Серенада новогодней ночи - Ольга Арсентьева

Часом раньше. Номер люкс гостиницы «Астория».

– Тетя, я так верил вам, а вы меня обманули…

– Не говори глупости! В чем это я тебя обманула?

– Не надо, тетя. Я все знаю.

– Знаешь… Да что ты можешь обо всем этом знать?!

– То, что вы поступили неправильно.

– Не тебе меня судить!

– Почем знать… Может, и мне.

– Ах, да замолчи! Зачем ты вообще пришел, мораль мне читать?! И зачем у тебя на голове этот дурацкий красный колпак с белым помпоном?

– Затем. Я сегодня, как и вчера, как и первого января, работаю Дедом Морозом. На общественных началах. Просто делаю людям разные хорошие подарки. И вам, тетя, тоже. И первого января, и сегодня. Очень важный и нужный подарок, просто необходимый для вас…

– Да что ты говоришь? И какой же?

– Я пришел спасти вас. Я пришел, чтобы уберечь вас от непоправимой ошибки. Не требуйте от Александра Васильевича столько денег и сразу. Дайте согласие на отсрочку. Иначе ему придется продать компанию…

– И пусть! И пусть продает! Да я вообще его нищим сделаю, по миру пущу! Он мне за все заплатит!

Молчание.

– Все, Саша, уходи. Я жду звонка от адвоката.

– Вот и хорошо. Вы скажете ему, что согласны на его предложение.

– С чего это я так скажу?

– А с того, тетя, что в тюрьме деньги вам не понадобятся.

Снова молчание. На этот раз с другой стороны. Потом тихо, угрожающе:

– Что ты сказал?

– То, что вы слышали. Вы, тетя, совершили преступление.

– Ерунда! Сандро ни за что не станет заявлять на меня в милицию!

– Он не станет. Это сделают другие, у которых есть запись вашего признания.

– Ха! Признание получено под давлением! Оно ничего не стоит, а свидетелей у них нет!

Молчание. Вздох.

– Свидетели есть, тетя. Я и Ираида Глебовна. Если понадобится, мы дадим показания. Пусть меня даже привлекут как соучастника…

– Саша!! Ты окончательно спятил?!

– Нет, тетя. Меня многие считают… Ну, недалеким, что ли… Но как раз сейчас я все очень хорошо обдумал. И я уверен, что поступаю правильно. Я все сказал. Теперь вам решать.

И в этот момент зазвонил массивный, белый, весь в золоте и слоновой кости гостиничный телефон.

Тамара, кусая губы, протянула руку к трубке, но тут же отдернула ее:

– А если я… соглашусь?

– Тогда, – сказал Саша, поднимаясь с белого мохнатого гостиничного пуфа, – никто ни о чем не узнает. Никогда.

– Обещаешь?

– А разве Дед Мороз может лгать? И разве я когда-нибудь вас обманывал?

– Вряд ли тебе бы это удалось, – презрительно фыркнула Тамара.

Но Саша нисколько не обиделся.

Он прослушал разговор тети с адвокатом и, убедившись, что все в порядке, вежливо попрощался с ней (ответа, впрочем, не получил), поправил колпак и вышел на улицу.

В темном январском воздухе летал снежный пух.

«А мне нравится быть Дедом Морозом, – подумал Саша. – Хорошая работа. Жалко только, что сезонная».

Он с удовольствием вдохнул полной грудью бензиново-уличные ароматы и зашагал в сторону Невского.

На пути ему попался недавно открытый цветочный магазин, весь прозрачный и сияющий, словно подсвеченный изнутри аквариум.

«А почему бы и нет, – сказал себе Саша. – Новый год продолжается».

Гордо прошествовав мимо недорогих гвоздик и хризантем, он подошел к витрине с томными, размером с тарелку, испанскими розами и благосклонно кивнул заулыбавшейся при виде его колпака продавщице.

– Девушка… – Он достал бумажник. – А подскажите, пожалуйста, какого цвета розы должны особенно нравиться блондинкам?