Старшая сестра - Лилия Фандеева

– Успокойся, Иришка. Или это слёзы радости? Ася взялась за ум – радуйся. Вернуться в свою квартиру – мы будем их навещать после работы, а пока по выходным будем ездить к Громовым. Ты не забыла, что у нас регистрация? Платье, наконец-то, дождётся своего часа. Ты подумала о гостях? – обнимая её, говорил Андрей.

– Зарегистрируемся в субботу и сразу поедем в дом твоего отца. Я приглашу только Громовых, Асю и двоих из агентства, – вытирая слёзы, говорила Ирина.

– Ты чем планируешь заниматься неделю после регистрации до выхода на работу? – улыбнувшись, спросил Андрей.

– У меня будет медовая неделя. Буду бездельничать и ждать тебя после работы, – улыбнулась она в ответ.

– Ириша, нам не пора подумать о своём ребёнке? Я мечтаю о дочери, а чуть позже о большой семье с двумя детьми. Справимся?

– Попробуем, если ты начнёшь воплощать свою мечту в реальность прямо сейчас, – усмехнулась Ирина. – Слабо?

– Ну, держись…

Звонок домофона прозвучал двадцать шестого июля в 06:50, когда Ирина готовила Андрею завтрак. На пороге стоял Илья Петрович, подталкивая в квартиру доктора Шнейдера.

– Папа, – обняла отца Ирина. – Ты приехал.

– Спокойствие, только спокойствие, говорил Громов, входя в прихожую и закрывая дверь. – Здравствуй, Андрей. Поделишься завтраком, пока отец с дочерью будут ронять слёзы? Ты сегодня работаешь?

– Проходите, Илья Петрович, – говорил Андрей, пожимая ему руку. – Еду в первую очередь в загс, сдаю паспорта, а потом поеду к своим. Присаживайтесь. Уверен, что там всё в порядке, но ещё раз убедиться не помешает. Вечером нужно не забыть о букете для невесты. Женюсь в первый раз, поэтому волнуюсь, – наливая гостю кофе, продолжал он. – Елена Анатольевна взяла всё под контроль.

– Гостей много будет? – присаживаясь к столу, спросил Громов.

– Человек тридцать-тридцать пять. Я не стал перечить отцу. Близких друзей у меня нет, а приятелей я приглашать не стал. Вы знали, что отец Ирины приедет?

– Знал. Пусть сам ведёт свою дочь под венец. Я заберу его после работы к себе, наверняка они поедут навестить бабушку и мать. Утром привезу его и девчонок сюда, а Татьяну Фёдоровну заберу к себе. Скажи честно: история с Настей повлияла на ваши отношения?

– Я люблю Ирину ещё сильнее, а мог и потерять. У нас всё хорошо, – ответил Андрей.

– Сделай её, парень, счастливой. Она этого заслуживает.

После завтрака Андрей и Илья Петрович уехали каждый по своим делам. Ирина, взяв отца за руки, сидела рядом с ним на диване и спрашивала о семье и работе, рассказывала о своих новостях.

– Пап, какие у тебя планы? – спросила она, поднимаясь.

– Мы сможем поехать к маме и Светлане? Нерешительно спросил Шнейдер.

– Поедем после завтрака. Идём к столу.

– Ириша, мне нужен твой совет. Я привёз вам деньги в виде свадебного подарка. Как мне поступить: положить их в конверт или на счёт?

– Положи на счёт, а договор положишь в конверт. Пап, ты меня извини, но как ты объяснил свой отъезд семье?

– О бегстве я промолчал. О разводе они знали. Мне осталось рассказать только о тебе. Семья против поездки не возражала. Это она посоветовала мне денежный подарок и приняла в нём участие. Дети оказались умнее родителей, – говорил Клеменс Шнайдер, обнимая дочь. – У тебя очень уютно, – продолжал он, обходя квартиру. – Вам через пару лет не будет тесно? – присаживаясь к столу, спросил он и улыбнулся.

– У Андрея есть своя квартира, чуть просторнее моей, но мне здесь удобнее. Позже можно будет обменять на большую площадь. Пап, я не беременная, если ты это имеешь в виду. Можно я тебя представлю как отца?

– Можно! Илья сказал, что свадьба будет в доме отца жениха.

– Столы накроют в небольшом саду. Виновников торжества ты знаешь, а кроме семей Громова и Платоновых я тоже ни с кем не знакома.

Утро следующего дня началось с приезда стилиста, Лены и Аси. Перед поездкой в загс, разглядывая невесту, у молодых женщин на глазах навернулись слёзы.

– Ты такая красивая в этом наряде, – говорила Ася, глядя на сестру. – Теперь ты просто обязана быть счастливой.

– Ася, Илья подрастёт, и мы тебе устроим свадьбу не хуже Иришкиной, – говорила Лена. – Что нам мешает сделать это через год, а то и раньше, купим роскошное платье. Отправим тебя в свадебное путешествие, оставив Илюшу на неделю на няню. А у меня было торжество, пусть без родных и близких, но я счастлива.

– Всё так и будет, – поддержала Лену Ирина.

На торжество, по случаю бракосочетания Андрея и Ирины в загс поехали на двух машинах. Отец передал руку дочери Андрею у входа в загс. Церемония бракосочетания показалась невесте очень торжественной и волнительной. Волнение передалось и Андрею. Она заметила это, когда надевала на палец обручальное кольцо. Приём по случаю бракосочетания удался. Молодожёны вернулись в квартиру около десяти вечера с цветами и подарками на машине Андрея.

– Ты у меня сегодня особенно красивая, – говорил Андрей, расстегивая застёжку на платье Ирины. – Ты шампанское будешь?

– Буду, – переступая платье, ответила она.

– К чёрту шампанское, – подхватывая жену на руки, сказал Андрей. – Пусть ждёт своей очереди…

Утром Ирина проснулась от яркого солнечного света, который «впустил» в спальню Андрей, отодвинув плотные шторы. Она открыла глаза и сонно спросила:

– Цветы от обезвоживания не пропали?

– Цветы я поставил в воду, а подарки лежат на кресле. Два букета стоят в гостиной, а один я принёс тебе. Беги в душ. Нам после завтрака есть чем заняться, – целуя жену в висок, сказал муж. – Заедем к Платоновым, а потом поедем к Громовым. Отец улетает ночью?

– Вечером. Он летит с пересадкой в Москве. Я уже встаю. До шампанского так дело и не дошло? Кто из нас первый сдался?

Визит к Платоновым имел особую цель. Молодожёны были благодарны семье за прекрасный праздник, и семья должна была об этом узнать. Через пару часов Андрей остановил машину у дома Громовых. Здесь их ждала новость. Оказалось, что тридцать пять лет назад, Татьяна Фёдоровна училась с Громовым Ильёй в одном классе и жила в одном районе, она же работала с отцом Ирины в одной больнице лет пять. После обеда Ира разговаривала с отцом.

– Ты почему такой грустный? – спросила она.

– Повода для грусти нет, дочка. Рад был видеть тебя, хорошо осознаю, что через день вернусь к привычной жизни, – обнимая Ирину, говорил Шнайдер. Ты не забывай меня. Звони раз в месяц, в две недели. Договорились?