Мой любимый Напарник - Анна Кривенко

Коган Кольери оказался седым и морщинистым стариком, которому давно уже было пора оставить свой пост. Как только он оправился от испуга, мгновенно посуровел и потребовал объяснений. Да уж, раболепства перед зоннёнами он явно не испытывал.

Руэль выпустил на волю свой гнев и обрушил на адмирала массу обвинений, приправленных серьезными угрозами. Тот еще пытался как-то выкрутиться, говорил, что эксперименты совершенно точно безопасны, но Руэль дал понять, что ему всё известно, и иширец раздражённо поджал губы. Начал говорить о том, что на кону безопасность всего Ишира и что его родственник подписал договор, однако ничего конкретного сказать не успел: в этот момент Когану Кольери поступил звонок, и по услышанному в коммуникаторе Руэль понял: начались первые проблемы.

В глухой ярости он пообещал адмиралу все небесные кары в случае, если Нэссиль пострадает, и стремительно телепортировался прочь, метив попасть прямиком в игровой зал.

Но оказался в коридоре.

Что ж, бесцеремонность – второе счастье, поэтому Руэль приложил двери салона телекинезом, и та жалобно заскрипела, когда механизмы начали под натиском работать в нужную сторону. Руэль проскользнул в открывшиеся створки и замер.

В салоне творилось что-то невообразимое. Около капсул толпились люди, слышались возгласы и даже крики. Невдалеке метался с места на место бледный, как полотно, куратор Дэрниль. Он был похож на загнанного зверька и раздавал весьма глупые приказы, которые никто не желал исполнять.

- Парня вытаскиваем! – крикнул молодой офицер, сидящий в кресле перед большим монитором. – Всё, мозг его благополучно переключается, очнётся через минуту…

Арно при этих словах замер, а потом выдохнул с таким облегчением, что едва не упал на пол от слабости.

И только после этого он заметил Руэля.

Испуг на лице мужчины сменился фальшивой улыбкой и попыткой скрыть панику, но Руэль, естественно, не повелся на этот блеф.

- Господин посол! – куратор бросился навстречу, протягивая руку для пожатия, которую Руэль демонстративно проигнорировал. – Не волнуйтесь! Ваш брат в полном порядке! Через полминуты он будет здесь…

Руэль широким шагом направился к капсуле, в которой лежал Нэссиль. Из-за шлема на голове было невозможно рассмотреть лицо, но золотистые пряди волос, торчащие из-под него, доказывали, что это он.

Наконец, прозвучал долгожданный сигнал, и иширцы с ликованием открыли крышку капсулы.

Нэссиль сделал глубокий вдох, после чего неторопливо присел и неуверенным движением стянул с себя игровой шлем.

Осмотрел присутствующих непонимающим взглядом, и Руэль понял, что он немного не в себе. Подошёл ближе, растолкав назойливых иширцев, и схватил брата за плечи.

- Как ты? Ничего не болит? - заговорил на зоннёнском. – Состояние энергии какое? Можешь двигаться?

- Всё в порядке… - Нэссиль слабо улыбнулся, но было заметно что он ещё совершенно дезориентирован. Однако буквально через мгновение он что-то вспомнил, потому что лицо его побледнело. – Юля!!!

Парень начал оглядываться и, остановив взгляд на капсуле рядом, закричал:

- Она не очнулась??? Почему???? Вытаскивайте её оттуда!

Руэль тревожно склонился над второй капсулой, понимая, что Нэссиль паникует не просто так.

- Шеф, ничего не выходит!!! – крикнул один из программистов, который сидел прямо на полу и что-то стремительно выбивал на ноутбуке. – Девушка никак не хочет переключать сознание из игры в реальность, а без этого переключения её доставать запрещено!!! Я вижу мощную активность мозга и… что-то еще!!!

Руэль нахмурился еще сильнее, почувствовав поток слишком знакомой энергии, но она исходила вовсе не от Нэссиля, как можно было предположить, а от… его напарницы.

Юлия фонила самой настоящей жизненной энергией зоннёнов…

______________

*Жизнь Руэля в теле киборга описана в первой части цикла «Мой любимый Киборг»…

Глава 32. Предложение Нэссиля...

Юлия

Кажется, гнев, накопленная ярость и обида сделали меня сумасшедшей. Пережив так много унижения, страданий и давления со стороны начальства, я просто не выдержала и выпустила на волю что-то… странное.

Образ Нэссиля перед глазами померк, зато начали вереницей проноситься бесконечные столбцы цифр, в которых я безошибочно узнавала закодированные установки вездесущего искина.

Откуда я это знала, если ни капли не программист? Понятия не имею. Просто знала и всё. Словно эти знания сами плавали на поверхности, а я просто черпала их горстями и… отбрасывала от себя прочь. Мой гнев требовал выхода, и я в сердцах желала искину сломаться и больше никогда не придумать нам с Нэссилем ни одной пакости. Желала, чтобы все выуженные из нашей памяти данные были бесследно истёрты, и чтобы никто больше не смог ими воспользоваться…

Я многого желала. И я видела, как столбцы цифр отчаянно рушатся, принося мне удовлетворение и облегчение на душе.

Я была ненасытна в своей жажде отомстить и остановить издевательства над нами. Кажется, это могло бы продолжаться вечно, и меня подобное положение дел устроило бы.

Но вдруг… в мой разум ворвался Нэссиль. Его глаза горели беспокойством, на лице отражалась му́ка.

- Юлечка! – позвал он жалобно. – Вернись!!!!

Проклятье, кажется, я пла́чу. Еще никто и никогда не смотрел на меня ТАК! Искренне, трепетно, словно я… кто-то особенный.

Вздрогнула, почувствовав, что сейчас позорно разревусь и… открыла глаза.

- Получилось! – загудели вокруг незнакомые голоса. – Она вышла!!!

И столько ликования и облегчения было в этих возгласах, словно произошло нечто прекрасное…

С шипением открылась стеклянная крышка над головой, чьи-то заботливые руки аккуратно стянули с меня шлем, и надо мной склонился… незнакомый зоннён. Хотя нет, всё-таки знакомый, видела уже. Кажется, это посол…

- Нэссиль, - шепнул он моему напарнику, который, похоже, маячил рядом. – Ты делился с ней жизненной энергией?

- Нет, - ответил знакомый голос. – Никакого слияния еще не было…

- Странно, – прошептал посол. – Девушка, как вы себя чувствуете?

Я смотрела в яркие серые глаза и чувствовала, что стремительно ослабеваю. Ничего не ответив, я погрузилась в вязкую и тяжелую темноту…

***

Сперва мне ничего не снилось. Вот совсем. Мне казалось, что я просто вишу в темноте, хотя и полностью осознаю себя. Но через некоторое время перед глазами вспыхнули картинки. Причем, настолько реалистичные, что показались вовсе не сном. Я была на базе, следуя знакомыми коридорами, видела работников и военных, наблюдала за слаженной работой пилотов, программистов, инженеров и новобранцев. Вот только я не ногами ходила, а словно парила под потолком. Слушала чужие разговоры, проходила сквозь стены и, кажется, иногда даже ловила чьи-то мысли.

Мне было любопытно и довольно