Он хочет тебя - Дилноза Набихан

— Наверное, вы знаете, что у неё уже есть одна дочь? — вкрадчиво уточнил он.

— Так это правда, что пишут в газетах?

Вениамин Иванович напрягся, плотно сомкнув губы.

— А что там пишут? — с наигранной наивностью поинтересовался Захар.

Услышав последнее, я положила руку ему на плечо и легонько сжала пальцы. От всего происходящего мне резко стало дурно. «Интересно, сколько ещё народу успело прочитать последние новости?» — задалась вопросом, прикрывая глаза.

— Ну, что она заставила вас жениться на ней и признать её дочь. Даже нам неизвестно, кто её отец, не говоря о вас. Вы же знакомы всего ничего. — Шеф засмеялся, и от его смеха меня бросило в жар, после чего гнев во мне забурлил с новой силой. — Мы с Дариной знакомы несколько лет. С тех пор, как она пришла работать в мой офис.

Вздохнув, я отвела в сторону взгляд. Неужели я сделала ошибку, когда скрыла от Муратова первую беременность? Да и вообще практически никому об этом не рассказала? Впрочем, почему я должна была обо всём трепаться направо и налево?!

«Я бы сделала это, если бы знала, что через несколько лет бывший станет таким успешным бизнесменом!» — ехидно прошептал мне на ухо внутренний голос.

— Значит, вы плохо её знали, — сквозь зубы ответил Захар, и от холода, который сквозил в его голосе, босс резко замолчал. — Мы с Дариной раньше были женаты, и нам пришлось развестись из-за кое-каких недоразумений. А сейчас давайте закончим все разговоры, и мы с ней уже пойдём.

Не позволив Вениамину Ивановичу даже и слова вставить, Муратов поднялся, приобнял меня за талию и молча вывел из кабинета. Пока мы шли к лифту, все сотрудники офиса с удивлением смотрели на нас. Я была уверена, что местные сплетники уже жаждали обсудить увиденное, поэтому только и ждали, когда мы скроемся за ближайшим же поворотом. И половина из них точно собиралась поливать меня грязью, жалея Захара и его оставшуюся с носом невесту.

— Зачем ты это сделал? — сердито спросила я у мужа, как только створки лифта закрылись, и мы остались наедине.

Муратов убрал руку с моей талии и с силой ударил по кнопке «стоп». Ощутив, как сердце уже в который раз за последнее время ухнуло вниз, я тихо выдохнула. У меня вообще наблюдалась боязнь закрытых пространств. И ему было об этом известно. Впрочем, он находился на взводе и не совсем правильно мыслил, так что вёл себя по-сволочному.

— Я же сказал, что моя жена не будет работать на этого типа! — процедил Захар сквозь зубы, подступая ко мне.

Невольно сделав шаг назад, я ощутила спиной гладкую поверхность стены, в которую упёрлась. Пространство кабинки лифта, как мне показалось, заметно сузилось. Опустив руки по обе стороны от моей головы, супруг по-настоящему навис надо мной. Пара мгновений — и он неожиданно схватил меня за руку, вызывая мой испуганный писк.

— Ты забыла кольцо дома, — проговорил Муратов, смягчившись и достав из кармана последнее.

Я промолчала, ведь специально оставила его на трюмо, не желая надевать на работу. Мне не хотелось лишних вопросов, как и того, чтобы коллеги догадывались о моём замужестве. У меня не было никакого желания снова носить кольцо, символизировавшее любовь. Оно когда-то отражало наши чувства с Захаром, но то было слишком давно.

Муратов же, поднеся мой палец ко рту, зубами снял с него кольцо, которое я носила вместо обручального. У меня все слова застряли в горле, когда я увидела его глаза. Мной почувствовалась нехватка воздуха, но не из-за его отношения ко мне. И не из-за его взгляда, которым он окинул меня. Причиной всему отчасти послужил страх, однако главным образом болезнь и обусловленная ею слабость.

— Дыши, Лисичка, дыши, — прошептал муж мне в губы, прежде чем завладеть ими.

Глава 37

Захар

Пусть и сама того не зная, Дарина держала меня на коротком поводке. Стоило ей лишь поманить меня, и я был готов бежать куда угодно, как собака. Рядом с этой женщиной я терял себя, своё обладание, спокойствие и разум. Стоило ей только приблизиться, как у меня сразу же выключались все рецепторы, отвечающие за жизненные показатели, и оставался только голод. Дикий. Необузданный. Неутолимый ни одной другой женщиной. Всё время я хотел только её. Желал обладать ею. Сделать своей. Готов был день и ночь напролёт пожирать её взглядом, ведь ни на что другое не имел пока права.

Я чувствовал, что она тоже неровно ко мне дышала. Дарина утверждала, что не любила меня, и говорила о ненависти, но ведь последняя тоже являлась сильнейшим чувством. «Ненавидеть — значит любить. Иначе зачем ей тратить столько сил на меня?» — размышлял я, всё надеясь на что-то большее.

Жизнь рядом с ней летела быстро. Рабочие обещали закончить ремонт квартиры уже к концу месяца, однако он растянулся на целых два, в течении которых не проходило ни единого дня, когда бы я не столкнулся в доме с матерью. Между ней и моей женой всё росла неприязнь. Впрочем, они этого совсем и не скрывали.

Посетив плановый осмотр, мы впервые услышали стук сердца нашего малыша. Я видел, как после этого Дарина тайком утирала слёзы. Сколько бы она ни старалась держаться отстранёно, будто совсем и не любила или не хотела ребёнка, я чувствовал, что то была просто маска. Любимая делала всё лишь назло мне. У меня же теперь, как у сентиментального дурака, был в портмоне снимок с УЗИ. Там же находилась фотография супруги и Марины, согревавшая мне сердце в трудные минуты. Я с нетерпением ждал момента, когда мы все наконец могли перебраться в нашу квартиру.

— Что есть? Это или это? — спросила Дарина сама у себя, стоя на кухне.

Она и не заметила, как я туда вошёл. Стояла рядом с холодильником и не могла ничего выбрать. В последние время её вкусы очень изменились, и жена начала есть те продукты, которые раньше и на дух не переносила. К примеру, сыр или красную икру. Или же шоколад, помазанный сверху вареньем.

Вернувшись поздно с работы, я был дико усталым, а ещё голодным. Впрочем, в первую очередь мой голод был направлен на супругу. Утолить его могла лишь она.

— Что ты делаешь? —