Любовь не для заучек - Дина Ареева

— Вот сейчас Миланка обидится!

Миланка — это моя дочка, которой уже семь месяцев. Я узнала, что будет девочка, еще на первом скрининге.

Живот у меня реально похож на мячик, такой же тугой и круглый. Пока не очень большой, но это потому, что моя девочка еще не начала расти. У нее уже все органы сформированы, и теперь целых два месяца она будет расти и набираться сил.

Сейчас даже не верится, что я всерьез собиралась сделать аборт. Я очень благодарна маме и Грише, что они меня отговорили. Они собирались удочерить мою девочку, чтобы все думали, что у них родилась двойня.

Через несколько дней у меня чуть не случился выкидыш, и я тогда так испугалась, что почти три недели безропотно пролежала в больнице на сохранении. Больше никто об удочерении не заговаривал, особенно когда я объявила, что это будет Миланка.

Мама ждет мальчика, Григорий с нее пылинки сдувает. А я стараюсь не думать об отце Миланки.

Мне тоже хотелось бы так. Но я всегда знала, что Демьян другой. Он ни за что не стал бы как Гриша помогать снимать и надевать обувь. Бежать домой, чтобы принести что-нибудь вкусненькое и читать животу сказки.

Это вообще не о нем. Он никогда таким не станет. Поэтому и жалеть мне не о чем.

Но в любом случае Демьян заслуживает знать, что у него родится дочь. Мы с ним оба виноваты в том, что случилось.

Да, Каренин поверил Анне и Артуру. Но она его мать, а Артур его друг. Мы с Демьяном были знакомы всего несколько месяцев, так почему он должен был доверять мне больше, чем им? Конечно, он поверил.

Я виновата в том, что так легко позволила втянуть себя в эту постановку с ночным клубом. Мне еще очень повезло, что меня не изнасиловали. Если бы меня не стошнило выпитым коктейлем из наркотика и возбудителя, еще неизвестно, какое бы кино увидел Демьян. Настоящее, не постановочное.

Григорий консультировался с адвокатом, но у нас не было ни одного шанса доказать что-то в суде. На следующий день я сдала анализ крови, но он не показал в крови наркотических веществ, только снотворное. И где доказательства, что я не приняла его сама?

Так что я больше не сержусь на Каренина. Мы в любом случае теперь связаны на всю жизнь. У меня будет его дочь, с его генами, возможно, похожая на него. Как могут люди оставаться чужими при таких обстоятельствах?

Если бы я знала, как его найти, я бы обязательно попробовала с ним связаться. Но Демьян так и не вернулся в страну. Ни он, ни Анна.

Он сменил номер, потому что когда я попыталась набрать его с другого телефона, металлический голос сообщил, что такого номера не существует.

Григорий говорил, что операция не помогла, и Демьян остался сидеть в инвалидном кресле. Я чувствую и свою вину тоже. Он посчитал, что я его предала — я сама бы так решила после сообщений, которые от моего имени по указанию Анны отправил Артур.

Вишневская хитрая и расчетливая, но ее мне сложно винить. Она не хотела видеть рядом со своим сыном такую как я. Дочку ее бывшей горничной. Нищую студентку. И она сумела сделать так, чтобы мы с Демьяном расстались.

— Она бы все равно не дала тебе жизни, доченька, — сказала мне мама. — Особенно если бы узнала о Миланке.

Григорий промолчал, но всем видом дал понять, что полностью согласен. Поэтому хорошо, что Вишневская ничего о нас не знает.

— Приехали, пойдем! — Илона распахивает дверцу, и мы выбираемся наружу.

Комплекс, конечно, шикарный. Похоже, готовится свадьба. Все украшено цветами, на берегу у озера виднеется арка и ряды скамеек. Мне нравится современная свадебная церемония, когда невесту к жениху подводит ее отец.

Если бы я выходила замуж, меня мог бы вести под руку Григорий. Он очень представительный в костюме и очень сентиментальный.

Но у меня в животе живет семимесячный ребенок, так что в этой жизни со свадьбой под аркой у озера я точно пролетаю.

За работой время на кухне пробегает незаметно.

— Приехали, — зовет одна из работниц, Наталья, — жених с невестой приехали. Девчонки, хотите посмотреть?

— Что на них смотреть, на этих богатеев? — ворчит Клавдия, здоровая дородная тетка. — Они жируют, а мы тут горбатимся.

— Так надо было за олигарха замуж идти, — говорит ей напарница, — что ж ты за алкаша вышла? Вот и горбатишься теперь.

— Там такой жених красавчик! — закатывает глаза Наталья. — А невеста как модель из каталога.

Гости заполняют украшенную цветами террасу, а мы с Илоной собираемся домой. Наша работа на сегодня закончена. На стоянку идем мимо парковки для гостей.

Скольжу взглядом по стоящим в ряд сверкающим чистотой и роскошью автомобилям, и внезапно застываю как вкопанная.

— Лин, ты чего? — окликает Илона, а я смотрю на знакомый внедорожник, и сердце начинает метаться внутри как птичка по клетке.

Это его машина, я не ошибаюсь. Это внедорожник Каренина. Номерной знак помню наизусть.

Демьян здесь. Я сейчас могу его увидеть.

Круто разворачиваюсь на сто восемьдесят градусов и быстрым шагом иду в сторону ресторана.

— Линка, стой! Куда ты пошла? — Илона срывается следом, а я перехожу на бег.

Я только сейчас понимаю, как соскучилась. Как тосковала по нему. И мне плевать, что он все еще в инвалидной коляске, я просто хочу его увидеть. И рассказать о дочери.

Он должен знать. Я все ему расскажу. Не собираюсь оправдываться, я виновата, что все это допустила. Может, Демьян больше меня не любит. Но он не бросит своего ребенка и сумеет защитить ее от своей матери.

Подлетаю к террасе и врезаюсь в высокого мужчину в костюме и с рацией. Он хватает меня за локти и загораживает дорогу.

— Куда несешься? Что ты здесь забыла?

— Мне надо! Пожалуйста! — умоляюще прошу, пробуя выдернуть локоть. Но охранник держит крепко.

— Давай вали отсюда, пока я полицию не вызвал.

— Мне нужен Демьян Каренин, — объясняю мужчине, — можете его позвать? Я тут подожду, если дальше нельзя. Скажете, Ангелина пришла. Ангел. Он знает.

— Слушай, Ангел, — охранник берет меня за второй локоть и больно выворачивает, — не была бы ты беременная, уже бы мордой в траве лежала. Какого Каренина? У него свадьба. А ты вон пошла, я по рации передам, чтобы тебя выкинули отсюда.

— Как… свадьба… — сдавленным голосом переспрашиваю, а сама смотрю из-за его плеча и еще издали узнаю Демьяна.

Он не