Предатель. ( Не) его семья - Александра Стрельцова

Алина выла, цеплялась за прутья решётки, когда услышала приговор. Её отец чуть не лишился чувств, побледнел, схватился за сердце, ему быстро оказали помощь, а после застегнули наручники на запястьях, вывели из зала суда.

Выйдя в тот день на улицу, и стоя на пороге здания суда, я расплакалась, жадно глотала зимний, морозный воздух и понимала, что внутри исчезает мрак.

- Мама! – голос сына вырывает из воспоминаний, за которыми не заметила, как вышла из дома и уже спустилась по ступеням порога, - смотри, что папа привёз Лизе! – двумя ручками машет на детский ПитБайк, на котором уже восседает девочка.

Дождалась!

- Я тоже такой хочу-у-у-у, - вытягивает губы, жалобно тянет.

- Вот будешь, как Лиза, и обязательно купим, а пока катайся на своём, - киваю на детский совсем безопасный трёхколёсный мотоцикл, что одиноко стоит на газоне чуть в стороне.

Насупился, бровки нахмурил, ручки сложил на груди, косится на Лизу и её подарок от отца.

- Миш, завидовать нехорошо, - произносит муж, и наконец-то обнимает меня, следом целует.

- Привет, - тихий шёпот любимого в губы.

- Привет, - ещё тише в ответ.

Смотрю в любимые глаза и тону в них.

- Как дела у моих принцесс? – ладонью проводит по моему животу, дочка тут же отзывается, пинает папу в ладонь.

- Теперь хорошо, - выдыхаю, подушечками пальцев провожу по его щеке.

- В ближайшие пару лет, никаких командировок, надоело, не могу в дали от вас, - ошеломляет радостным известием.

- Правда? – закусываю нижнюю губу, не до конца верю в услышанное.

- Правда, - произносит с улыбкой, от которой меня бросает в жар.

Муж замечает, как действует на меня, осматривается на детей, прищуривает глаза.

- Что делает тёща? – дёргая кадыком, задавая вопрос.

- С Викой пекут пирожки, - теснее прижимаюсь к мужу.

- А тесть?

- Проверяет снасти, он с твоим безопасником, завтра на рыбалку уезжает, - голос дрожит, я прекрасно понимаю, с какой целью любимый выведывает, кто, где и чем занят.

- Прекрасно, значит дети под присмотром, - отстраняется, разворачивает меня за плечи лицом к дому, - я так устал, - мягко подталкивает меня вперёд, говорит значительно громче, чтобы дети слышали, - хочу поспать пару часиков, ты же составишь мне компанию? – ещё громче и это явно уже для мамы, что вышла с Викой встречать своего зятя.

Жар смущения опаляет лицо, мама явно поняла намёк зятя, вон как лукаво смотрит.

- Идите, идите отдыхайте, за детей не переживайте, здравствуй мой хороший, - по-матерински обнимает моего мужа, целует в щёку.

- Огромное спасибо, мама, - подмигивает в ответ мой муженёк, совсем не стыдясь.

Ох! Хорошо, что папа не слышит! Вот бы он, точно что-нибудь сказал, от чего я неделю бы не смогла на его глаза показываться!

- Ты жадина! – кричит Миша.

- А ты ещё маленький! – летит от Лизы.

- Если бы знал, что так будет, не за чтобы не согласился привозить сюда этот ПитБайк, - стонет муж.

- Мишка! – встревает в детский конфликт мама, - мал ещё для таких вещей! Ты хочешь, чтобы у твоей любимой бабули сердце остановилось? Я же не переживу если ты на с него упадёшь! – пошла в атаку, играя на любви и заботе маленького внучка к бабушке.

- Ой! Нет-нет, бабуля, не надо останавливать сердце, - срывается с места, бежит к бабушке.

- Уходим, - шепчет на ушко муж, и подхватывает меня на руки, - тёща всё уладит без нас, - целует в висок.

Растворяюсь в его руках, мир вокруг меркнет, и только он, что яркое солнышко, согревает и освещает своими лучами мою душу.

- Я так тебя люблю, - целую в подбородок.

- И я тебя, малыш, больше жизни люблю, спасибо, что рядом, что поверила тогда, дала шанс, открыла своё сердце, позволила поселится в нём, я люблю тебя, моя Милана, - ласковый шёпот.

Нас никто не трогает все два часа, дают насладиться друг другом после долгой разлуке. Мы нежимся в постели, не произнося слов, общаемся прикосновениями, взглядами. Как бы не хотелось покидать постель, но приходится, Мишка скоро начнёт искать нас, под вечер ему нужны родители, бабушка с дедушкой ему становятся не интересными и начинаются капризы.

- Мил, - зовёт муж, когда я присаживаюсь в постели, - а девочки у нас ещё долго будут? – присаживается следом за мной.

- Я думаю ещё пару дней, - поворачиваюсь к Эрику.

Тогда, четыре года назад, я готова была подать на развод, забрать сына и уехать с родителями домой. Когда на пороге палаты появился Эрик, и яростно заявил, что я его жена, Павел обезумел! Он бросился на Эрика, не верил в услышанное, но мой муж ткнул ему в лицо свой паспорт с семейным положением, где было указанно, что мы женаты. После этого Павел перевёл на меня взгляд потерянного человека. Сколько печали было в его глазах, но меня это ни капли не тронуло. В душе было выжженное поле, чувств к этому человеку не осталось. Они окончательно исчезли после похищения после того, как его жена готова была меня убить.

Павел ушёл, молча, понурив голову. Но он появился в день выписке, поджидал нас у дома Кристиана, там-то он и нарвался на моего отца.

Эрик оберегал, поддерживал, проявлял огромное влияние. Кроме, как благодарности, первые полгода я к нему больше ничего не испытывала. Первые шевеление чувств в моей душе появись через три недели после суда над Алиной и её отцом. Эрик заметил это, и стал маленькими, неторопливыми шажками наше сближение. Через пять месяцев, мы стали настоящей семьёй! Я доверилась ему, поверила. Эрик всегда рассказывал обо всём, что происходило касаемо нашей семьи. А ещё, я приняла тот факт, что мой сын является наследником огромного состояния, мы столько пережили из-за этого наследства, что я посчитала это компенсацией, за всю боль и слёзы. И меня даже не смутило, что Кристиан не родной прадедушка Мише.

Павел из нашей жизни исчез, сразу после суда, погрузился в своих дочках. Но вот, полгода назад, он вновь появился, попросил о встречи. Эрик был против, но