Любовь по объявлению - Ольга Мариуц

Ксения ничего не видела, но вид у нее был самый серьезный. Александр удержался, чтобы не хмыкнуть.

— До двенадцати лет все идет нормально, — сказала Мириам. — Нет, даже до четырнадцати… А в четырнадцать вас… начинают интересовать мальчики. Припоминаете?

— Да, кажется, в четырнадцать… — промямлила Ксения. — Если и позже, то ненамного…

— Я сказала, что это было начало, — сразу же поправилась Мириам. — Но все еще не так серьезно… Вы даже не понимаете, что тянет вас к мальчикам. Проходит, проходит… — зашептала она, быстро меняя камешки местами. — А вот и ваша первая любовь! Это действительно случилось позже…

Мириам выбрала камень покрупнее и показала Ксении.

— Вам понравился юноша… Он был старше вас?

— Немного, — сказала Ксения, забыв, что пришла сюда спрашивать, а не отвечать. — Я училась в восьмом, а он в десятом.

— Первая любовь редко бывает счастливой? — полувопросительно сказала Мириам.

— Я его любила, а он меня нет, — разочарованно призналась Ксения.

— Он узнал про вашу любовь?

Александр поразился мастерству колдуньи. Каждую фразу, выходящую из ее уст, можно было принять и как утверждение — (!), и как вопрос — (?). Так что ошибиться она просто не могла.

— Подружка подговорила меня написать ему любовную записку, — сказала Ксения. — Я положила эту записку в его куртку в раздевалке.

— Он не посмеялся над вами…(?) — (!)

— Конечно, нет. Я даже не знаю, читал ли он ее вообще. То есть ничего не изменилось. Он как не замечал меня раньше, так не замечал и потом.

— И вы мучились…(?) — (!)

— Конечно, все это было глупо, но… Мне казалось, что я его очень люблю. Смешно, правда? А потом он закончил школу, уехал, и больше я его не видела. И моя любовь прошла.

— Любовь прошла, — эхом откликнулась Мириам, не глядя на Ксению — она была занята своими камешками. — Но последствия этой любви для вас очень и очень, тяжелые.

— Какие могут быть последствия? — Ксения расширила глаза. — Обычная детская любовь.

— Все не так просто, — возразила Мириам. — Этот мальчик уехал и забрал у вас судьбу.

— В смысле? — Ксения подняла голову от камешков и уставилась на колдунью.

— Вы не получили ответ на свою записку, — объяснила та. — Хотя и очень ждали. Видите этот синий камешек? Он символизирует ваше мучительное ожидание. Если бы он ответил вам хоть как-то, пусть даже посмеялся над вашим чувством… Вы бы пострадали, пострадали и забыли. Вы пережили бы эту любовь. А так…

— А так что? — непонимающе спросила Ксения.

— А так вы до сих пор ждете ответа на свое признание.

— Нет, — отказалась вдруг Ксения. — Ничего я не жду. Мы были детьми. При чем здесь то, что я… что у меня не ладится личная жизнь?

— Она устроится, как только вы получите ответ, — пообещала Мириам.

— Но я не могу его получить! — отчаянно возразила Ксения. — Это было очень давно. Как я могу его получить?

— Ждите, — сказала Мириам.

И, смешав камешки, ссыпала их в шкатулку.

— Подождите, — прижав руки к груди, попросила Ксения. — Я ничего не поняла. А «венец»? Вы будете снимать «венец»?

— Венец исчезнет, как только вы получите ответ, — сказала Мириам и, отвернувшись от Ксении, перевела взгляд своих голубых глаз на Александра.

— Я передумал, — торопливо отказался он.

— То есть? — удивилась колдунья. — Вы не хотите, чтобы я поработала с вашей проблемой?

— Он хочет, — стараясь скрыть разочарование, мужественно сказала Ксения. — Все нормально, работайте.

Александр предупредительно поднял ладонь:

— В другой раз.

— Что-то случилось? — В голосе Мириам послышались подозрительные нотки. — Вам не понравился мой метод?

— Методы могут быть самые разные, я понимаю, — сказал Александр. — Просто у меня разболелась голова.

— Я сниму вам головную боль, — пообещала Мириам.

— Извините.

Он поднялся и потянул Ксению за рукав. Когда они шли по дорожке к калитке, Мириам смотрела им из окна вслед — он чувствовал ее взгляд.

Он знал, что ему необходимо вырваться из-под контроля. Он не обвинял Ксению — она искренне желает ему добра. Но добра в своем понимании. Конечно, неудачи случались у него и раньше, но это были ЕГО неудачи. Он точно знал, что это — его невезение. С вмешательством Ксении судить о чем-либо было вообще сложно. Кто виноват в том, что все его попытки наладить личную жизнь, которые он предпринимал в последнее время, проваливались? Он сам, Ксения или они оба? Нужна чистота эксперимента, а добиться ее в такой ситуации сложнее всего. Но так может продолжаться до бесконечности. У Ксении свои взгляды на жизнь и свои принципы, которые не могут не отличаться от его взглядов и его принципов. Хотя кто заставляет его идти на поводу? Кто сказал, что он обязан отчитываться перед Ксенией абсолютно во всем?

Александр бросил на столик пачку неразобранных писем, поставил рядом пепельницу и закурил. Он курил с удовольствием, с ощущением свободы, которая вдруг свалилась на него. Даже вкус сигареты показался ему совершенно иным — более полным и острым. Он аккуратно загасил окурок и взял в руки письма. На какое-то мгновение ему показалось, что без Ксении он не сможет разобраться ни в одном из них, но Александр сразу же прогнал от себя эту мысль. Безусловно, он привык к удилам, которые она на него нацепила, но пришло время сбросить их.

Он не успел раскрыть первое письмо, как зазвонил телефон.

— Привет, — сказала Ксения, и Александр подумал, что не ошибся. Ксения на расстоянии почувствовала, что удила ослабли и даже провисли, и ей хотелось удостовериться в своих предчувствиях. — Чем занимаешься?

— Чем я могу заниматься? — очень натурально удивился Александр, прижимая трубку к уху плечом и распечатывая конверт, обратный адрес на котором отсутствовал. — Дописываю материал.

— На завтра? — удивилась Ксения. — Ты же сдал.

— На понедельник, — соврал Александр.

До понедельника оставалось несколько дней, и он даже еще не заглядывал в папку с заказами. Слава Богу, Ксения не додумалась спросить тему, над которой он «трудится в поте лица».

— Я не знаю, что делать с этой автостоянкой, — пожаловалась она, имея в виду материал, над которым сама мучилась вот уже вторую неделю. — Обе стороны правы — и жильцы дома, и заказчики.

— Пройдись еще по документам, — посоветовал он, пытаясь добыть из конверта фотографию.

— Пройдусь, — вздохнула она. — Завтра. Фотографии в конверте не было. «В принципе, какая разница? — подумал он. — Даже интереснее».

— Ну, пока? — скучно спросила Ксения.