Талант и поклонница - Кэрол Мортимер

– Я всего лишь пыталась поддерживать беседу.

Джордан холодно на нее посмотрел:

– Я предпочел бы, чтобы вы готовили ужин, а не разговаривали.

Стефани сдержала сердитый ответ и продолжила распаковывать коробку с продуктами. «Может быть, он станет сговорчивее после того, как поест? А может быть, и не станет!» – гневно размышляла она.

В его медицинской карте было указано, что сломанные кости руки и ребра успешно срослись, но, судя по тому, как Джордан хмурится и морщится, он по-прежнему испытывает сильные боли. У Стефани пальцы зудели от желания поскорее проверить состояние его травмированной ноги и бедра и приступить к процедурам.

Или, может быть, ее пальцы зудели от желания просто прикоснуться к телу Джордана Симпсона?..

Джой сначала не поверила, а потом, поверив, обрадовалась тому, что новым пациентом сестры стал актер Джордан Симпсон. Джой также посоветовала Стефани не волноваться по поводу бракоразводного процесса четы Ньюман. Сестра-адвокат попросила Стефани выполнять свои профессиональные обязанности и предоставить ей право все уладить с Ньюманами.

– Не могли бы вы накрыть на стол, пока я готовлю? – вдруг резко спросила Стефани.

Он стиснул зубы:

– Ну да, я ведь не окончательный инвалид, черт побери!

Он неуклюже поднялся на ноги и оперся на трость.

– На самом деле я попросила вас накрыть на стол, а не спрашивала о том, способны ли вы это сделать, – ответила она.

– Конечно, – язвительно отозвался он.

Стефани наблюдала, как он хромает по всей кухне и открывает ящики, чтобы достать столовые приборы.

– Какого черта вы на меня пялитесь?

Стефани подняла глаза и обнаружила, что Джордан злобно смотрит на нее через всю кухню и хмурится.

– Я как раз думала, не нужно ли вам сделать еще один рентген ноги и бедра? Вам следовало бы еще раз показаться своему доктору в США.

– Забудьте об этом. – Джордан шумно бросил столовые приборы обратно в ящик, прежде чем его захлопнуть. – Как поужинаете, сразу убирайтесь отсюда! – Он заковылял к двери, ведущей в коридор.

Стефани нахмурилась – ей не понравилось, что он вдруг решил уйти:

– А ужин?

Он повернулся и сверкнул на нее глазами:

– Я потерял аппетит.

– Потому что я заговорила о вашей ноге?

– Потому что вы вообще разговаривали! – бросил ей Джордан, обвиняя. – Мужчины обычно молчат и занимаются делами, а женщины, как я заметил, склонны к постоянному анализу. Словесному.

– Не забудьте, что мужчины предпочитают молча упиваться своими проблемами, а не…

– Единственная моя проблема сейчас – это вы! – злобно парировал он и стиснул зубы так сильно, что почувствовал пульсацию в челюсти. – И моя проблема исчезнет в тот момент, когда вы выйдете за дверь.

– Я никуда не пойду, – равнодушно произнесла она.

Он холодно оглядел ее с головы до ног:

– Нет?

– Нет, – продолжала она стоять на своем. – И я очень сомневаюсь, что вы способны заставить меня уйти.

Его лицо вновь побледнело, губы были сердито поджаты.

– Вы не привыкли подбирать выражения, не так ли? – сурово пробормотал он.

Стефани вздохнула:

– Я не хотела вас расстраивать, мистер Симпсон…

– Тогда убирайтесь вон из моего дома! – Он повернулся и вышел из кухни, не оглядываясь.

Стефани устало опустилась на стул. Она привыкла к трудным пациентам и даже радовалась возникающим с ними проблемам. Но Джордан Симпсон оказался невыносимым человеком.

– Передумал? – спросила она примерно через час, когда подняла глаза и увидела ковыляющего на кухню Джордана.

– Нет. – Джордан не мог признаться в том, что больше не может спокойно выносить вкусный аромат, проникающий из кухни в кабинет, где он сидел, пока эта невыносимо упрямая женщина готовила ужин. – По-моему, я приказал тебе уйти.

Она продолжала сидеть за кухонным столом, допивая красное вино:

– Твой брат хочет, чтобы я осталась.

Джордан стиснул зубы:

– Ты говорила с ним?

– На прошлой неделе.

– Ну, ты, возможно, не заметила, что сейчас Лукана здесь нет.

– Я не сомневаюсь, что он приедет сразу же, если я решусь ему позвонить, – равнодушно ответила Стефани Маккинли.

Джордан не сомневался, что Лукан вполне способен прилететь в поместье на частном вертолете.

Проковыляв к столу, Джордан взял бокал и налил себе красного вина из открытой бутылки. Он сделал глоток, а затем бросил так сильно раздражающей его женщине:

– Если это угроза, то я не впечатлен.

– Никакая это не угроза. – Она скривилась. – Разве тебе можно пить вино, если ты принимаешь обезболивающее лекарство?

– Это и есть мое обезболивающее!

В особняке Малберри-Холл имелся хороший винный погреб, и за прошедший месяц Джордан частенько туда наведывался.

Стефани Маккинли посмотрела на него исподлобья:

– Алкоголь провоцирует депрессию.

– Нет у меня депрессии, черт побери! – Джордан так резко поставил бокал на стол, что вино пролилось на его руку и деревянную столешницу.

– Хорошо. Но ты злишься. Ты разочарован. И… груб.

– Откуда тебе знать, что я не был зол, разочарован и груб до несчастного случая? – спросил Джордан.

– Не был, – тихо сказала Стефани, глядя на него. – Газетчики наверняка сообщили бы об этом, если бы знаменитый Джордан Симпсон пребывал в таком настроении. Когда ты в последний раз был у парикмахера? Когда брился в последний раз?

Джордан взял бокал и сделал еще один большой глоток красного вина.

– Не твое собачье дело, – прорычал он.

– Учитывая твою гордыню…

– При чем тут гордыня, если я сейчас свихнусь от боли в ноге?

– Мы должны выяснить, почему она болит, – настаивала она.

– Нет, Стефани, это ты должна выяснить, почему у меня болит нога, если хочешь сохранить свою, я не сомневаюсь, очень хорошо оплачиваемую работу, – заметил Джордан. – Но я не намерен и близко подпускать тебя к моей ноге, поэтому тебе придется нелегко, верно?

Разочарованная Стефани поднялась, чтобы собрать грязные тарелки и загрузить их в посудомоечную машину.

– Хочешь, я приготовлю тебе стейк?

– Скажи мне, Стеф, неужели ты не поняла? Я требую, чтобы ты убралась из моего дома! – громко прорычал Джордан Сент-Клер.

Стефани вздохнула, чтобы успокоиться.