Ромео во тьме - Элеонора Хитарова

Мэйза и Ромео окружали люди на мотоциклах. Это была довольно внушительная компания, человек сорок – пятьдесят. Все они перемещались с места на место, хвастаясь, друг перед другом дорогой экипировкой и свирепым ревом своих великолепных стальных зверей. Мэйза приветствовали по очереди.

– Познакомьтесь. – Громко отвечал Доминик. – Это наш новый приятель Ромео. ОН катается в первый раз. Хочу познакомить парня с тем, что такое езда в Лос-Анджелесе по пятницам. Может быть, он тоже пожелает приобщиться.

Отовсюду раздавались одобрительные возгласы и звуки гудков мотоциклов.

– Доминик, где мы? – Тихо спросил Ромео.

– Это шоссе в никуда! – Засмеялся Мэйз. – смотрел Линча? Не знаю, какая-то заброшенная дорога. Раньше она вела на некий стратегически важный объект. Его упразднили, обнесли бетонным забором, дорогу закрыли. Превратили все вокруг в свалку. Дорога осталась. А что, добру пропадать? Вот мы по пятницам собираемся здесь, а потом едем кататься по городу.

– Да, именно так! В Эл.Эй уже объявлена полицейская пятничная готовность! Черт дери этих копов! – Раздался хриплый басовитый смех. С ними поравнялся пузатый мужчина лет сорока пяти, с длинной бородой, на устрашающе огромном, увешанном разными амулетами «Харлей Дэвидсоне». Руль мотоцикла венчал козлиный череп.

– О, привет, борода! Знакомься, это Ромео.

– Привет, парень, – мужчина протянул Ромео руку, – Кит Хадсон.

– Он кинопродюсер. – Кивнул Доминик. – Ромео – писатель.

– О, классно, давай, напиши мне пару крутых сценариев! Я их подброшу Тарантино. Интересуешься чопперами? Хочешь, прокачу на своем Козле? – Кит заметил, как Ромео с любопытством рассматривал его машину.

Ромео с готовностью перелез с мотоцикла Мэйза на Козла, а точнее, забрался в его широкое, похожее на кожаную корзину, заднее сиденье.

Что Ромео знал наверняка, так это то, что Харлеи не ездят слишком быстро. Они ездят вальяжно и с помпой. Кроме того, вряд ли этот бородатый толстяк стал бы заваливать свое разукрашенное сокровище на землю, входя на бешеной скорости в поворот, как это любил делать Мэйз.

В течение еще получаса вся компания знакомилась с Ромео и обменивалась новостями. Юноша уже не удивлялся громким именам и званиям приятелей Мэйза. Продюсеры, именитые режиссеры, даже несколько очень знаменитых актеров были там. Он и представить себе не мог, что когда-нибудь увидит этих парней так близко. Модный художник, успешный юрист, три звездных пластических хирурга, владельцы лучших ресторанов, даже кое-кто из политической элиты. Высшее общество в переливающихся шлемах. Отличная маскировка от нескромных взглядов. Впрочем, в шлемах были не все. Одной из последних, поздороваться подъехала девушка.

И тут Ромео удивился, как никогда раньше! Сидя на Харлее, затаившись за болтливым и хохочущим Китом, Ромео было удобно наблюдать за происходящим.

В один момент он увидел, как странно изменилось выражение лица Мэйза. Его лицо, на мгновение словно бы озарил свет. Такого Ромео раньше за ним не замечал. Тут же с ним поравнялся алый спортивный мотоцикл, в седле которого, изящно прогнув спину, сидела тоненькая девушка в черно – красном костюме.

Взгляд, которым Доминик встретил ее, не спутать было ни с чем. Даже такой любовный профан как Ромео, тотчас разгадал этот взгляд. Но Доминик мгновенно спрятал, скрыл его. Ромео с изумлением воззрился на девушку, которая удостоилась такой небывалой чести.

И тогда он удивился еще больше. Красавицей ее точно назвать было нельзя. Миниатюрная, с туго стянутыми в длинный конский хвост черными волосами. На своем алом, сверхмощном спортивном мотоцикле она вызывала противоречивые чувства: она выглядела хрупкой и беззащитной по сравнению с машиной, и в то же самое время ее можно было сравнить с укротительницей свирепого механического демона, бесстрашной, отчаянной, но женственной.

Упрямый круглый подбородок, тонкий хищный нос, черные как оникс, глаза. Выражение бесстрастного спокойствия на лице.

К груди ее была крепко пристегнута небольшая сумка, откуда время от времени что-то выглядывало. Ромео пригляделся. И удивился в третий раз: из сумки показалась острая, сморщенная мордочка с огромными ушами и сероватой кожей. В какой-то момент эта мордочка повернулась и посмотрела в его сторону парой огромных и блестящих, как бусины, миндалевидных глаз. Сначала Ромео уже было решил, что это инопланетянин. Мало ли, какие причуды могли себе позволить голливудские небожители. Но потом он признал в этом странном создании голую кошку экзотической русской породы.

Девушка разговаривала с Домиником, которому общение давалось неожиданно трудно. Он, то и дело, опускал голову, нервно теребил перчатки, и чаще смотрел в глаза кошке, нежели женщине. Ромео удивлялся все больше и больше. В его понимании, Мэйз должен был быть влюблен в высоченную златокудрую диву, по типу Николь Кидман, в «Бентли», и с болонкой на руках. А, судя по всему, это случилось ни с чем внешне не примечательной, миниатюрной брюнеткой, на итальянском мотоцикле, с голой кошкой в сумке через плечо.

Мэйз с грустью посмотрел ей вслед, когда она отправилась здороваться с остальными, но тут же одернул себя и начал насвистывать какую-то песенку себе под нос.

Ромео хотел тут же задать Мэйзу резонный вопрос, но двигатели всех мотоциклов заревели в одно мгновение, и процессия начала разгон как будто перед взлетом.

Если бы Ромео показали сейчас человека, который сказал, что Харлеи не ездят быстро, то он плюнул бы ему в лицо.

В течение последующих двух часов Ромео пересаживали с мотоцикла на мотоцикл, чтобы он получил полное представление о том, чем отличаются разные мотоциклы друг от друга помимо дизайна, и о том, какими могут быть индивидуальные стили вождения.

Он действительно познал все прелести езды и скорости, и сделал для себя один очень важный вывод: он станет ездить на мотоцикле, только если полностью выживет из ума. Об этом он никому не сказал, потому что боялся сознаться в своей трусости, глядя на красно-черный костюм девушки, который лишь мелькал в коротких мгновениях перерывов между отчаянными виражами, которые она выделывала с фанатичным упоением.

На третьем часу безудержной гонки по холмам Ромео начал умолять Мэйза, на машину которого, в конце концов, вернулся, остановиться.

Все закончилось тем, что Доминик скинул юношу в одном из людных баров, наказал ждать себя и уехал дальше.

4.

Перевести дух Ромео смог только после бутылки пива. Адреналин в его крови непривычно зашкаливал и подгонял ритм сердца. Что-то необыкновенное в таких поездках, несомненно, было.

После второй бутылки Ромео решил, что поторопился с выводами. Возможно, что и он станет ездить на мотоциклах. Только медленнее. К третьей бутылке вернулся Мэйз. Его черный костюм сделался серым от пыли, глаза лихорадочно блестели, он довольно улыбался и прижимал к лицу платок.

– Эй, привет! – Он упал на стул рядом с Ромео. – Что пьешь? Пиво? И я буду!