Она моя. Забытая ночь - Лила Каттен

Да я рисковала, но иначе я бы просто сошла с ума.

– Вот мерзавец. Я так и знала, что тут что-то не так, но такого вообще не предполагала, – сказала она, расхаживая по моей квартире. – Слушай, а давай мы в газету напишем. Ну не знаю или на телевидение пойдем.

– Ой, Вер, ну ты сама то веришь в то что говоришь. Эти журналюги первые всегда там, где он или его отец посадили дерево, случайно перевели бабушку через дорогу, и все такое.

– Жесть. А полиция?

– Ага, я даже как-то представляла, как будет заявление звучать о том, что сын мэра города решил меня замуж взять и взял.

– Но и так нельзя. Это хорошо, что еще не касался тебя.

– Папаша же полгода отвел на зачатие, а прошло немного времени. Предложу ЭКО. Не хватало еще, чтобы… фу.

– Дин, а может…

В тот вечер было много подобных «а может…», и ничего мы так и не придумали за эти годы.

Даже на ЭКО подлец не согласился. Ровно через три недели мы приехали к отцу Кости, и я услышала заявление о том, что время пришло.

– Так, смотрите молодые. Выборы мы выиграли, и вы у нас теперь символ любви. Народ требует продолжения банкета. А следующий этап семьи – ребенок.

Все мое нутро протестовало.

– Я согласна только на ЭКО, – стоило мне произнести эти слова, как двое мужчин тут же повернули свои головы и смотрели так, будто я с луны свалилась или они только что поняли, что я тут сижу.

– Ты пошутила Дина? Хочешь, чтобы моего ребенка в пробирке создавали?

– Это нормальная процедура. Нежели с тобой в кровать ложиться.

Они вдруг рассмеялись.

– Так вот в чем дело? Не бойся тебе понравится.

– Я сказала нет. И ты меня не заставишь. Только попробуй и я пойду на телевидение. Вы, итак, уже вдоволь надо мной поиздевались.

– Эх… Сын, все-таки МГУ был лучше, – встал и подошел ко мне возвышаясь. Я съежилась, понимая, что выгляжу как букашка, а после он ударил по щеке, так что я потерялась в пространстве и стукнулась головой еще и о стол. Схватил за подбородок и заставил смотреть в глаза. – А теперь послушай меня, чертова идиотка. Раскрой свой рот и окажешься там, где на завтрак, обед и ужин горсти таблеток дают, в зависимости от диагноза. Как тебе шизофрения?

– Вы не имеете права… – пискнула я.

– Имею, девочка. Я на многое имею право. Хочешь проверить? Давай. Может и мамочку там встретишь свою, – дергаюсь от испуга после его слов. – Что? Думала, что ты тут самая умная? Нет, Дина. Ты будешь умней, если сделаешь то, что от тебя требуется. И в данный момент, ты обязана родить ребенка, зачав его естественным путем, от моего сына. Это ясно?

Тогда я поняла, что наши с Верой шутки и мысли, просто детский лепет, по сравнению с тем, что творится на самом деле.

Отгоняю мысли, что нависли темной тучей. Что было то прошло. Вот только кошмар так и не закончился, даже спустя год после развода. Но я уже работаю над этим. И может быть однажды, я освобожусь от этого семейства.

До вечера слоняюсь по квартире. Немного позанималась языками. Сейчас я изучаю итальянский и испанский.

Ближайшее мероприятие в среду, открытие новой детской площадки, которую сделал свёкор. В салон красоты запись уже сделана, для меня и дочки. Платье прислали и весь вечерний туалет собран.

Тут в голову приходит идея.

Юля так мечтает о Хэллоуине, что я решаю порадовать малышку, устроив его завтра, только для нас двоих.

Улыбаясь, сажусь за ноутбук и ищу доставку аксессуаров для праздника и сценарии оформления квартиры.

Настроение прерывается в момент, стоит услышать звонок в дверь.

Поправляю платье и иду на встречу с адом, как всегда.

– Мамочка, – бросается ко мне дочка.

Присаживаюсь и обнимаю ее, взяв на руки.

– Увидимся в среду, тебе все прислали?

– Да.

– Деньги на карте еще есть?

– Есть.

– Пока, Юлек.

– Пока, – не поворачиваясь отвечает ему.

– А мы еще поговорим, – угрожающе смотрит мне в лицо, что плюнуть хочется в ответ.

– Поговорим.

Закрываю дверь и выдыхаю.

– Ну, рассказывай, – иду с ней в детскую.

Пока переодеваемся и я умываю дочку, она делится впечатлениями о том, что они все-таки поехали в океанариум, но Аня быстро устала, что на обеде было пирожное вместо торта, а дедушка злился.

Разогреваю ужин, через пол часа после ее приезда, а после мы садимся играть. Строим фигурки и буквы из кинетического песка.

– Юль, – переодеваю ее в пижаму после купания. – Угадай, какой мы завтра праздник будем отмечать?

– Хэльвин, – кричит, вскакивает на ноги и бегает по кровати с победным кличем.

– Да. А утром привезут украшения, и мы украсим дом.

– И я буду пугать ар-р-р… – выставляет руки вперед и рычит на меня.

– Да-а-а, – подыгрываю ей.

– Скорее ба-бай, – падает на подушку и поднимает руки, чтобы я ее укрыла и обняла.

– Спокойной ночи, девочка моя. Люблю.

– А я тебя. Споконой ночи.

Выхожу, включив ночник и иду в гостиную.

Включаю телевизор, укладываюсь на диване, положив рядом телефон и смотрю сериал, зная, что Вера не позвонит, мама тоже, а больше мне не с кем говорить.

Сердце сжимается от тоски. От одиночества. От безысходности.

Мне хочется заботы, чтобы рядом был кто-то, чьи руки могут дарить тепло и ласку. Чувствовать заботу, быть уверенной в том, что меня защитят.

Даже родители со временем стали любить Костю, ведь сначала им сложно было поверить, что все правда, а после развода остались его поклонниками, ведь их дочь просто сидит дома, не работает, обеспечена всем: деньгами, квартирой в новостройке. А мне и сказать против нечего, ведь со стороны все выглядит именно так. И только я знаю, что скрывают эти прелести бывшей жены Подгорного Константина Вячеславовича.

Глава 3

С утра встречаю курьера и разобрав коробки, бегу будить малышку.

– Эй, принцесса моя, доброе утро.

Она смешно потягивается в кроватке и раскрыв глаза кричит:

– Хэльвин. У нас уже хэльвин.

– Побежали умываться и развешивать паучков по гостиной.

– Бе-е-е… гадость.

– А что выберешь ты: сладость или гадость?

– Не хочу гадость, фууу.

Устраиваю ее на стульчике в ванной и начинаю чистить зубки.

– Ну что, наряжаемся в платье или в пижамах?

– Пижамы, – кричит и убегает в зал.

Разбираем по стопкам гирлянды с тыквами, пауками и ведьмочками похожими