Брачная ночь с графом - Амелия Грей

На губах графа заиграла улыбка.

– Неужели знаете?

– Да, знаю.

– Значит, вы не считаете, что мне следует разучить с вами все основные па, прежде чем мы начнем?

– Нет, не считаю. Я совершенно уверена, что все знаю.

– Что ж, тогда, вероятно, вам не потребуется так много объяснений, как я предполагал, и у нас не возникнет проблем с танцами. Но запомните, я буду держать вас крепко, как сейчас, и послужу вам надежной опорой. Вы можете смело на меня опираться. Чувствуете?..

О да, она чувствовала его силу и тепло. Более того, ей казалось, что его сила и тепло передавались ей.

– Конечно, чувствую, – ответила Кэтрин.

– Отлично. Тогда я считаю до трех, и мы начнем. Один, два, три…

При первом же шаге он наступил ей на ногу.

– Ой! – вскрикнула она.

Адам мысленно выругался и пробормотал:

– О, прошу прощения…

– Ничего страшного, все в порядке, – сказала Кэтрин. – Я сама виновата.

– Нет-нет, никогда нельзя винить леди, если мужчина наступает ей на ногу, – возразил граф.

Она с благодарностью улыбнулась ему, однако произнесла:

– Я недостаточно быстро убрала ногу. Давайте попробуем еще раз.

Адам опять досчитал до трех – и снова наступил ей на ногу. Кэтрин настояла на том, чтобы они попытались еще раз, но и в третий раз результат был такой же.

– Ох, черт побери! – воскликнула девушка; она ужасно огорчилась.

– Вы только что выругались, Кэтрин? – удивился граф.

Она поморщилась.

– Да, так получилось. Только никому об этом не говорите.

Адам криво усмехнулся.

– Разумеется, не скажу. Ведь мы с вами танцуем тайно…

– Что ж, давайте попробуем еще раз, – проворчала девушка. – Я точно знаю, что сумею…

– Я в этом не сомневаюсь. Но вам не следует так крепко сжимать мою руку и так уж сильно стараться. Не волнуйтесь – и тогда все получится.

Посмотрев на свою руку, вцепившуюся в его ладонь, Кэтрин увидела, что у нее побелели костяшки пальцев. Она сделала глубокий вдох и постаралась расслабиться.

– Так лучше, – сказал Адам. – Я думаю, вам нужно делать более широкий шаг назад. Тяните ногу, насколько можете, а я, в свою очередь, буду делать шаги поменьше.

– Да, наверное, так будет лучше, – пробормотала Кэтрин.

Он снова сосчитал до трех, и на сей раз все вышло удачнее. Когда же они продвинулись до третьего па, граф снова наступил ей на ногу. И Кэтрин снова пробормотала себе под нос что-то насчет черта. Ох, ну почему же она думала, что Адам сможет научить ее танцевать? Судя по всему, этому не суждено было случиться…

– Ладно, довольно, – пробурчала Кэтрин. – Признаю, что это не так легко, как выглядит со стороны, когда смотришь на дам, кружащихся по залу.

Адам ласково ей улыбнулся, и ее сердце растаяло. О, ей так хотелось научиться танцевать хотя бы ради него. Но и ради себя тоже, конечно.

– Да, Кэтрин, это нелегко. Но я знаю, что вы сможете научиться. Почему бы нам на этот раз не испробовать другой способ? Мы могли бы разучить сначала основные па, а затем объединить их в танце. Согласны?

Кэтрин кивнула. И они таким образом упражнялись в течение получаса. При этом Кэтрин время от времени наступала на ногу своему партнеру.

Ох, все оказалось гораздо труднее, чем она думала. Да-да, у нее все получалось хуже, чем она ожидала, хотя она так старалась…

В конце концов Кэтрин остановилась и, тяжко вздохнув, сказала:

– Нет, у меня никогда не получится, потому что мое колено плохо сгибается. К тому же я не могу отвести ногу назад так, как требуется.

Адам кончиком пальца приподнял ее подбородок и, заглянув ей в глаза, проговорил:

– Пожалуйста, не расстраивайтесь из-за того, что вам не удалось научиться танцевать за полчаса. Ведь у вас впереди еще много времени, так что вы непременно научитесь.

«Нет, не научусь, если вы уедете», – хотела она сказать, но промолчала.

– Послушайте, – продолжал Адам, – вы ведь уже можете стоять самостоятельно – без своей трости и без моей поддержки. Помните, как вы не смогли удержаться на ногах, когда мы только встретились? А теперь можете…

Кэтрин снова вздохнула:

– Стоять на месте – это совсем не то, что ходить.

– У вас болит нога?

– Да, немного. Но не болит, а скорее устала, ноет…

– Что ж, тогда давайте отдохнем несколько минут. – Адам осмотрелся, затем подошел к стене, взял свой плащ и расстелил его на полу. – Мне очень жаль, но придется сидеть на нем, – пробормотал он.

– Ничего не имею против, – ответила девушка.

Адам помог ей усесться на плащ и, внимательно глядя на нее, произнес:

– Я думаю, что если вы будете разрабатывать мышцы упражнениями и не станете постоянно хвататься за трость, то в конце концов все-таки сможете танцевать. Вы знаете все па. Вам только нужно научиться переносить свой вес с одной ноги на другую, когда двигаетесь.

Чувствуя себя неудачницей, Кэтрин проговорила:

– Может, когда-нибудь я действительно смогу ходить без поддержки. Но танцы – совсем другое дело. Мне кажется, вы только что в этом убедились.

– Никто бы не смог научиться танцевать за полчаса, Кэтрин. Вы слишком строги к себе. Но ваши раны зажили уже давно. Мускулы, связки и суставы поврежденной ноги всего лишь нуждаются в тренировке.

– Мои тетя и дядюшки проявляли ко мне снисхождение – никогда не позволяли мне пытаться танцевать. Они знали, что я не смогу. Танцевать – это так прекрасно и приятно, но я…

Адам опустился перед ней на колени и прижал пальцы к ее губам, заставив умолкнуть.

– Не говорите так, – сказал он, обводя ее губы кончиками пальцев. – Потому что… Что бы вы сейчас о себе ни сказали, это будет неправда. И я не хочу этого слышать.

Ей и самой не хотелось, чтобы ее слова были правдой, но, увы, ничего не поделаешь.

– Я хочу взглянуть на вашу ногу, – сказал граф неожиданно. – Не возражаете?

Кэтрин замерла на мгновение. В горле у нее внезапно пересохло, и девушка почувствовала, что ей не хватает воздуха.

– Вы хотите увидеть… мою ногу? – переспросила она.

Адам пристально посмотрел ей в глаза.

– Да, но только с вашего разрешения. – Не дожидаясь такового, он осторожно обхватил пальцами ее лодыжку. – Пожалуйста, не бойтесь…

Кэтрин судорожно сглотнула. Тихонько вздохнув, пробормотала:

– Эта нога… она уродлива. И вам не следует ее видеть. – Она попыталась освободить ногу из его пальцев, но граф крепко ее держал, и было совершенно очевидно: для того, чтобы высвободиться, потребуется яростное сопротивление, а сопротивляться ей совсем не хотелось…