Я больше не одна - Джерри Хилл

Взглянув на грязную посуду на кухне, Сьюзан прошла в гостиную, Дэвид молча следовал за ней. Без сомнений он получил бумаги о разводе. Было бы лучше, если бы он просто позвонил. Что бы он ни собирался сказать, не стоило того, чтобы тащиться в горы, тем более не нужно было тащить с собой Рут для защиты.

Когда она повернулась к Дэйву, его взгляд блуждал, описывая круги по когда-то знакомой комнате.

– Я любил приезжать сюда, – сказал он. – Было здорово сбегать сюда из офиса. Мы приезжали каждые выходные, ты помнишь?

– Да. Для меня это был тоже побег. Я целыми днями торчала дома, знаешь ли.

– Да, я знаю, – он пожал плечами. – В последние несколько лет, времени ни на что не хватало. Всегда какие-то дела, приходилось часто работать по выходным.

Сьюзан кивнула, вспоминая бесконечные деловые обеды и его клиентов, и как много выходных она провела в одиночестве. Теперь она спрашивала себя, сколько выходных он действительно провел с клиентами за игрой в гольф или в офисе за работой. А сколько потратил на молоденьких блондинок?

– Прошло пять лет с тех пор, как мы перестали часто приезжать сюда, Дэйв, – вздохнув, она развела руками. – Но я уверена, ты приехал сюда не для того, чтобы придаваться воспоминаниям.

– Нет, – он тоже вздохнул. – Я получил бумаги. Вообще-то, я был шокирован. Я не думал, что ты пойдешь до конца, Сьюзан. Мы даже не поговорили об этом. Я видел тебя только раз, с тех пор как ты уехала сюда. Ты не хочешь хотя бы обсудить все это?

– Дэйв, зачем ты пытаешься сохранить наш брак? Ты ведь больше не любишь меня, а я не люблю тебя. Ты хочешь, чтобы мы жили, как раньше? Зачем? Потому что мы привыкли? Чтобы я снова занималась домом и твоими деловыми обедами?

– Это не так, Сьюзан. Я все еще люблю тебя. Я знаю, что у нас были проблемы, и большей частью по моей вине. Я мало проводил с тобой времени, мы перестали гулять вдвоем. Но в наших силах, все изменить.

– Что мы можем изменить? Ты уволишься с работы? Ты вдруг скажешь клиентам, что больше не можешь играть с ними в гольф по субботам, потому что проводишь время с женой?

– Ты даже не хочешь дать мне шанс?

– Я не была счастлива, Дэйв. Вот уже много лет. Вернуться обратно, и заставить тебя пообещать проводить больше времени вместе, ничего не изменит, – она тяжело вздохнула под взглядом Дэйва. – Мы никогда по-настоящему не разговаривали, Дэйв. Ты понимаешь? И единственное, что у нас было общего, это наша дочь. Но этого уже недостаточно.

– И что? Вот так просто, мы выбросим двадцать лет совместной жизни?

– Не просто так, Дэйв. Ты, конечно, думаешь, что это мое поспешное решение, потому что я застала тебя в нашей постели с… молодой девушкой? – его лицо вспыхнуло при этих словах, и она поняла, что именно так он и считал. Его измена больше ничего не значила для нее. Что ж, она знала только один способ объяснить ему истину.

– Следуй за мной, – тихо попросила она, ведя его в сторону спальни. – Я была не одна в последние дни. Со мной была Шон.

Она открыла дверь в гостевую комнату, безупречно чистую. Он заглянул внутрь, посмотрел, затем пожал плечами.

Она повернулась в сторону спальни, дверь была нараспашку, открывая мятую постель и разбросанную одежду. Не только ее одежду.

– Я кое-что открыла в себе этим летом, – она посмотрела в его глаза. – И я влюбилась.

– В Шон? – его голос отразил недоверие.

Она кивнула.

– Ты же не хочешь сказать… что вы двое…, – забормотал он, указывая на спальню.

– Да. Она здесь с четверга.

– Боже. Сьюзан, ты сама не своя. Почему? Просто потому, что я …

– Почему? Я не знаю почему. Я знаю только то, что чувствую, и это кажется таким правильным, Дэйв, – она схватила его за руку, заставляя посмотреть на нее. – Пожалуйста, не думай что это из-за тебя. Я просто… как будто ждала ее всю жизнь.

– Сьюзан, послушай только, что ты говоришь, – умолял он.

– Я слушаю, Дэйв. Мне кажется, ты не слушаешь.

– Ты же не чертова лесбиянка!

– Я влюблена в другую женщину, – тихо произнесла она. – У меня сексуальная связь с женщиной. Ты можешь называть это, как угодно.

– Я не могу поверить своим ушам, – ответил он, засовывая руки в карманы. – Рут намекала, что нечто в этом роде происходит. Я должен был слушать ее. Просто я не мог в это поверить.

Сьюзан слабо рассмеялась.

– Ты бы ничего не смог сделать. И Рут это тоже не касается. Если ли бы она уделяла хоть половину этого времени своей жизни, возможно, она набралась бы смелости изменить ситуацию в своих отношениях с Франклином.

– Сьюзан… пожалуйста. Я знаю, что ты не обдумала все как следует. А как же твоя мать? Что она скажет?

Сьюзан улыбнулась.

– Ты знаешь, я не думаю, что у мамы будут проблемы с Шон. И зная Рут, она вероятно уже предупредила ее. И мне кажется, Лиза тоже будет в порядке.

Дэйв зло рассмеялся.

– Конечно. Яблоко от яблони недалеко падает.

– Не смей!

– Что? Рут солгала про Лизу?

– Что происходит в жизни Лизы ее личное дело, и мы не имеем права вмешиваться и указывать, как ей следует жить. Лиза уже взрослая, Дэйв. И тебе нужно с этим смириться.

– Боже мой! Я поверить не могу, что это происходит! Только не с Лизой… и, конечно, не с тобой.

Сьюзан уставилась на него. У нее больше не было слов, она уже почти жалела его. Даже воспоминание о нем в постели с блондинкой ничего не меняло. Но она не знала, что сказать ему.

– Мне жаль, Дэйв, – наконец, пробормотала она. – Но я должна подумать о себе. Я не могу заботиться сейчас еще о ком-то.

И это была чистая правда. Много лет она ставила чужие проблемы выше своих. Но сейчас настало время для нее жить своей жизнью, по своим правилам.

– Все, что сейчас происходит, не имеет к тебе отношения, Дэйв. Как я уже говорила, наш брак уже давно закончился. И даже, если бы я не встретила Шон, я бы не вернулась к тебе. В глубине души, ты сам понимаешь, что наш развод будет лучше для нас обоих. Признай это, Дэвид. Ты ведь тоже не был счастлив.

Уставившись на нее, он, наконец, кивнул.

– Ты права. Никто из нас не был счастлив. Нам нужно было поговорить об этом. Просто я… не знал как. А теперь ты предлагаешь мне с этим смириться. Удар ниже пояса. Я не мог даже и подумать, что ты будешь… с женщиной.

– Я знаю. Дело не в тебе, Дэйв. Дело во мне. И в Шон. Я люблю ее, и все, что между нами происходит, мне кажется таким естественным и правильным.

Он покачал головой.