Обнаженный рыбак (ЛП) - Джуэл Э. Энн

Кристина рассмеялась.

— Мне нравится этот разговор. Значит, вы часто ходите куда-нибудь поесть, вам обоим это нравится, и вы взаимно хотите поесть, но он просто не хочет пробовать твою стряпню?

— Верно. Но, Кристина… Я не принимаю таблетки. И мы занимались рискованными вещами, но, опять же, не проникновением. И я случайно спросила его, что он будет делать, если я забеременею, и он изменился. Изменилось все его поведение. Он отказался обсуждать это со мной, пока я не узнаю, что беременна… в чем я очень сомневаюсь.

— Риз, почему ты вообще так думаешь, если ты… если он не пробовал твою стряпню?

— Потому что он… ты знаешь. А я… ну, ты понимаешь. А что, если там было смешивание… ингредиентов…

— Где смешивание?

— Просто… неважно. Это неважно. Я еще не подошла к моменту овуляции.

— Похвально, что ты следишь за этим.

— Я пользуюсь приложением.

— О. Это умно. Так что тебе от меня нужно? Очевидно, я тебе не помогу. Извини, детка.

— Ну, наверное, я хочу знать, что, по-твоему, я должна делать? Очевидно, что он занимается этим только ради физической составляющей. А я хочу заняться с ним сексом… но он не хочет, несмотря на то, что полностью отключился от эмоциональной составляющей.

— И ты уверена, что хочешь этого?

— Да. Нет. Я не знаю. Знаю только, что я бы не отказалась, даже если бы меня охватило сожаление после.

— Позвони Арни. Он съест твою стряпню. Возможно, его даже не будет волновать, что это не просто «раз и готово». Тогда ты сможешь… готовить для кого угодно, и это не будет проблемой.

Я не хотела готовить ни для кого, кроме Фишера.

— Спасибо. — Я вздохнула. — Я что-нибудь придумаю.

— Хорошо. Позвони мне, если что-то понадобится, даже если я не очень помогу.

— Обязательно.

***

— Доброе утро. — Фишер вышел из гаража с кружкой кофе в руке, как раз в тот момент, когда я завернула за угол к его грузовику.

Черт! Этим утром он выглядит чертовски сексуально.

Джинсы.

Футболка.

Рабочие ботинки.

Мокрые волосы.

Небритое лицо.

Все то же самое, что и в другие дни, но и другое.

Просто… жарче.

— Доброе утро. — Я не могла поддерживать с ним зрительный контакт. Смотреть на него и не думать о нем голом представлялось мне самой невыполнимой задачей в мире. Правда? Не зря же я считала его «обнаженным рыбаком» с того самого дня, как мы познакомились.

— Кофе в кофеварке еще горячий, если хочешь взять его с собой в дорогу. — Он открыл свою дверь, когда я открыла свою.

— Я в порядке. Спасибо.

Когда мы выруливали с подъездной дорожки, он бросил на меня короткий взгляд.

— Как прошли выходные?

Я попыталась, но не смогла скрыть ухмылку. Как будто он не знал…

— Отлично. А как прошли твои?

— Неплохо. Подстриг газон. Сходил на концерт брата. Постирал несколько вещей. О… и вчера вечером я получил чертовски хорошую дрочку.

Я мотнула головой в его сторону.

— Я не делала тебе этого.

Он потягивал свой кофе, сосредоточившись на дороге.

— Это сделала твоя рука. Это практически определение дрочки.

Мои слова затихли, не успев обрести реальный голос. Я не …дрочила ему. Я держала его член, пока доставляла удовольствие себе. Я держала его, чтобы он не вошел в меня. Я не…

Или да?

Я прочистила горло.

— Какие задания для меня на сегодня?

— Какие задания на сегодня? Хм… дай-ка я подумаю. Чем бы ты хотела сегодня заняться?

Нервно рассмеявшись, я пожала плечами.

— Ты — босс.

— О, мне выбирать? Мне это нравится.

— Я думаю, что нам следует придерживаться строительной тематики.

— В отличие от…? — Он бросил на меня еще один молниеносный взгляд в сторону.

— Думаю, сегодня ты должен меня кое-чему научить.

— Хорошо. После того, как мы сделаем утренние осмотры объектов, мы пообедаем и пойдем в мою мастерскую.

— У тебя есть мастерская?

Ведя машину одной рукой, небрежно перекинутой через верхнюю часть рулевого колеса, а другой держа кофе, он улыбнулся.

— Конечно. Вчера до полуночи я работал там над ящиками для гардероба.

После того как мы… сделали то, что сделали, он ушел. А у меня случился срыв в телефонном разговоре с Кристиной. И снова мои действия показали мой возраст. У Фишера не было времени звонить другу и анализировать то, что произошло между ним и девочкой из подвала (это был не гламурный ярлык, но и не неточный), потому что он был настоящим взрослым человеком с работой и обязанностями. У него не было девственности, чтобы нянчиться с ней 24 часа в сутки. Секс не был судьбоносным выбором, требующим огромного количества молитв, чувства вины, переосмысления и драматизма.

Мы сделали утреннюю остановку. Я следовала за ним, как послушный щенок. Он попросил Хейли развести обеды, чтобы мы могли отправиться в его мастерскую после того, как пообедаем сами.

— Это что, шутка? — спросила я, когда он припарковался у Макдональдса.

— Обед. Не шутка. — Он опустил окно. — Тебе гамбургер или куриные наггетсы? — Я сузила на него глаза. — Я беру гамбургер, потому что не слишком доверяю куриным наггетсам.

Я не доверяла ему. Поэтому… Я тихо прошептала:

— Гамбургер.

— Напиток? Я хочу шоколадное молоко.

— Сок, — сказала я тем же осторожным тоном.

Он заказал наши Хэппи Милс и подъехал к окну, чтобы забрать заказ.

— Используйте сдачу, чтобы оплатить столько заказов, сколько сможете за мной. — Он протянул парню стодолларовую купюру.

Фишер был из тех, кто платит вперед (или в этом случае назад). Почему? Почему он должен быть таким… особенным?

— Это очень мило с вашей стороны, — сказал парень у окна, передавая Фишеру пакеты.

Когда мы выехали на главную дорогу, Фишер прошуршал пакетами.

— Ты не собираешься посмотреть, нет ли там игрушек, которых нет в твоей коллекции?

Я покачала головой.

— Почему?

— Потому что это больше не мое хобби. Рори может собирать их, если захочет.

— Ты ведь собрала много новых, когда покупала Хэппи Милс для моей команды, не так ли?

Пожевав губы и не отрывая взгляда от приборной панели, я лишь кивнула.

Фишер тихо засмеялся.

Через десять минут мы подъехали к дому.

— Я думала, мы едем в твою мастерскую.

— Так и есть. — Он схватил пакеты и выпрыгнул из машины.

Я, не теряя времени, последовала за ним. В гараже он ухватился за боковую стенку серого шкафа и потянул за нее.

— Что за черт?

Он усмехнулся, когда