На волшебном балу - Джулия Джеймс

Вот с какой реальностью ей предстоит столкнуться. Отец? У нее нет отца. Никогда не было. И деда тоже нет. Как бы ни назвался тот, кто ждет внутри.

— Сюда.

Бесстрастный голос Алесандро вклинился в ее недобрые мысли. Она последовала за ним в дом.

Алесандро провел ее через пару двойных дверей. Открыл еще одну дверь и вошел. Томазо сидел в кресле у окна. Он сразу поднял голову. На лице застыло напряженное ожидание.

Внезапно, как бы ни обращался старик с ним до сих пор, Алесандро почувствовал, что не может так поступить с ним. Ему следует войти первым, предупредить, какова его внучка. Но он решил не поддаваться раскаянию. Томазо сыграл жестко — пусть получает, что хотел.

Позади себя Алесандро различил тяжелый топот — как еще могут стучать ее грубые, уродливые туфли? Ни одна итальянка не позволила бы себе надеть нечто подобное.

Старик поднялся на ноги.

— Томазо — ваш дедушка, — объявил Алесандро невыразительно. — Лаура Стов.

Томазо не смотрел на него. Все его внимание приковала женская фигура у него за спиной. — Лаура… — он шагнул к ней, протянув руку.

Девушка руку не взяла. Отсутствие всяких эмоций делало ее лицо похожим на пудинг — отвратительный английский пудинг с жиром внутри.

— Я твой дедушка, — сказал Томазо. Пусть лицо его было спокойным, голос прерывался от волнения, заметил Алесандро.

Ноздри Лауры расширились от гнева.

— Мой дедушка мертв. А вы — отец человека, разрушившего жизнь моей матери.

Все в ней дышало неприкрытой агрессивностью. Томазо отшатнулся. Лицо его побледнело. Девушка смотрела все так же безжалостно.

— Я здесь лишь потому, — сказала она, — что этот человек, — она кивнула в направлении Алесандро, и в нем вспыхнула злость на ее манеры и на слова, которые последуют дальше, — подкупил меня.

— Он подкупил тебя? — недоверчиво откликнулся старик.

— Да.

Алесандро ошеломленно смотрел на неумолимую фурию.

— Я не хотела иметь ничего общего ни с вами, ни с другими людьми, так жестоко обошедшимися с моей матерью. Не понимаю, зачем вам эта встреча. Мне жаль, что ваш сын мертв, но ко мне это отношения не имеет. Потому что вашему сыну я была не нужна. Он дал это понять еще до моего рождения.

Шок Томазо был все явственнее.

— Это не… я совсем не так… — он сбился. — Я думал, ты будешь рада… рада, что я разыскал тебя…

Его лицо посерело, рука внезапно прижалась к груди. Алесандро бросился вперед, не дав ему упасть.

Следующие часы были бесконечными. Алесандро немедленно связался с больницей, и Томазо отвезли туда. К облегчению Алесандро, ему скоро объявили, что жизнь старика вне опасности, однако его оставят на ночь для обследования.

Но какого бы рода приступ ни случился с Томазо, одно Алесандро знал наверняка. Виной всему эта гарпия со своими мстительными тирадами. Он исподволь взглянул на девушку, сидящую с ним рядом в машине, везущей их из больницы. Лицо мертвенно-бледное, руки стиснуты. Именно так она просидела все время в приемном покое.

— Он выздоровеет? — внезапно спросила она.

— Вам не все равно?

— Я уже говорила: мне жаль, что его сын мертв. И мне жаль, что ему стало плохо. Я не хочу, чтобы он умер. Я никому не желаю смерти.

— Похвально. Но если вы согласны быть добродетельной до конца, сделайте, как ему хочется, и задержитесь на вилле, чтобы он не смог вас повидать. Одному богу известно, зачем ему это, но он сказал, что должен с вами поговорить.

Ответа он не дождался, она только еще немного отодвинулась от него. Это его позабавило. Словно есть в мире женщина, у которой еще меньше шансов возбудить его интерес, чем у нее.