Достояние леди - Элизабет Адлер

Нервным движением руки Ферди взял карандаш и стал рисовать на листке бумаги не дававшую ему покоя диадему княгини Аннушки Ивановой…

– Да-да, я слушаю вас, – проговорил он в трубку. – Американское телевидение? Очень интересно. Простите, а почему вы решили взять интервью именно у меня? Говорите, просто так? Что-что?.. А-а, вы готовите серию репортажей о ведущих западноевропейских промышленниках… Простите, с кем имею честь? – Ферди отложил карандаш, в его тоне появились настороженные нотки. – Очень приятно, мисс Риз… Боюсь, что сегодня мне не удастся уделить вам внимание… Понимаю, понимаю… Перезвоните завтра мне в офис… До свидания.

Арнхальдт положил трубку и задумался: Джини Риз – это имя было ему знакомо. Да, именно эта молодая американская журналистка делала репортаж о женевском аукционе… Неужели это совпадение? Или ей стало известно, что он, Ферди Арнхальдт, приобрел изумруд? Проболтался Маркгейм? Нет, это совершенно исключено – он надежный человек.

Мысли Арнхальдта были прерваны звонком, который он ждал ровно в три часа. Звонил сотрудник швейцарского банка, согласившийся за весьма солидную плату предоставлять Ферди интересующие его сведения.

– Да, – холодно произнес Арнхальдт. – Понятно. Кстати, почему вы заставляете себя ждать? Надеюсь, впредь вы будете более пунктуальны.

Повесив трубку, Арнхальдт сел в свое кожаное кресло и задумался. Он только что получил ответ на волновавший его – и не только его – вопрос: кто же выставил на аукцион изумруд? Ответ ошеломил Арнхальдта. Оказалось, что владельцем знаменитого камня была судоходная компания Казанов, штаб-квартира которой находилась в Стамбуле. Такого ответа Ферди Арнхальдт никак не ожидал.

Джини ехала в такси на встречу с Ферди Арнхальдтом. Зачем она пошла на это: ради стратегических интересов США? Или из профессионального честолюбия? А может, это красивые серые глаза Валентина Соловского вскружили ей голову, и именно ради него она предприняла это путешествие в Дюссельдорф?

Вдали показались серые зубчатые стены Хаус-Арнхальдта. Сбавив скорость, такси стало подниматься по посыпанной гравием дорожке. Наконец водитель затормозил возле парадного входа – перед помпезным мраморным фонтаном, увенчанным двухметровым Нептуном с трезубцем в руке. Морское божество напоминало рыбака, вышедшего охотиться с гарпуном на кита. Таксист услужливо распахнул дверцу, и Джини вышла из машины, попросив шофера ее подождать. Заметив его восторженный взгляд, она довольно улыбнулась: коль скоро мужчины так смотрят, то с ней все в порядке. А в предстоящем разговоре с Арнхальдтом женское обаяние могло сильно пригодиться.

Не успела Джини нажать кнопку звонка, как дверь раскрылась настежь. Наверное, нынешний камердинер слышал печальную историю своего нерасторопного предшественника и не хотел повторять его ошибку.

Камердинер провел Джини в приемную и попросил обождать. Высокая квадратная комната была обставлена довольно скромно. Стены увешаны фотографиями, рассказывавшими историю заводов Арнхальдтов со времен первой фабрики, основанной прапрадедом Ферди еще в начале девятнадцатого века. На полу толстый бордовый ковер, а стрельчатые окна завешены такого же цвета портьерами. Джини присела на краешек тяжелого дубового стула с резной спинкой; ей подумалось, что комната напоминает приемную стоматолога на Парк-авеню; не было даже зеркала, чтобы поправить прическу.

Джини еще раз подумала, что не ошиблась в выборе одежды. Строгий бежевый костюм как нельзя лучше соответствовал предстоящей деловой беседе.

Через некоторое время камердинер вернулся в приемную и сообщил Джини, что барон готов принять ее.

Немного волнуясь, девушка поднялась вслед за слугой по широкой деревянной лестнице, миновала темный коридор, увешанный портретами умерших представителей рода Арнхальдтов, и оказалась на пороге кабинета барона Фердинанда Арнхальдта. Кабинет был так же мрачен, как и все в этом замке. Хозяин сидел за широким столом и что-то писал. Услышав звук открывающейся двери, он поднял голову, указал Джини на стул и продолжал писать.

