Три шага до магии. Шаг первый. Обучение - Михаил Александрович Швынденков

Произнеся фразу договора, что-то типа: «При условии соблюдения оппонентом всех оговоренных ранее условий, даю согласие на снятие копии информационной матрицы сознания и отправку её в мир реципиента (далее не запоминаемый буквенно-цифровой код)». Далее на меня надели упомянутый ранее шлем и сознание отключилось.

Очнулся я на скамейке в парке в гордом одиночестве. Ни господина Кошкина, ни его шлема. Солнышко клонилось к горизонту, дорожки парка уже были в тени деревьев, и стало ощутимо прохладнее. Зябко подвигал плечами, встал и пошёл домой. Больше я никогда ничего не слышал про господина Кошкина. Кстати, этот жмот инопланетный 10 тысяч зажилил! По крайней мере, в карманах ничего не пропало, но и не прибавилось.

Как он и сказал, наша встреча никак не отразилась на моей жизни, за исключением одного момента. Мне стали снится сны, в которых я был молод и начинал новую жизнь в магическом мире.

Глава 2. Начало новой жизни

Ощущение было, как будто снился очень плохой сон, поэтому нужно срочно проснуться. Открыл глаза – всё мутное и расплывчатое. Постепенно проявилось изображение, появилась резкость линий и предметов. Нахожусь на кровати или лежанке в помещении похожем на больничную палату. Рядом сидит девушка в какой-то униформе. Платьем это назвать язык не повернётся. Девушка довольно симпатичная. Не красавица, но симпатичная и бюст красивый, насколько это можно понять под одетым на неё балахоном. Она начинает что-то говорить, но я не понимаю. Хотел сказать, что я её не понимаю, но сумел издать только какой-то каркающий звук. Девушка куда-то метнулась и быстро появилась с керамической кружкой. Приподняв мою голову, начала меня поить кисловатым напитком. В нём чувствовались какие-то травы. Пока пил, начал соображать – это не мой мир. Достал правую руку из-под покрывала. Рука молодого человека. Левой рукой скользнул к низу живота и обнаружил мужские причиндалы – уже хорошо.

Девушка, заметив движение моей левой руки, вытащила из-под кровати что-то типа медицинской «утки», отбросила покрывало в сторону и, ухватив моё «хозяйство» уверенной рукой, пристроила утку так, чтобы я смог справить малую нужду. От её прикосновений моё естество пришло в возбужденное состояние, а я сам по ощущениям густо покраснел. Девушка засмеялась. Её смех был естественным, не обидным, как смех довольного ребёнка. Далее она поделала какие-то пасы руками и что-то прошептала. Моя плоть мгновенно успокоилась и заняла отведенное ей место в горлышке «утки». А я занялся аутогенной тренировкой, то есть стал сам себя мысленно убеждать в том, что болен, мне нельзя вставать, а девушка, это не девушка, а медперсонал, то есть существо доброе, заботливое, но бесполое. И нечего стесняться, надо справлять нужду. Самовнушение помогло, нужду справил.

Девушка унесла «утку» за занавеску в углу комнаты, потом принесла уже пустую и сунула её под кровать. Накрыла меня покрывалом и стала что-то говорить. Я жестом руки остановил её и показал жестами, мимикой, что я её не понимаю. Показал на неё, показал рукой, как болтается язык, потом показал на себя, на свою голову, постучал костяшками пальцев по голове, пожал плечами, развёл ладони в стороны. И так несколько раз, чуть изменяя свою пантомиму, я добился того, что девушка поняла, что я её не понимаю.

Её взгляд стал растерянным, она смотрела на меня с жалостью.

Пора брать власть в свои руки, решил я. Первое: вокзалы, почта, телеграф, телефон. Пушку на «Авроре» зарядить холостым… Это я так шучу, от страха и волнения.

Я показал пальцем на свою руку, посмотрел девушке в лицо и постарался изобразить вопросительную интонацию.

– М-м?

Показал на ногу.

– М-м?

Показал на голову.

– М-м?

Постепенно «диалог» у нас наладился. Я указывал на часть тела или предмет, девушка называла эту часть тела или предмет, я за ней повторял. Иногда она меня поправляла.

Показал на себя и пальцами изобразил шаги. Она кивнула и подала мне руку. Я медленно сел в кровати, потом встал на пол. Пол был каменный, прохладный, но не очень холодный. Держась за плечо девушки, сделал несколько шагов, потом вернулся на кровать. Она снова нырнула под кровать и достала больничные тапочки без пяток.

– Шлёпки, – прозвучало название.

Я повторил, и, указав на её одежду, изобразил вопрос.

– Это мантия, – сказала девушка.

– Это мантия, – повторил я.

– Нет – нет, это просто мантия. Мантия! Мантия!

– Мантия, – я мысленно отсеял разговорный «шум» и вычленил нужное слово. Затем я указал на себя, провёл руками вдоль тела, еще раз на себя: «Мантия?».

Девушка кивнула и ушла, а я лег в постель и занялся повторением всех слов, значение которые она мне поясняла. Не обманул, гад, подумал я про того разумного который меня сюда отправил. Абсолютная память подсказывала, что биологический компьютер в мозгу уже сформировался и работает. Попробовал к нему обратиться как к личности, но отклика не получил. Понимаю, что это похоже на шизофрению, искать собеседника в своём сознании. Но я прочитал слишком много книг, про нейросети, искусственные интеллекты и тому подобное. Подумал: «Ну, нет, так нет. Буду называть его просто Комп, поскольку других компьютеров в этом мире нет».

Девушка появилась часа через два, когда на улице начало темнеть. В комнате было одно окно, оно было открыто, но какое-то силовое поле не позволяло ни выглянуть в окно, ни руку просунуть. Светильники в комнате были, но они были магические и я не знал, как их зажечь. Девушка принесла мне такой же балахон-мантию, только сильно потрёпанный. На нем были остатки окраски сиреневого или фиолетового цвета. А у самой девушки мантия была не новая, но в хорошем состоянии и имела зелёный цвет. Когда я прикрыл свои телеса мантией, девушка поманила меня к столу и выставила на стол две миски с кашей и кувшин с каким-то напитком. Достав две кружки, девушка мимикой и жестами стала мне объяснять, что я был как труп, а теперь встал, то есть ожил. За это нужно выпить, и она разлила напиток по кружкам. Я отпил пару глотков. Это было вино, похожее на плодово-ягодное вино из моей первой, так сказать, молодости. В винах я, землянин, совершенно не разбираюсь, но тело меня нынешнего среагировало иначе. Напиток мне явно понравился. Улыбаясь, я взял у девушки деревянную ложку и начал есть кашу. Каша оказалась с кусочками мяса, на вкус не имеющая аналогов в мире Земли. Но, опять-таки, мне – понравилась. Кушая, мы продолжили изучение языка мной. Теперь кроме существительных я пытался усвоить глаголы и прилагательные, означающие цвета.