Давай никогда не встретимся - Алена Лайкова

Оставив их, я торопливо скрылась в комнате. Отлично. Всё шло по плану. Взяв гитару, я достала из стола небольшую колонку с хорошим чистым звуком. Взяла в руки телефон. Пока за дверью носили стулья и перебирались в гостиную, проверила сумку с револьвером и вторым, совсем стареньким мобильным. Всё на месте. Услышав щелчок выключателя, я выскользнула наружу.

В гостиной было темно. Я погасила свет в коридоре, положила сумку у двери и вошла. Мои родные сидели где-то там в темноте, нетерпеливо переговариваясь.

– Итак, – произнесла я. Положила гитару на пол, скрипнула пустым стулом, усаживаясь. – Я буду играть подряд, без перерывов и остановок. Не включайте свет, не перебивайте меня. Просто наслаждайтесь. Проникнитесь звуком. Обещаю, вы будете в восторге.

Все дружно загудели, соглашаясь. Сосредоточенно, чтобы не сделать ни одного лишнего звука, я тронула струны. Отпустила, позволяя первому реальному звуку раствориться в темноте.

Включила запись.

В комнате зазвучала моя же гитара, не отличимая на слух от реальной игры. Я медленно, неслышно поднялась. Подождала. Они слушали. Никто ничего не заподозрил. Усмехнувшись, я осторожно пошла на выход, стараясь не издать ни звука. Я двигалась как разведчик, как ниндзя. Выскользнув в коридор, присела, нащупала сумку. Из гостиной зазвучал мой голос. Я обула сапоги, надела пальто, шапку и, медленно приоткрыв дверь, выскользнула наружу. Пение исчезло, запертое внутри. Я слабо выдохнула. Получилось.

Изначально план был немного другой, но благодаря вчерашнему заметно упростился. Всё, что потребовалось, это записать собственное пение со всеми паузами и комментариями.

Итак. У меня было ровно сорок две минуты. Должно хватить. Я усмехнулась. Вот сколько времени теперь нужно на идеальное убийство.

Бесшумно сбежав по лестнице, я вышла из подъезда в ночной мир. Прикрыла глаза навстречу холодному ветру. Наслаждение… Ночной мир ощущался совсем иначе, чем дневной. Я всегда больше любила именно ночь. В это время все чувства обострялись, словно призванные защитить меня и принести погибель другим. Казалось, что зрение из человеческого становилось звериным. Я обретала силу загоняющего добычу хищника, ум машины для убийства, ловкость и скорость ветра и словно пила этот холодный пьянящий воздух, пропитанный тьмой. Прикрыв на секунду веки, я резко пошла прочь. Место давно было выбрано. Достав телефон, я с невольной дрожью набрала его номер. Влад ответил на втором гудке.

– Алло?

– Привет, – ответила я полушёпотом, стараясь изменить голос. – Это я.

Сердце дрогнуло в груди.

– Привет, моя Госпожа, – ответил принц. Улыбнулся – я почувствовала это на расстоянии. – Так ты скажешь, как тебя зовут?

– При встрече. Поезжай на остановку… – Я на секунду запнулась, вспоминая, потом назвала. – Там недалеко есть отличное местечко, я доведу тебя по телефону.

– Может, лучше на остановке и встретимся? – предложил парень.

– Не получится. Я с другой стороны иду.

– Как скажешь, – согласился Влад. Слабо вздохнул. – Тогда до связи. Буду минут через двадцать.

– Жду, – ответила я и отбила звонок.

Прокашлялась. Повезло, что не узнал, после целого-то вечера пения! Не забывая оглядываться по сторонам и вести себя осторожнее, я поспешила вперёд.

До места добралась быстрее, чем планировала. Встав в стороне, стала наблюдать за подъезжающими к остановке автобусами и маршрутками. Район был не лучший, и знаючи здесь можно было так завести человека, что никто ничего не услышит. Как-то в юности меня занесло сюда с друзьями, и тот опыт я до сих пор вспоминала с содроганием. Придётся быть вдвойне осторожнее. Я прикрыла глаза, отдавая чувства волку, а разум солдату. Пусть помогают.

Наконец он подъехал. Сошёл со ступеньки автобуса, огляделся, кажется, даже языком цокнул. Достав мобильный, поднёс к уху. Не отводя от него взгляда, я взяла трубку.

– Вот это район! Начинаю бояться, что ты заманиваешь меня к местным бандитам, чтобы ограбить и убить, – хохотнул Влад.

– Не волнуйся, никто тебя грабить не будет, – с максимально естественным смешком ответила я. Быстрее, пока не заметил недоговорку, добавила: – Да, место жутковатое, но и здесь бывают хорошие кафе. В это время ещё не страшно.

Влад покачал головой. Снова оглядел пустую улицу.

– Не нравится мне здесь… Ладно. Куда идти?

Я прищурилась, рассматривая его фигуру.

– Повернись к остановке правым боком и иди вниз по улице. На первом повороте уходи направо.

– Хорошо.

Мы пошли вперёд – он и на отдалении, следя за всеми звуками и шорохами, я. Периодически подсказывала дорогу. Всё шло как надо. Никаких подозрительных личностей по пути не попадалось, только обычные прохожие. Уже хорошо.

– В конце улицы налево.

Мы вышли к пустынной дороге и пошли вдоль её полотна.

– Меня всё мучает вопрос, – неожиданно заговорил принц.

Я напряглась.

– Мы точно раньше не встречались? Такое ощущение, что я твой голос тысячу лет знаю.

«Да побольше», – подумала про себя. Вслух же сказала:

– Вряд ли.

Дорога становилась всё темнее, и лишь редкие фонари освещали путь. Прохожие изо всех сил старались проскочить побыстрее домой.

– Значит, просто ощущение, – решил он. – Наверное, слишком хотел наконец тебя услышать. Как прошёл день?

Я пожала плечами, хоть меня, к счастью, не видели. Нырнула в тень кустов, пропуская мимо пьяницу.

– Обычно. Просто работала, всё как всегда.

– Ничего себе взгляд, – усмехнулся принц. – Разве каждый день не отличается хоть чем-то от других? Хотя бы тем, каких людей встретишь по пути на работу?

«Когда же ты замолчишь?» промелькнуло с тоской в голове. Мне и так с каждым шагом становилось тяжелее идти. Всё развивалось точно по плану, только настрой был другой. Паршивое, мерзкое чувство трепало душу, как будто я кого-то предавала, то ли его, то ли себя саму.

Не знаю, какая должна быть выдержка и бесчувственность сердца, чтобы мило ворковать с человеком всю дорогу до места его казни, а потом хладнокровно, ни о чём не жалея пристрелить. Он был таким настоящим, знакомым до боли – что по этой, что по всем прочим жизням. Так искренне слушался меня, болтал о всякой чепухе. А я собиралась убить его ради собственного спасения. Я шла дальше и в глубине души казалась себе беспринципной гадиной хуже царя-тирана.

По сути нас не связывало ничего, кроме проклятия и взаимного притяжения. Я не могла ни жалеть его, ни понимать, ни испытывать какие-либо другие чувства. И всё-таки сейчас, ведя принца к выбранному месту, испытывала острую вину и одновременно грусть.

– Кстати, я вчера был на потрясающем концерте, – тем временем начал Влад.

Я поморщилась. Ну конечно.

– Пела молодая девушка, очень талантливая. Могу