Гроза школьной столовки - Яна Мелевич

- Мы скоро приедем?

- Уже приехали?

- А когда приедем?

- Все?

- Это та дорога?

- Мы правильно едем?

Водитель на нервах, из динамика бьют по ушам «Нервы». Не могу остановиться, пока Галина Владимировна пытается угомонить Стаса, Илья, Вадим, Ванька и Ромка, что дружно донимают водителя. Судя по выпученным глазам, красной шее и тяжелому дыханию – плохо выходит угомонить, зато достать отлично.

- Поверить не могу, что мы с этими обезьянами учимся в одном классе? – бурчит Арина, а я немного с ней согласна. До базы отдыха «Снежинка» несколько часов езды, за которые мои одноклассники решили вывести из себя бедолагу. Уверенна, сейчас в соседнем автобусе происходит примерно тоже. Если бы они имели телепатическую связь, поди ругались бы мысленно на детей.

- Дети – зло, - рычит Валентин Арсеньевич, после того, как Галина Владимировна падает рядом с ним в кресло со стоном.

- Мальчики, да сядьте вы и успокойтесь! – возмущается она, стараясь не обращать внимание на ворчание своего соседа. Краем глаза подсматриваю за стариком, но ничего кроме бесконечного недовольства всю поездку за ним не замечаю.

- Сейчас глазами его прожжёшь, - шипит Сорокина.

- Меня сейчас стошнит, - стонет где-то позади Кристина.

- Ой, у меня есть мятная таблетка! – кажется, Валентина. Сбивает с мысли, вытягиваю шею, заметив. как старик начинает копаться в своей сумке. Шикаю на Арину, приставая с кресла. В автобусе балаган, Олеся спорит о чем-то по телефону с мамой, Маша пытается помочь Кристине, подавая пакет, зато Олег отпускает ядовитые шуточки на тему ранней беременности. Вижу какой-то яркий пакет или упаковку – встаю, дабы подойти ближе, однако автобус вдруг заносит. Парни орут, девчонки визжат, меня несет куда-то в сторону прямо на вцепившуюся в подлокотники классную. В последний момент, кто-то перехватывает, и мы вместе падаем в одно из свободных кресел. Водитель громко ругается на таких словах, что невольно классная краснеет с ног до головы. Ничего удивительного, когда из приличного там: «криворукий олень на своем загаженном экскрементами корыте, куда ты прешь долбодятел без навигатора».

Туалетная вода с морским ароматом.

- Супермен, - отзываюсь, глядя в серые обеспокоенные глаза, заметив усмешку на губах.

- Бэтгерл, давай-ка повремени с приключениями на свой очаровательный летучий зад, - отзывается в тон, устраиваясь удобнее так, что я оказываюсь на коленях парня. Слышу возмущенный вопль Арины с наших мест. Перегнувшись, блондинка грозит кулаком, тыча в Макса пальцем.

- Похититель! Люди добрые, что делается-то! Посреди дня подруг из кресел воруют, - хохочем дружно вместе с классом.

- А смотреть надо лучше за подругами, - отзывается Еремин, обнимая меня крепче. Улыбаюсь, заметив закатившего глаза Олега, фыркающего рядом.

- Че серьезно? Что за бесцеремонное женское вторжение в чисто мужскую компанию? – возмущается, перебираясь через нас.

- Ты куда? – задаю вопрос, на что Рожков машет рукой, сдвигая с места Арину, садясь рядом с ней. Напротив, Бубликов спит спокойно, не обращая никакого внимания на шум и гам, возобновившееся после того, как нас подрезали. Пытаюсь усесться на освободившееся места – кто бы пустил, ага.

- Вообще-то это опасно, - резонно замечаю, устраиваясь боком на коленях парня. В конце концов, удобно же. Зачем пытаться спорить, потому не шибко сопротивляюсь, стоит Максу ткнуться носом мне в волосы, убирая пряди. Горячее дыхание обожгло ухо, отчего по телу прошла приятная волна тепла.

- Что-то заметила?

Улыбаюсь невольно, поворачивая голову, обхватывая лицо, шепча у самых губ.

- Ничего кроме каких-то упаковок. Кажется, корм. Зверушек кормить в лесу собрался, - он так близко, что могу видеть каждую длинную ресницу, серебристые нити в серых глазах, темнеющих от нашей близости. Из врагов мы так неожиданно стали партнерами, а затем влюбленными, что такая перемена немного пугает. Сколько это продлится? Как долго сможем продержаться? Не хочу об этом думать. Просто касаюсь губ в поцелуе, пока вокруг все дружно сходят с ума. Кого-то тошнит на заднем сидении, Арина достает Юрку Бубликова вопросами из игры-приложения «Кто хочет стать миллионером», Стас водителя, классная руководительница пытается все это угомонить – все сливается в общую какофонию.

Внезапный толчок будто из ниоткуда, Макс едва успевает удержать на своих коленях, пока перебираюсь, вижу Платонову с искренним раскаянием на лице. Правда, оно совершенно не касается глаз – там только злорадство.

- Простите, ребят, - едва не плачем, пока в спешке поправляю волосы, скрипя зубами от злости. Серьезно, эта недобитая героиня всех американских комедий про лохушек бесит неимоверно. – Автобус дернулся.

- Мозг твой дернулся, - огрызаюсь в ответ, ощущаю успокаивающую ладонь Макса, накрывающую мою руку. – Больше идей не придумала, как на меня случайно рухнуть?

Ой, глядите, по кому-то рыдает Большой театр. Так старательно моргает, будто сейчас разревется. Давя на жалость в попытке получить чуть-чуть внимания.

- Почему ты такая грубая? – выдыхает, тыльной стороной ладони вытирая щеки. Мне не жаль, ни капли. Зато вот нашему школьному рыцарю очень. Прямо чуть не стошнило от следующих слов Макса:

- Мы поняли, Кать, ничего, - отвечает с улыбкой, пока Платонова с довольным видом возвращается Маринке, в очередной раз переругивающейся с Настей о какой-то ерунде позади нас.

- Ты серьезно? Она специально это сделала! – шиплю, мой гнев мгновенно перескакивает на него. Макс закатывает глаза, доставая телефон и сбрасывая вызов. Краем глаза замечаю имя звонящего: «Отец».

- Надь, ты предвзята, - спокойно говорит мне, за секунду подкидывая своим заявлением дров в мой костер раздражения. Если пять секунд назад я была зла, то теперь в ярости. Уже не до Гринча, парню бы своем мозги на место вправить.