Некромант в яблоках - Ника Веймар

– Насколько мне известно, некроманты обычно темноволосые, – мелодичным, певучим голосом произнес лирр Рокуэн Ойленоре, декан факультета эльфийской магии.

Высокий, стройный, словно молодой кипарис, с роскошными пепельными волосами и огромными зелеными глазами. Как и все эльфы, он выглядел молодо, хотя ему, по слухам, было больше ста лет. Неплохо сохранился!

– Если дар не врожденный, а унаследованный, на внешности это не сказывается, – негромко пояснил ему Морхен. И добавил с легкими нотками язвительности в голосе: – Вам бы, уважаемый Рокуэн, не мешало освежить в памяти теорию.

– Среди эльфов, дриад и друидов нет некромантов, – ничуть не обидевшись, отозвался тот. Склонил голову, рассматривая меня, словно диковинку. – Я чувствую силу земли в лирре Деларосо, и этот дар силен.

– Я хотела учиться на вашем факультете, – призналась я. А что теперь было терять? – Меня всегда привлекала эльфийская магия.

Эльф молчал, продолжая пронзать меня взглядом светлых, мудрых глаз. Он словно и не слышал моих слов. Зато оживился мой декан. Энергично потер ладони и хмыкнул:

– Почти идеальный баланс. Лучше мог быть только огонь. Во втором семестре как раз начнутся спецкурсы по смежным стихиям. Но странно, очень странно, что ваш родственник завещал дар именно вам. Неужели в его окружении не нашлось ни одного некроманта?

– Поверьте, лирр Морхен, я тоже желала бы знать ответ на этот вопрос, – вздохнула я.

Я поймала себя на мысли, что понятия не имею, как зовут моего нового декана. Не было причин интересоваться. Ничего, за месяц выясню. Но ждать не пришлось. Рокуэн Ойленоре что-то надумал и произнес, глядя на меня:

– Если мой коллега Кондор, – легкий кивок в сторону некроманта, – и уважаемые ректор и проректоры не будут возражать, я мог бы принять вас вольным слушателем. Сумеете сдать экзамены – получите вторую специальность. Жаль, если такой сильный дар пропадет.

Лирра Морхена перекосило. Похоже, они с эльфом взаимно недолюбливали друг друга и сейчас Рокуэн Ойленоре приглашал меня на свой факультет из желания насолить коллеге, а вовсе не от великой заботы. Но это было слишком заманчивое предложение, чтобы отказываться. Пусть я буду изгоем среди других студентов, зато исполню мечту. Впрочем, я до конца еще не верила в то, что все, с кем мы неплохо общались все три года, отвернутся от меня.

– Я согласна, – выпалила я, опасаясь, что эльф передумает.

– Вы не справитесь с нагрузкой, – процедил некромант. – Вам еще предстоит наверстать практику за целый год.

Кондор. Кондор Морхен. Имя декану подходило. Было в нем что-то от этой хищной птицы.

– Справлюсь, – упрямо качнула головой я. – Я старательная.

Лирр Морхен с сомнением покосился на мои розовые кроссовки. На них же смотрели ректор и оба проректора. Кажется, папа был прав, уверяя меня, что блондинку в розовых кроссовках никто всерьез воспринимать не станет. Как будто можно судить о старательности и эрудированности человека по тому, что на нем надето!

– Полагаю, лирра Деларосо, мы можем дать вам шанс, – наконец изрек ректор, отрываясь от созерцания моей обуви. – Если не справитесь с учебной нагрузкой, о… гм, любезно предложенном лирром Ойленоре спецкурсе придется забыть.

А вот этого я допустить не могла. Если уж судьба, подсунув мне черную мантию, решила в качестве извинения дать шанс быть вольным слушателем на факультете эльфийской магии, ухвачусь за него всеми конечностями. Если понадобится ночевать в библиотеке – буду ночевать! Это все, что у меня осталось.

Больше меня никто не задерживал. Черную мантию я безжалостно смяла, запихивая в сумочку. По традиции, после церемонии распределения по факультетам полагалось сразу надеть ее, но это было выше моих сил. Еще успею. Алайлы и Дэймона возле академии не было, и от этого на душе стало совсем паршиво. Я до последнего не хотела верить, что они так легко отвернутся лишь потому, что у меня появился дар некроманта. Но, увы, и лучшая подруга, и жених не желали иметь ничего общего с «низшей». Я даже пару раз хлюпнула носом от обиды, а потом ей на смену пришла злость. Вот так, значит? Вот она – цена всем клятвам в дружбе и уверениям в нежных чувствах? Даже не спросили, как мне достался темный дар, не подумали, в каком состоянии теперь я? Сбежали, словно от лесного пожара. И Дэймон наверняка в ближайшее время расторгнет помолвку. Невеста с даром некромантии будет портить его репутацию. От этой мысли я разозлилась еще больше. Слишком привыкла считать его своим, принимать знаки внимания, ловить завистливые взгляды. В прошлом году наша пара получила почетный титул короля и королевы вечера на студенческом осеннем балу. И в этом я тоже стану королевой бала, назло всем фальшивым «друзьям». А кто будет моим спутником, определюсь на месте. В крайнем случае, расшевелю даже некромантов. Превращаться в унылую ворону, подобную им, точно не стану. Тем более ворона из меня выйдет белая в прямом смысле слова.

Успокоив себя таким образом, я села в мобиль и поехала домой, размышляя по пути, как сказать родителям о произошедшем. Ох, мама расстроится… Она всегда принимала близко к сердцу мои невзгоды. Когда родители не вышли на крыльцо, пока я парковала мобиль, сердце оборвалось. Кажется, они уже знают… Природа-мать, только бы и они от меня не отказались! Особенно отец. Дочь-некромант вполне достаточный повод, чтобы новые договоренности с партнерами не были заключены.

Родители обнаружились на кухне. Мама, с заплаканными глазами, сидела на стуле в углу. От нее пахло валерианой и мятой. Отец успокаивал нервы более крепкими и благородными напитками. Стоявшая перед ним бутылка коньяка двадцатилетней выдержки была наполовину пуста. Я застыла в дверях, боясь сделать шаг. Мама, увидев меня, тихо заплакала, дрожащими руками накапала себе еще несколько капель успокоительного. Отец, не оборачиваясь, махнул рукой и приказал:

– Проходи. Рассказывай, как тебя угораздило.

– Лирр Крэг назначил меня своей наследницей, – опустив голову, призналась я.

– Вот старый пройдоха! – папа стукнул кулаком по столу. – Дотянулся все-таки! Чтоб ему посмертие было неспокойным!

– Я думала, раз браслет сдерживает дар, он и не проявится, – продолжила я. – Иначе забрала бы документы. Я все продумала, а оказалось, зря.

– Ох, доченька… – прошептала мама.

Это оказалось последней каплей для моего истерзанного терпения. По щекам побежали горячие слезы. Слишком тяжелой и гнетущей была атмосфера. Но родители хотя бы разговаривали со мной. Впрочем, недолго.

– Рика, иди в свою комнату, – скомандовал отец. – Живо! И чтоб я тебя сегодня не видел!

Всхлипнув, я пулей выскочила из-за стола и помчалась к себе. Ну уж нет, на такое я точно не подписывалась! Сегодня же сниму этот