Студентка с приданным - Ася Сергеева

Амелия

— Да, мам. Все хорошо у меня. Ты бы видела, как в универе весело, — после лекции я перезвонила маме.

— Хоть там отвлечешься, — тяжко вздохнула, — Я снова к следователю бегу. Ами, они скоро поймут, что это ошибка.

— Скорее бы уже, — грустно протянула я и, спохватившись, бодро добавила: — Меня уже зовут девчонки в буфет, там будем обсуждать лабораторную работу.

Мама пожелала мне удачи, что в нашем случае, не падать духом. Если бы она узнала, каково мне тут на самом деле, то успокаивающие лекарства для нее бы стали передозировкой.

На перемене однокурсники поспешили на выход, только я никуда не торопилась. Решила в лекционном зале пока пересидеть до следующей лекции. Еще и подруга, как назло, приболела. Осталась я одна, не считая копов.

Достала бутерброд, чем не буфет? Для моей компании можно назвать гипсовый бюст Афродиты, подарок выпускников нашей кафедре. Девчонки в сборе!

Ну и лабораторную никто не отменял. Мне ее сдавать до выходных. Почти не обманула маму, получается.

Откусила кусок от бутерброда, читая конспект. Даже страницу не прочла, как мою идиллию нагло разрушили.

— Вот ты где? Еле нашел!

Я сжала в одной руке недоеденный бутер, а второй, схватила конспект.

Отбиваться или прятаться?

Только два варианта представила при виде вошедшего Плата.

Вчера он уже хотел меня высмеять. Затем наткнулся случайно и не мог сдержать бешенство, что я его так метко проучила.

Сегодня что?

— Зачем искал меня? Извиняться за лужу не буду.

Так вот. Пусть знает, я не боюсь.

— От тебя дождешься, как же, — хмыкнул деловой брюнет. — Просто хотел узнать, как твои дела? Это ведь можно?

— Нельзя!

Если что, я отказалась. Бюст Афродиты в свидетелях.

И демонстративно продолжила есть бутерброд.

Мог бы и уйти, вообще-то. Но этот нахал непонятливый начал приближаться. Он не торопился, двигался властно, хищно. Еще издали скалился, сверкая зубами.

А я сбегать передумала.

Шиш ему с маслицем.

Жевала и поглядывала, как у него обтягивает белый джемпер рельефные мышцы.

Красавчики это зло, такой вывод сделала. И накинула на голову капюшон своего черного худи.

— Неужели тебе самой здесь не скучно? — подозрительно мягко спросил. К чему бы это?

Носом потянула — перегар не слышно. А только знакомый аромат его парфюма, за кофейным автоматом уж нанюхалась вчера. До самого дома потом вспоминала.

— Некогда мне скучать! Я специально осталась одна, чтобы что-то украсть. Уходи! Не мешай мне!

— Ну что ты снова гонишь? Здесь же нечего брать.

— Как это нечего? — я огляделась. — Бюст Афродиты с собой прихвачу.

Выбор невелик, согласна. Не стул же мне было назвать?

Плат не поленился и сходил к бюсту, взял и облапал нашу святыню. Совести нет никакой.

— Дешевка полнейшая. Стоит не дороже моих шнурков.

Поглядите-ка на оценщика.

— Для вас, мажоров, все запросто, папочка платит. А для нас, шнурки не будут лишними. Сказала украду, значит украду. Я что, зря в засаде сидела?

Ё-мое.

Ну как еще мне гада отпугнуть?!

— Точно уверена?

— Зуб кладу! — ой, там вроде, даю или ставлю, или… срочно надо воровской жаргон подучить. Не дело это, выпадать из роли.