Связанные прошлым - Кора Рейли

— Данте?

— Да, — ответил я.

— Входи.

Я толкнул дверь, проскользнул внутрь и закрыл ее. Инес стояла перед окном, уже одетая для сна в длинную ночнушку, ее длинные светлые волосы ниспадали на спину. Отвратительные слова Якопо о том, что он с ней сделает, промелькнули в моей голове, сопровождаемые мрачным удовлетворением от того, что он никогда не прикоснется ни на сантиметр к моей сестре.

— Хотел тебе сказать… — начал я, но замолчал, когда Инес повернулась ко мне. Она знала, что Якопо мертв. Полное облегчение отразилось на ее лице. — Тебе не положено подслушивать на собраниях, Инес. Отец накажет тебя.

Отец ожидал, что я тоже накажу ее, но я не стал этого делать. Я бы не стал поднимать на неё руку или причинять боль каким-то другим способом. Он никогда не мучил ее так, как меня, но он бил ее и обращался с ней так, будто она была менее достойной. Мой отказ сделать то же самое привел его в бешенство.

Инес устремилась ко мне и бросилась в мои объятия, крепко обнимая меня.

— Я так счастлива, так счастлива, что он мёртв. Это ужасно, что я радуюсь чему-то подобному, но я счастлива. Могла бы станцевать от радости. С тех пор, как я узнала о помолвке, я каждый день молилась, чтобы он умер, и теперь мое желание исполнилось. Я знаю, что это был ты. Знаю, что ты убил его, чтобы он не смог причинить мне вреда.

— Инес, — предостерегающе прошипел я. — О чем ты говоришь?

Она подняла свои голубые глаза, полные благодарности.

— Знаю, что это был ты. Не надо лгать. Я знаю, что ты сделал это, чтобы спасти меня от него.

Я ничего не сказал, потому что Инес слишком хорошо меня знала. Что бы я не ответил, это не переубедит ее.

— Спасибо, что спас меня. Спасибо, Данте. Спасибо, спасибо, спасибо.

Слезы снова наполнили ее глаза, и моя грузная клетка сжалась. Она прислонилась лбом к моей груди, прерывисто вздохнув.

— Спасибо, что убил его.

— Инес, — прохрипел я. — Ш-ш-ш. Никто не должен знать. Якопо был убит Братвой, ясно?

Она отстранилась, мягко улыбаясь.

— Карле так повезло, что она станет твоей женой. Если бы она знала, как ты благороден, то перестала бы так переживать.

Мои брови сошлись на переносице.

— Карла беспокоится о том, чтобы выйти за меня замуж?

Инес и Карла были подругами с тех пор, как я себя помню, и именно поэтому я знал Карлу, несмотря на ее низкий статус: вторая дочь Капитана — по словам моего отца. Знание того, что они болтали обо мне за моей спиной, не очень-то меня устраивало. Я не замечал Карлу до тех пор, пока год назад не отвозил ее домой после того, как она посетила наш дом. Это было неуместно, но Инес чувствовала себя недостаточно хорошо, чтобы присоединиться к нам. Тридцатиминутная поездка в час пик вынудила нас на диалог, и ее мягкий колыбельный голосок, когда она говорила со мной о таких обыденных вещах, как шитье или готовка, дало мне чувство спокойствия. В то время как спокойствие всегда отражалось на моей внешности, истинное спокойствие внутри меня ускользало. Я начал обращать на нее более пристальное внимание. Она была красива, но очень застенчива, естественно покорная, добрая и религиозная, почти набожная. Она была хороша в том смысле, к которому я стремился каждое утро, клянясь никогда не становиться таким, как мой отец, и тем не менее не мог быть таким за завтраком, развлекая себя при этом мыслями о том, как устранить старика, не потеряв уважения Наряда. Если кто-то и мог пробудить во мне все хорошее, то это был кто-то вроде Карлы.

Инес улыбнулась:

— Тебя трудно читать, и, честно говоря, ты пугаешь людей, которые тебя не знают… всех, кроме меня.

— Она согласилась выйти за меня замуж.

— Ее отец дал согласие, и любой Капитан был бы безумцем, если бы не согласился выдать свою дочь замуж за будущего Босса Наряда.

Я напрягся.

— Если Карла не хочет меня…

— Я не говорила такого.

— Тогда что ты хочешь сказать, Инес? Скажи мне.

Она опустила руки, и ее улыбка погасла.

— Не надо… — она судорожно сглотнула. — Не звучи, как он. Ты меня пугаешь, когда так делаешь.

Я тихо вздохнул и легонько коснулся ее руки.

— У тебя нет никаких причин бояться меня, и у Карлы тоже. Но мне нужно знать, хочет ли она выйти за меня замуж, испытывает ли ко мне влечения.

Инес покачала головой.

— Конечно, Карла хочет выйти за тебя замуж. Почти все девушки увлечены тобой, даже если ты ведешь себя так, будто ничего не замечаешь. Твоя отчужденность сводит их с ума. Ты бы слышал, какие слухи ходят по кругу. Это достойно того, чтобы съежиться. Даже Карла иногда попадается на фоне этого в ловушку.

— Какие еще слухи?

Инес прикусила губу.

— Я бы предпочла этого не говорить.

— Инес, — твердо сказал я.

— Честно, — вспыхнув, сказала Инес. — Я бы предпочла об этом не говорить.

— Мне нужно знать, какие слухи ходят обо мне, особенно если Карла ведётся на них.

Инес отвела взгляд.

— Это все из-за того, что ты так одержим работой и не затронут человеческими эмоциями, что не нуждаешься ни в какой физической близости, вот почему некоторые люди считают, что ты… — Инес съежилась. Я удивленно поднял брови. — …Ты девственник. Карла даже спрашивала меня, сохранил ли ты себя для брака.

Я уставился на свою сестру. Ее щеки покраснели. Она прикрыла рот ладонью и рассмеялась, а в глазах появились веселые искорки. Ее плечи затряслись.

— Прости.

Это было очень типично для нашего общества, особенно для наших женщин. Они пытались плести вокруг меня истории, делая из меня какого-то достойного мечты героя, когда я был совсем другим.

— Я знаю, что ты не девственник, и именно это я и сказала Карле.

— Ты знаешь? — я наклонил голову, прищурившись.

Хотя мне было не совсем комфортно обсуждать свою сексуальную жизнь с сестрой, ее уверенность заинтриговала меня.

Она моргнула и опустила руку.

— Ты девственник?

Ее шок заставил уголок моего рта дернуться. Я только взглянул на нее, и ее лицо медленно сменилось смущением.

— Ты просто играешь со мной.

Да, но было приятно видеть, как с нее свалился груз последних дней.

Она покачала головой.

— Ты не можешь им быть. Зачем тебе им быть? Если бы я могла выбрать человека и даже наслаждаться этим, как