Во власти бывшего - Анастасия Сова

Его губы с силой нажимают на мои. Антон продолжает сдавливать мне щеки, терзая рот своими губами.

Я начинаю дергаться, хочу освободиться, но это бесполезно – голова в тисках его рук, а запястья крепко связаны за спиной. Но я все равно брыкаюсь из последних сил. Скулю и ною. Молю Бога вразумить Антона, пока не стало слишком поздно.

Муж вдруг отстраняется, разжимая захват на челюсти. У меня есть буквально доля секунды, чтобы предположить, что мужчина внял таки моим слезам, перед тем, как та же самая ладонь оставляет на моей щеке прожигающую звонкую пощечину.

Я взвываю от боли и моя голова пошатывается, но ее быстро возвращают в прежнее положение.

– Маленькая моя… Любимая девочка… – теперь уже ласково говорит Антон, поглаживая место удара. Если сказать, что я в ужасе, это не передаст даже одну десятую всех чувств, которые я сейчас испытываю. – Я так люблю тебя… Тебе нужно было всего лишь вернуться ко мне, когда я просил. Просто начать сначала. Я готов был забыть то, что ты трахалась с другим. Я готов был на все ради тебя, а ты? Что сделала ты?

Мои губы предательски дрожат. Я не рыдаю только потому, что паника перемешала внутри все ощущения, заполнив собой каждую клеточку тела, не оставив больше ничего. Только страх и ломоту в теле.

– Ты плюнула мне в лицо. Растоптала мои чувства. Предпочла быть шлюхой Руслана… И это стало огромной ошибкой, моя девочка… Большой, непростительной оплошностью…

Ладонь Антона оставляет мою щеку и тянется к пряжке ремня. Я прекрасно знаю, что все это значит.

– Нет, пожалуйста, нет, – мотаю головой настолько, насколько позволяет удерживающая ее сзади мужская рука.

– Да, малыш, да. Теперь только так, раз по-другому ты не можешь, – голос мужа становится до тошноты противным, будто только сейчас я, наконец, увидела его настоящего.

В домик снова пробивается яркий луч света.

– Оставь ее в покое! – не терпящий возражений голос раздается от двери.

– Да, малыш, да. Теперь только так, раз по-другому ты не можешь, – голос мужа становится до тошноты противным, будто только сейчас я, наконец, увидела его настоящего.

В домик снова пробивается яркий луч света.

– Оставь ее в покое! – не терпящий возражений голос раздается от двери.

– А то что? – рычит Антон.

– А то я передумаю выполнять свою часть сделки, – баритон начинает принимать знакомые очертания, я узнаю его.

Мужу приходится отпустить меня и зачехлить причиндалы обратно в джинсы. Он выпускает из тисков мою голову, и я обессилено облокачиваюсь о стену.

– Держи себя в руках, если хочешь, чтобы я помог тебе, – негодует Тимофей.

– Ты обязан это сделать, потому что я уже исполнил все, о чем мы условились, – Антон разговаривает с другом Руслана в той же манере.

– Когда я уеду, можешь хоть грохнуть ее, но пока я здесь, чтобы пальцем суку не трогал. Мне не нужны лишние проблемы, ясно?!

– Сколько времени еще нужно? – вместо согласия отвечает мой муж.

– Я работаю над этим. Думаю, дня три, и он улетит в Москву. Тогда можешь делать все, что захочешь.

Меня ситуация дико пугает. Хочется подавиться слезами, и меня снова тошнит. Опять вырывает в ведро.

– Что с ней? – уточняет Тимофей у Антона вместо того, чтобы спросить у меня. Видимо, я ему настолько противна.

– Не знаю, – бурчит тот. – Может, перенервничала, или последствия принудительного сна – все что угодно!

Друг Руслана вдруг вспоминает о том, что я тоже могу поучаствовать в разговоре, и приближается ко мне.

Я вжимаюсь в стену, будто это спасет. Но все происходит на автомате, мне просто хочется защититься. Больше всего я боюсь, что он снова станет меня лапать или ударит.

Мужчина садится на корточки рядом со мной, заглядывая в глаза.

– Месячные когда были? – интересуется он.

– Что? – я пугаюсь неожиданного вопроса.

– Текла когда последний раз? – грубо повторяет Тимофей.

– Она на таблетках! – сзади раздается голос мужа, а я качаю головой.

Мой жест, видимо, совсем от него не укрывается.

– Что значит “нет”? – цедит он. – Ты два года их пила!

– Я бросила, как только мы приехали в Бруски. Нам нужны были деньги, а контрацептивы стоят дорого. Надо было экономить, – всхлипываю я.

– Или ты просто захотела себе еще одного ребенка! – негодует Антон. – Это мне ты не давала шанса, а от Катаева решила второй раз залететь?

– Успокойся! – недовольно обрывает Тимофей. – Завтра куплю тест, и мы все узнаем. Молись, дрянь, чтобы он казался отрицательным.

Меня точно разрядом тока прошибает, когда я вспоминаю про секс в подсобке. Руслан нагло кончил в меня, а потом дал денег на экстренную контрацепцию.

Я же благополучно про это забыла, а те средства пустила на лекарства для Дины, была так увлечена ее лечением, что про себя даже не вспомнила.

Теперь жутко осознавать это. Если опять окажусь беременна от Руслана, то я просто не знаю, что делать. Как я могла быть настолько глупой? Как смогла допустить такое?

Сердце снова ускоряется от волнения, меня бросает в жар. Даже ноющие запястья уже практически не ощущаются на фоне нового стресса.

Но я ни за что не откажусь от малыша, если мои догадки подтвердятся. Грудью лягу, но маленького защищу.

Мужчина поднимается с колен и снова обращается к моему мужу, но я перебиваю его:

– Зачем вы все это делаете? Я не понимаю… После нашего разговора я больше не общалась с Русланом, мы даже не виделись. А тогда, на банкете… Это управляющая вынудила меня обслуживать вас, я ничего такого не хотела!

– Я знаю, – неожиданно отвечает мужчина. – Я заплатил ей приличную сумму за твое присутствие. Мне нужно было проверить и Руса тоже. Его реакцию на приставания Толяна, который, кстати, отлично справился со своей ролью.

– Так вы подстроили все?! Но это мерзко! – от негодования и обиды мой голос становится громче и раздраженнее.

– На войне все средства хороши, Саша. А проигрывать эту войну я не намерен. Мне пора в отель. Руслан не должен ничего заподозрить. Так что корми ее, и уходим.

– Он в прошлый раз-то ничего не понял, сейчас