Гори со мной - Катерина Пелевина

Мне кажется, он уже злится немного, потому что его гримаса вдруг становится такой звериной и наглой.

— М-м-м…

— Молчи лучше, — ворчит и снимает с меня вещи, пока я лежу под ним и смотрю на себя. Объективно говоря, у меня неплохая фигура, я знаю… И внешность тоже. Но…

— Я ведь не умею ничего такого… а тебе, наверное, хочется…

— Мне хочется, чтобы я был у тебя первым и единственным… Тогда откуда тебе уметь, м? Я научу… — шепчет он, оттягивая вниз мой лифчик и склоняясь с поцелуями на мою грудь. Жадно и горячо, отчего я сразу же выгибаюсь ему навстречу. К его требовательным губам и кипящему дыханию. Эти его манипуляции сильнее всего заводят, и он, кажется, это прекрасно выучил во мне. Знает моё тело… Знает абсолютно всё. И в его словах есть смысл, конечно… Надо полагать, что для мужчинам это важно… Как говорила моя новая знакомая, для того, кто это ценит… А Лёша, очевидно, очень это ценит во мне… Что я его ждала и не отдавала себя никому другому. Что он — мой первый.

Трогаю его спину… Его ершистый затылок и широкие плечи. Растекаюсь под ним, стаскивая с него футболку и расстёгивая пуговицу на джинсах.

— Уже лучше, Рай… Тяни вниз…

— Дурак…

— Давай, у тебя получится…

Я тут же толкаю его в плечи, и он уступает мне место, рухнув на соседнее. А я… Смотрю на его литую грудную клетку и провожу по ней ладонью.

— Можно я в своём темпе?

— Нужно…

— Хорошо…

Начинаю нежно целовать его кубики, и сама аккуратно присаживаюсь сверху, потянув вниз его джинсы и трусы. А потом и встретившись лицом с его членом. Боже… Если бы Светка только знала, что те размерчики, о которых она говорила, ему в подмётки не годятся, она бы, наверное, не устояла и попросила бы меня его сфотографировать…

— Боже…

— Да ладно, Рай… Ты его уже видела…

— Я знаю… Знаю… Я… — касаюсь губами нежной горячей плоти, когда Лёша оттягивает крайнюю плоть и толкает головку прямо в мой рот, а я провожу по ней языком, почти не чувствуя вкуса, зато ощущая какую-то бешенную волну страсти внизу своего живота. Господи… Вот это эффект.

— Твою мать… Ирка…

— М… — мычу себе под нос, двигая по нему рукой и пытаясь сосать ровно так как видела в тех обучающих видео на сайте. Ощущаю себя конченой извращенкой. Но я ведь делаю это потому что хочу. Какая мне нафиг разница кто что обо мне подумает, правда? Он такой вкусный… Блин… — Ты вкусный… — отрываюсь и снова беру его в рот на половину длины точно, да ещё и так плотно, что Лёша начинает дышать на всю комнату, словно ему не хватает кислорода.

— Не бойся больно делать… Соси активнее, малыш… Будто мороженое… Да… Так… Умница моя…

Я сама затаиваю дыхание, чувствуя, как оно срывается на тяжёлый, прерывистый вдох, с каждым новым движением рта. Будто лёгкие сжимает застаревший мороз, и воздух застревает где-то посередине, рвясь наружу. Сердце бешено колотится в груди, с каждой секундой всё громче, будто пытается вырваться и догнать мысли, что мчатся, как вихрь. Эмоции накатывают лавиной, смешиваются в огненный коктейль — страх, восторг, сомнения и необузданная похоть. Это тот момент, когда весь мир сжимается до точки, а внутри тебя — бескрайний океан, в котором бушует шторм и одновременно рождается что-то доверительное… Настолько интимное и важное… что я перехожу на стоны, скрещивая свои ноги от бешенного удовольствия, что тянет меня быть заполненной им… От и до. Полностью…

Лёша хрипит, гладит мой затылок, матерится. Заглядывает в мои глаза, когда я изредка открываю их, чтобы убедиться, что ему хорошо… что я всё делаю правильно. Не знаю почему, но мне так важно… Мне так хочется, чтобы он запомнил. Получить какую-то похвалу, блин… От любимого парня за минет. Наверное, это плохо, но сейчас в данную секунду мне полевать. Я хочу разврата. Безрассудного, оглушительного, безумного. Я хочу принадлежать ему…

— Бл… Ира… Мой рай… Я сейчас кончу… Ир… — он будто пытается меня затормозить, но мне так хочется до конца. Мне хочется и мне нужно. Почувствовать, слиться… Понять. И перестать уже бояться всего этого. Мне нужно, чтобы он говорил со мной. Чтобы смотрел так, как смотрит каждый день. Чтобы любил…

И вот он, последний момент, когда я ощущаю, что он чуть сгибается и обхватывает мои волосы сильнее, содрогаясь в моём рту и заполняя моё горло густой абсолютно безвкусной жидкостью, которую я сглатываю и понимаю, что в этом нет ничего такого… Ничего грязного или отвратительного, как я думала раньше… Даже более чем приятно, осознавать, что ты сделал приятно своему любимому человеку… И никакого стыда я за это не ощущаю, как думала.

Не успеваю среагировать, как он дёргает меня вверх и кладёт на свою грудь, притиснув и обнимая. Гладит голову и целует макушку, словно я самое важное сокровище в его жизни. И я понимаю, что мы представляет друг для друга одинаковую ценность, потому что любим впервые. И пусть я не такая как моя бывшая лучшая подруга, как раз теперь я понимаю, что именно это ему во мне и нравится…

— Рай…

— Что, Бессонов… — произношу тонким совершенно изможденным голосом, потому что эмоционально это был целый переворот внутри. Хотя физически вроде бы ничего кроме возбуждения я не ощущала…

— Ты охуенно сосёшь… Ещё один комплемент в копилку… Чё за сайт, а? Уже и онлайн всему обучают, да?

Я хихикаю у него на груди и стыдливо вжимаюсь прямо лицом в его чуть вспотевшую сладкую кожу. Которая пахнет так вкусно, что у меня горит сердце.

— Ты такой дурак… — смеюсь, и он тоже.

— Я тебя люблю, Ира…

— А я тебя люблю, Лёша… Очень-очень сильно люблю.

Глава 35

Ирина Рай

Каждый день мы проводим вместе. Всё чаще ночуем у Лёши, но бывает и у меня, конечно. А ещё я реально украсила его квартиру всякими своими штуками. Кроме того, вопреки всем своим страхам, пошла на дизайнерские курсы заочно, параллельно основной учёбе. И мне нравится совмещать. Хоть и нагрузки больше, но… Зато я хоть где-то могу проявить себя по-настоящему.

Ревновать продолжаю, но уже меньше. У нас это обоюдно происходит. Я больше не стесняюсь в плане секса, и, наверное, его это немножечко пугает, поэтому стоит какому-то одногруппнику что-то спросить у меня в коридоре, а Лёше