Проблема для некроманта – 2 - Наталья Шнейдер

– Что значит чужое место? – не понял Освальд.

Сердце подпрыгнула к горлу, мешая дышать, ноги подкосились. Ну вот и все…

– Она заморочила голову чужому жениху и заняла чужое место.

Я облегченно выдохнула. Не знает, да и откуда бы ей? Увидела разом окаменевшее лицо Винсента. Мелькнула жуткая догадка. Нет. Не может быть! Это только в романах обезумевшие от страсти дамы втыкают кинжалы в соперниц, неверных любовников или в самих себя. В жизни все проще. По пьяни, конечно, и ножом могут пырнуть, а обычно… Машину поцарапать, дверь изрисовать, волосенки повыдирать, подговорить парочку не слишком чистоплотных мужиков «поразвлечься». Но задушить? И не ради подруги же! Да кто вообще станет так подставляться, будучи в здравом уме и твердой памяти?

– И ты решила убить ее за это? – В голосе дознавателя проскользнуло изумление. Похоже, какие бы страсти ни кипели в стенах университета, подобное было в новинку и ему.

– Я не решила.

Освальд нахмурился.

– Ты пыталась убить Ингу за то, что она увела чужого жениха?

– Да.

– Твоего жениха?

– Нет.

– Жениха подруги?

– Да.

– Как зовут подругу?

– Мия.

– Мия Лайгон?

– Да.

На скулах Винсента появились красные пятна. Я обхватила плечи руками: бред, ну бред же!

Дознаватель остался невозмутим.

– Это она тебя надоумила?

– Нет.

– Почему ты решила убить Ингу собственноручно?

– Я не решила.

– А кто решил?

– Никто.

Освальд досадливо поморщился. В самом деле, ерунда какая-то. Никто не решил, само так получилось.

– Зачем ты пыталась убить Ингу своими руками? – переформулировал дознаватель.

– Она занимает чужое место.

– Почему ты пыталась убить Ингу сама? Почему не предоставила действовать подруге?

– Так было правильно.

– Кто это решил?

– Никто.

– Кто сказал, что так будет правильно?

– Никто.

Дознаватель бросил взгляд на Винсента, тот пожал плечами. Вроде бы безразлично, но я видела, что он сохраняет спокойствие из последних сил. Инквизитор довольно ухмылялся. Ну еще бы, такое шоу. Никто не уйдет незамазанным: ни профессор, который столько раз тыкал его носом, будто щенка, ни «ведьма», до которой ему никак не удавалось дотянуться. Да и дознаватель оказался не столь хорош, как о нем говорят, никак не может правильно вопрос задать.

Интересно, обязан ли инквизитор молчать о том, что услышал на дознании? Если нет, скандал выйдет знатным. Я-то ладно, все равно никого не знаю, но мужу еще с ними работать.

– Мия Лайгон желала смерти Инге Оркан? – попытался зайти с другого конца дознаватель.

– Да.

– Что она говорила?

– Что хочет, чтобы эта девка сдохла в мучениях.

Я невольно поежилась. Если бы что-то подобное было выкрикнуто мне в лицо – не впечатлилась бы вовсе, и не такое доводилось слышать. Но произнесенное безразличным голосом мертвеца…

Муж положил ладони мне на плечи, успокаивая. Я накрыла его руки своими. Помогло.

– Когда это было? – продолжал допрос Освальд.

– Сегодня днем.

– Мия приезжала к тебе?

– Да.

– Мия попросила тебя убить Ингу?

Дрогнули символы в круге, покойная начала заваливаться, но в следующий миг снова выпрямилась. Точно некромант, удерживающий ее, едва не утратил контроль над магией. Может, так оно и было, потому что инквизитор снова довольно ухмыльнулся, а дознаватель бросил в нашу сторону быстрый взгляд.

– Винсент, я понимаю, но еще немного, пожалуйста.

– Не просила. – Безразлично произнесла мертвая.

– Тогда зачем ты пыталась убить Ингу?

– Она занимает чужое место.

– Тебе-то какая разница?

– Никакой.

Дознаватель потер лоб, буркнул под нос ругательство.

– Тогда почему ты сама пыталась ее убить, а не предоставила действовать подруге?

– Так было правильно.

– Почему ты решила, что так правильно?

– Не знаю.

Освальд развел руками, обернувшись к нам.

– Мы начинаем ходить по кругу.

– Вижу. – В голосе Винсента эмоций было не больше, чем в голосе покойницы. – Отпускаю?

– Да.

Труп лег и замер.

– Что ж, – напомнил о себе Клаус, – желаю удачи в расследовании. И доброй ночи, если она будет доброй.

Он поклонился, остальные вернули поклон, проводили взглядом инквизитора. Хлопнула дверь, застучали по лестнице шаги. Дознаватель покачал головой, но, если и хотел высказаться, промолчал.

– Держи. – Освальд взял у помощника записи и протянул Винсенту. – Сверь, все ли так, и подпиши, раз Клаус не соизволил задержаться. – Он повернулся ко мне. – И вы, Инга, прочитайте и подпишите.

– Я не умею читать, – выдавила я. В который раз обожгло стыдом. Как Кэри и подобные ей умудряются жить, не зная грамоты? Это же просто невыносимо!

Дознаватель изумленно вскинул бровь.

– Прошу прощения.

– Ничего.

Винсент начал было читать, но я оборвала его.

– Извини, я не хочу выслушивать это второй раз.

Муж кивнул с отстраненным видом, словно мысли его гуляли где-то не здесь. Вернул подписанные листы Освальду.

– Присядем? – предложил тот. Не дожидаясь ответа, устроился боком на краю помоста. – Про это, – он мотнул головой в сторону трупа, – сейчас мы больше ничего не вызнаем. Давай про взрыв. Расскажи, что там было, и как удалось уцелеть вам.

Винсент, вздохнув, сел напротив. Я устроилась у него за спиной, боком к остальным. Навалилась усталость, заставив ссутулиться. Ни дня без приключений! Или это мне в качестве ложки дегтя, прилагающейся к такому мужу и магическому дару? Чтобы жизнь совсем уж медом не казалась?

Очень хотелось прислониться к спине мужа, обнять его, снова ощутить его тепло. Но мы были не одни, и я заставила себя выпрямиться, вслушаться в разговор.

Винсент завел рассказ о событиях, предшествовавших взрыву. Я мысленно хмыкнула, услышав, что он задержал меня после занятий и попросил поднять тело, чтобы дать дополнительную возможность запомнить схему ритуала. У меня не было возможности законспектировать лекцию, а после воспользоваться конспектом. Но дознаватель то ли поверил, то ли сделал вид, будто поверил, что дело лишь в заботе о моей успеваемости.

Хотя, если вспомнить, как Винсент сопровождал меня в общежитие и не ушел, пока не передал комендантше – и это после того, как я ему морду набила! – он действительно нянчился со студентами. Ох, как же жаль погибших…

Я вздохнула – слезы подкатили совсем некстати. Что-то у меня сегодня глаза на мокром месте.

– А что было потом? – продолжал расспрашивать дознаватель.

– Это имеет значение? – изумился Винсент.

– Не знаю. Возможно.

– Если ты настаиваешь… Сидели. Разговаривали.

– О чем?

Муж хмыкнул.

– О различных научных теориях.

– Ты. Наедине с очаровательной женщиной. Беседовал о науке?

Глава 4

– Почему нет? – судя по тону голоса, Винсент от души веселился. – Скажем, существует теория что материальное вместилище памяти – мозг, в котором под воздействием пережитого опыта…

– Какая фантастическая чушь! – воскликнул дознаватель. –