Прощай, невинность - Анастасия Привалова

было неловко. Может ещё и от того, что мы теперь были совсем одни. Мы опять танцевали, и хотя неловкость оставалась, я была всё- таки довольна. Рассказывала ему о следующем экзамене по хирургии, рассказала, где будет проходить этот экзамен. Но Гнусавый и этой ночью работал на дискотеке, ему нужно было возвращаться. А я поспешила в своё общежитие, пока его не закрыли.

А наедине с собой конкретно поместила Гнусавого в образ заморского принца, а себя в роль Золушки. На меня накатывали романтические мечты со страшной силой. Я с трудом готовилась к экзамену, могла часами мечтать под музыку. Эти мечты не были определёнными, в них была музыка, красивые одежды и прикосновения. Иногда мне почему-то хотелось убирать у него в квартире и готовить. Довольно необычные для меня были мысли.

Но больше всего мне хотелось, чтобы он отыскал меня на экзамене по хирургии. Я так и представляла, как он встречает меня после экзамена с большим букетом цветов.

В том настроении предвкушения, я, наверное, очень хорошо выглядела. Потому что хирурги наградили меня пятёркой с отличием, не совсем заслуженной. Но не отказываться же от такого подарка, когда нередко случалось, что преподаватели незаслуженно занижали оценки. Моё настроение взмыло ещё на несколько градусов вверх. Казалось, что в таком состоянии все мои желания будут исполняться.

Но почему–то никто меня после экзамена не встречал с цветами и поздравлениями. Я понесла свою пятёрку с отличием домой в общежитие сама и без цветов, переходя в состояние лёгкого огорчения.

Но что было ещё хуже, Гнусавый и возле Кукольного театра не появлялся несколько вечеров. Я прождала сколько смогла, а потом не выдержала, и пошла сама его разыскивать на ККК Донецк.

Я встретила его прямо на ступеньках. Он прошёл мимо меня с женщиной в красном платье. Меня он видел, но сделал вид, что не знает.

У меня был шок, от которого я онемела, и не смогла ничего сказать, и даже мыслей о том, что с ним нужно разбираться, у меня не было. Но как же я была разгневана! Это был вечер гнева.

Больше я его не разыскивала и случайно не встречала.

По странному совпадению нам вручали дипломы об окончании медицинского университета в ККК Донецк. Я одела на выпускной то самое приключенческое чёрное платье на тонких бретелях. Не то чтобы оно у меня было единственное, но оно мне по-настоящему шло. Я ещё и расшила его белыми стразами, похожими на снежинки, а на груди пришила ярко красные стразы в виде цветка, в том месте, где находится моё горячее сердце.

Причёску я не делала, волосы у меня пышные и вьющиеся, я просто смочила их водой. И чувствовала себя легко и непринуждённо среди расфуфыренных сокурсников. Не то чтобы у меня не было среди них друзей, близких и тёплых отношений. Просто мне не нравились рамки официальных мероприятий. Оказалось, что эти рамки не такие уж жёсткие. Мы замечательно пообщались на вручении диплома, а у меня уже давно была репутация необычной и неформальной девочки, для кого-то ненормальной, но…

У каждого из нас свой формат. И после длительной учёбы, перед расставанием не было никакой необходимости друг друга форматировать.

И поэтому вечером я не пошла в ресторан со своими сокурсниками, там был уж слишком не мой формат. Мы пошли отмечать наш выпускной с бывшей соседкой по комнате в общежитии и близкой подругой и её парнем в мой любимый буйный Байкерс бар.

Вот только своего парня (не Гнусавого, совсем другого) я почему-то оставила на ступеньках ККК Донецк на официальной части вручения дипломов. Я на него обижалась за что-то, и что-то мне не нравилось, но с ним было и тепло, и интересно, и прекрасный секс и близость. Но, не чувствовала я в нём «необычного и таинственного»…

Глава 3. Продолжение охоты на Необычное и Таинственное

В голове ещё крутился Гнусавый с ККК Донецк, но я была уже открыта для новых знакомств.

В тот вечер я удивительно красиво выглядела. Длинные крупные висящие серьги и поднятые наверх волосы придавали моему облику изящество и утончённость. А в бежевом мягком струящемся платье и длинном кардигане, в босоножках на высоком тонком каблуке я могла претендовать на раскрасавицу.

Даже моя завистливая подружка Валя сказала кому-то мне в след – «какая она красивая!». Но я их с собой не позвала, отправилась гулять сама. Я чувствовала, что вполне могу справиться в этот день с мужчиной без подружек.

Знакомство не заставило меня ждать. Я шла по тротуару, вдоль него стояли машины, и я боковым зрением сканировала их владельцев. И заметила ещё издалека, что на меня смотрит мужчина, стоящий возле одной из машин. Он просто не сводил с меня глаз, пока я не поравнялась с его машиной. Боковым зрением я оценила машину – красивая новая иномарка.

Когда я оказалась рядом, он заговорил. Предложил познакомиться, и я познакомилась. Приятный мужчина, простой в общении. Но возле такой представительной машины он стоял в обыкновенной клетчатой рубашке. В то время для меня это был недостаток.

Мы разговорились, он был явно заинтересован, и я решила уговорить его поехать на ККК Донецк, чтобы покрасоваться перед Гнусавым своим знакомым на хорошей машине. Хотя меня сильно смущала клетчатая рубашка, но зато, какая машина!

Я что-то на ходу сочинила про необходимость попасть на ККК Донецк или просто сказала, что хочу туда поехать. В такие моменты я частенько что-то присочиняла. Понимание того, что можно просто сказать как есть, мне пришло гораздо позже.

И ещё я судила по себе, если человек чего-то сильно хочет, то он должен быть в возбуждённом состоянии, вот я и старалась передать своё возбуждение и желание собеседнику. А то, что можно чего-то спокойно хотеть и достаточно сильно – это была для меня тайна, «покрытая мрякой».

Он согласился и мы поехали. Общался легко, приятно и вежливо, но я слушала его не внимательно, и в мыслях предвкушала встречу с другим человеком. Зато я его не перебивала, сидела с отрешённым лицом и взглядом, устремлённым вдаль.

Но меня ждало разочарование. Не смотря на то, что был довольно поздний вечер, ККК Донецк был закрыт. Мы вышли из машины, поднялись по ступенькам, я подёргала закрытую дверь, огорчённо и растерянно