а второй сын всегда воин, все же остальные могли заниматься чем угодно: от всемирно известного ювелирного мастерства до лекарства и даже ткачества. Увы, сделать хорошего ювелира из Ренисы не удалось, она так и не прошла испытания в Храме Камней, и на обучение её никто не взял. С лекарским делом у неё тоже не сложилось. Всё же прочее казалось Сарояне не достойным делом для её прекрасной дочери, которая так и не нашла, в чём же себя проявить. И теперь они захотели заполучить дом.

― Боюсь, что другим, ― начала Рена, больше не сдерживая своего негодования, ― сначала нужно дорасти, а ещё лучше всё-таки чему-то поучиться, прежде чем хвататься за чужие обязанности!

― Да как ты смеешь насмехаться над моей дочерью! ― взвизгнула Сарояна и замахнулась уже на Рену, чтобы отвесить пощёчину. Но её руку остановили.

― Не стоит этого делать, ― негромко и отчётливо произнёс красивый бархатный голос.

― Ладира, ― злобно зашипела Сарояна, но это никак не повлияло на невозмутимость появившейся второй жены.

― Поднимать руку на Хозяйку дома ― плохая примета, ― всё так же спокойно заметила Ладира. ― Вполне можно оказаться и за воротами.

― Это решать не ей, ― процедила сквозь зубы Сарояна, бросив полный ненависти взгляд на Рену. ― Дом принадлежит Рошу, а не какой-то ужеобразной!

Ладира скривилась, услышав новое оскорбление. Рена же молча проглотила его, отлично понимая, что любое её слово сейчас приведёт к ещё большему скандалу. Лучше довериться другим женам, тем более что на помощь к Ладире уже подоспела Мальда.

― Эх, Сарояна, ты так не удосужилась познакомиться с традициями сейлов, ― качая головой, посетовала та. ― У Р`хан Рены куда больше прав, чем тебе кажется.

― Это вам всё кажется! ― фыркнула недовольно Сарояна и, развернувшись, одернула дочь, после чего картинно прошествовала в свои комнаты.

Рениса, опустив плечи и злобно косясь по сторонам, последовала за ней. Проводив их взглядом, жены почтительно поклонились Рене (она едва успела поблагодарить их), после чего поспешно удалились. В гостиной остались только младшие сёстры. Обе они стояли чуть поодаль, робко поглядывая в сторону Рены. Та тяжело вздохнула, мысленно убирая из помощников Ренису, от которой, конечно, могло быть больше толку, чем от малышей.

― Рианма, ― обратилась к старшей Рена, ― ты уже умеешь играть на рианте?

Сестра чуть потупила взор и честно призналась:

― Совсем немного.

― Что ж, значит, сейчас иди тренируйся, тебе придётся сопровождать наш ужин. А мы с Рэйнимой накроем стол.

Рианма сначала обрадовалась, а потом, видимо, поняв, что на неё свалилось, с завистью посмотрела на младшую сестру. Накрывать стол было явно проще и веселее. Впрочем, Рене было совсем не до веселья. Малышка Рэйнима, хоть и отличалась сообразительностью, но похвастаться скоростью никак не могла. В конечно счёте, они провозились почти до заката. После того, как всё было готово: серебро приборов таинственно блестело на бархатных зелёных скатертях, изящные причудливо изогнутые тарелки, похожие на змей, составляли мозаичный узор, а в столовой витал приятный можжевеловый аромат, ― уставшая, совсем уже вымотанная Рена вышла освежиться в сад. Ей просто необходимо было перевести дух и немного собраться с мыслями.

Солнце уже пряталось за верхушками сосен; становилось чуть прохладней, и вот-вот должен был появиться вездесущий гнус. Рена вдыхала сладковатый вечерний воздух и неспешно шла к своему любимому укромному уголку. В конце серебристой аллеи, где голубые ели плотно смыкались своими мохнатыми лапами, пряталась маленькая лужайка с миниатюрным старинным фонтаном и укутанной тисовым кустарником