Джини послушно села: не очень-то радушный прием оказывал ей стальной магнат. Если так пойдет и дальше, едва ли удастся вытянуть из него нужную информацию.

Ферди не спешил приступить к разговору. За долгие годы, проведенные на посту президента компании, он научился оценивать посетителей с первого взгляда. Что мог он сказать об этой девушке? Молодая, очаровательная… Пожалуй, немного нервная… Впрочем, судя по всему, умеет добиваться своего – иначе она бы не оказалась здесь.

– Итак, мисс Риз, – произнес Ферди, поднимаясь из-за стола и протягивая Джини руку, – очень рад вас видеть, хотя, честно говоря, мне до сих пор не совсем понятны мотивы вашего визита.

Джини запустила руку в сумочку и протянула Арнхальдту бумаги.

– Вот мое удостоверение, – с улыбкой произнесла она. – Можете убедиться, что я действительно та самая журналистка, за которую себя выдаю. А вот телефакс из моей редакции: как видите, они считают, что интервью с таким человеком, как вы, могло бы заинтересовать американских телезрителей. Дело только за вашим согласием, барон.

Арнхальдт молча смотрел на нее своими холодными прусскими глазами. Джини улыбнулась еще шире и добавила:

– Ну, конечно же, передачу будут смотреть не только американцы – нашу программу имеют возможность видеть тысячи телезрителей в Европе. Я нисколько не сомневаюсь в том, что интервью с вами заинтересует многих. Говорят, вы один из самых богатых людей на планете. А как увлекательна история вашей династии! Думаю, нам стоит начать с самого начала. Ну, например, вы устроите мне небольшую прогулку по этому дому… по этому замку, а заодно расскажете историю ваших предков. Потом можно будет поездить по вашим заводам и научным институтам. Видите ли, барон, сначала я планировала сделать серию репортажей о промышленниках, но теперь начинаю склоняться к циклу передач о великих людях наших дней: Агнелли, Гетти, герцог Вестминстерский– представители знаменитых династий, преумножившие богатство и славу предков.

Джини протянула Арнхальдту список имен. Неужели откажется?

Вдруг на лице барона появилась улыбка. Сложив на груди руки, он произнес:

– Должен признаться, что я чрезвычайно польщен – мое имя в таком списке… Право, мне даже стало немного не по себе. Неужели телезрителей может заинтересовать такой скучный человек, как я?

Джини с облегчением вздохнула: кажется, рыбка клюнула.

– Не возводите на себя напраслину, сэр. Я просмотрела ряд материалов о вас, вашей династии и вашем деле. По-моему, все это очень интересно… Надеюсь, мне удастся заинтересовать и телезрителей. Возьмем хотя бы вашего прапрадеда, основателя династии. Какая необычная судьба, какая железная воля, какой ум!

– Да, – задумчиво произнес Ферди, – Фердинанд Арнхальдт Первый… Я его тезка. Конечно, о каждом из моих предков можно рассказать много интересного. Но сейчас, в эпоху эмансипации, мне кажется, что было бы очень неплохо сделать материал о женщинах нашего рода. Хотя бы о той самой владелице скромного магазина тканей, сын которой стал первым бароном Арнхальдтом. Бедная, полуграмотная вдова – но именно благодаря ее воспитанию Фердинанд Первый добился таких успехов. У нее было совсем скромное дело – крошечная лавочка, но как она управлялась с нею! Весь свой опыт она передала сыну. Как переживала она за него! На старости лет она настояла на том, чтобы поселиться поблизости от завода. «Когда я вижу, что из труб завода Арнхальдтов поднимается дым, – говорила она, – мое сердце спокойно». Только когда ей перевалило за восемьдесят, и врачи настояли на постоянном пребывании на свежем воздухе, она согласилась перебраться сюда, в этот дом, построенный Фердинандом специально для нее. Остальные Арнхальдты тоже всегда женились на сильных женщинах. Думаю, ваших телезрителей могла бы заинтересовать фигура моей прабабки, воспитывавшей меня после смерти мамы.