Соблазни меня - Ольга Джокер

Расстегиваю боковую молнию, снимаю тонкие бретели и платье безжизненной тряпкой падает на пол к моим ногам. Переступаю голубой смятый шёлк и встаю под прохладные струи душа, яростно намыливая тело мочалкой. А потом, завернувшись в халат и одеяло с упоением читаю Чейза. Под рукой печенье и тёплое молоко, а пропечатанные страницы только и успевают перелистываться. Сюжет захватывает настолько, что я не сразу слышу, что в доме кто-то есть.

Откладываю книгу в сторону, боязливо спускаюсь на первый этаж и застаю отца в хорошем расположении духа. Рубашка расстегнута на две верхние пуговицы, галстук почему-то не на шее, а в правой руке. Темные волосы с проседью находятся в хаотическом беспорядке, но кажется папе абсолютно все равно.

— Смотрю у кого-то впервые за несколько дней приподнятое настроение, — укоризненно качаю головой, слушая как папа напевает под нос веселую незатейливую песенку.

— Мия, плесни-ка мне виски, — просит отец и проходит в гостиную следом за мной.

Делаю как он просит и мысленно радуюсь — наконец-то у отца хорошее настроение, а то мне казалось, что все настолько печально, что хуже не придумаешь.

— Как тебе Шон Картер? — спрашивает папа настолько неожиданно, что я проливаю на себя янтарную жидкость.

На белоснежном халате красуются некрасивые разводы, и я промакиваю вылитый алкоголь бумажным полотенцем. За сегодняшний вечер это второй раз. Наверное, у меня растут руки из задницы или мне категорически запрещено прикасаться к алкоголю.

Папа неприятно кривится, окидывая меня взглядом.

— Можешь отвечать, Мия. Я не спросил ничего страшного из-за чего стоило делать такое выражение лица как у тебя.

— Какое — такое? — раздражаюсь не только из-за пятна на халате.

Больше из-за вопроса, конечно же. И папа тонко чувствует перемены в моем настроении.

— Кислое, недовольное. Я почему-то подумал, что Шон тебе понравился.

Я недовольно пырхнула и села на высокий барный стул напротив отца. Сложила руки на груди и посмотрела на него с вызовом.

— Меня не интересуют мужчины возраста моего отца.

— Не пори чушь, детка. Шону едва исполнилось тридцать пять. Да и выглядит он молодо. Потому что дорого, — папа ставит бокал на стол и кивает в сторону бутылки, чтобы я пополнила его запас еще.

Но я только убираю виски подальше и закрываю бар на замочек.

Негодую. Широко раздуваю ноздри и пыхчу как злой носорог, не глядя в глаза отцу. Мысленно умоляю его не говорить со мной. Не слышать того, что он скажет дальше, просто потому что я знаю и ощущаю, что последует потом. А мне до страха и боли не хочется разочаровываться в собственном отце.

— Шон согласился помочь мне с долгами. Более того, пообещал, что поможет моей компании выйти на прежний уровень, — выпаливает отец так неожиданно, что я замираю от шока посреди гостиной.

Медленно поворачиваюсь, недоверчиво прищуриваюсь и складываю руки на груди.

— И какая же выгода Шону Картеру помогать тебе?

Отец довольно хмыкает и улыбается краешками губ. Отводит свой взгляд в сторону, словно кафельная плитка на полу куда более увлекательное занятие, чем смотреть единственной дочери прямо в глаза.

— Он хочет, чтобы ты стала его женой, Мия.

Глава 4.

— Он хочет, чтобы ты стала его женой, Мия.

— Ты просто… как ты мог вообще подумать о том, что я соглашусь? — свирепо хожу по гостиной и крушу всё на своем пути — особенно бьющиеся предметы.

Посуда звонко приземляется на пол и разлетается на неровные кусочки. Так спокойнее, так проще. Хочется молотить кулаками о стену до кровавых ссадин на костяшках, а потом бежать куда глаза глядят подальше от этого театра абсурда.

— Детка, я не сказал ему: «Да». Это должна ответить только ты, Мия, — спокойно произносит отец. — Но если ты поможешь нам вылезти из денежной ямы, то я буду тебе очень признателен. Шон отличный парень и я настоял бы на вашем браке даже если бы не был по уши в долгах. Подумай сама — ты будешь самой богатой девушкой города. Да что там, не только города! Уверен, Картер занимает почетную ступеньку в списке Форбс и на твоем месте мечтала бы оказаться любая девушка…

— Я не любая, пап! И я между прочим твоя дочь, — слезы подкатывают к горлу, и чтобы не расплакаться отворачиваюсь к окну.

Отец тяжело вздыхает, опускается на мягкую обивку дивана и закрывает ладонями лицо. Он плачет? Он плачет… Сажусь рядом, глажу его по спине и чувствую, что ему на самом деле трудно об этом просить.

— Мия, брак только в книжках бывает по любви. На деле и в жизни брак — это давно только лишь товарно-денежные отношения, где каждый из сторон имеет свою выгоду.

Отец замолкает. Тяжело дышит словно после километрового забега, а я просто поднимаюсь с дивана, разворачиваюсь в сторону ступеней и медленными шагами поднимаюсь на второй этаж в свою комнату все еще ожидая, что отец окликнет меня и захочет поговорить. По душам. По-настоящему. Как с маленькой.

Но этого не происходит, поэтому я захожу в свою обитель, закрываю её на замок, чтобы никто меня не тревожил и безжизненно падаю на кровать.

* * *

— Мия, скажи мне правду — на прошлой неделе тебя похитили инопланетяне и украли твой мозг? — я изумленно смотрю на Софи и качаю головой.

У нее в руках телефон. Софи активно листает ленту Фейсбука с фотографиями Шона Картера и изумленно вздыхает, натыкаясь на его снимки с шикарных пляжных курортов.

— Ты только посмотри какой торс! Все как я люблю — высушенное худощавое тело с прокаченными кубиками, сносная прическа, обаятельная улыбка. Бог мой, да я бы за бесплатно ему отдалась!

— Софи! — кричу на подругу настолько громко, что присутствующие на пляже начинают странно косится в нашу сторону.

Мы вообще об одном и том же человеке говорим?

Пока Софи восторгается тем фактом в скольких странах побывал Шон, я молчаливо просеиваю бархатный песок сквозь пальцы.

— Прости, детка, но я говорю тебе чистую правду. Шон, кажется, прикольный мужик и если тебе придется вступить с ним в брак и трахаться несколько раз в неделю в обмен на то, что отец вернет себе свое благосостояние, то это будет лучшим вариантом из имеющихся.

— А какой худший? — бормочу себе под нос.

— Худший вариант тот, где ваши личные коллекторы всерьез возьмутся за мистера Харви и в один прекрасный день просто прострелят ему голову, — удар под дых.

Кровь стынет в венах после слов подруги, и я впервые задумываюсь над тем какая я на самом деле эгоистка. Ищу любви? Ищу идеала? А есть ли он вообще? Существует ли? Возможно брак с Шоном действительно шанс на спасение?

Папа ошибся, оступился. Так бывает. Но я не могу потерять его точно так, как и маму несколько лет назад.