Cкрипачка для альфы - Теона Рэй

Глава 36

Я смутно помнила доктора, который приходил в прошлый раз, после аварии, но могла с уверенностью сказать, что тогда был другой. Того же возраста, так же в очках, но если доктор Шон сразу вызывал во мне какое-то недоверие, то этот располагал к себе одной только добродушной улыбкой.

Я села на диван, а ему пододвинули кресло так, чтобы мы оказались друг напротив друга.

— Мисс, меня зовут доктор Мар, — он снова улыбнулся, и улыбка отразилась в его глазах веселыми огоньками. Он явно старался приободрить меня, настроить на нужный лад.

Я не нашла в себе сил ответить, меня все еще сжимало изнутри словно колючей проволокой, что даже дышать было трудно. Но доктору ответ и не нужен был, он сел в кресло, достал из чемоданчика железную бусину на тонкой цепочке, и внимательно посмотрел на меня.

Я краем глаза заметила, что Элен подошла к Эдриану, хотела что-то сказать ему, но наткнувшись на его задумчивый взгляд, тихонько выскользнула из гостиной.

Я старалась не смотреть на него, я вообще пыталась представить, что Эдриана не существует, но пока выходило так себе. Я буквально кожей ощущала на себе его взгляд, и каких же усилий мне стоило не повернуться к нему!

В тишине прозвучал мягкий бархатный голос доктора:

— Мисс, смотрите на шарик, — доктор качнул маятник, и он плавно рассекая воздух, покачивался перед моим лицом из стороны в сторону. — Откиньтесь на спинку дивана, и попытайтесь освободить свою голову от мыслей.

Я честно постаралась сделать так, как он сказал. Представляла себе безоблачное синее небо, легкий теплый ветерок, и упорно отгоняла от себя любые другие мысли.

— А теперь мысленно окружите себя потоком воспоминаний, представьте каждый последующий после аварии день, представьте, как картинки кружатся вокруг вас водоворотом и уносят вас далеко-далеко, туда, где вы чувствовали себя спокойнее всего…

Его голос обволакивал, убаюкивал, наполняя мои веки приятной тяжестью, и незаметно для себя я погрузилась в нечто наподобие сна, но все это время я чувствовала на себе пристальный взгляд Эдриана. Прощающийся взгляд.

У меня уже мозги закипели, я вот уже добрые полчаса пыталась объяснить человеку в белом халате, что я прекрасно себя чувствую! А он утвердительно кивал головой, и в то же время жестами показывал ассистентке, чтобы она поставила мне очередную капельницу.

— Мисс Даррелл, пожалуйста, присядьте, вы только вчера пришли в себя, — мужчина вытер проступающий пот со лба. — Вам не рекомендуется сейчас вставать.

— Доктор, — я умоляюще сложила руки на груди. — Поймите, если я почти две недели пробыла в коме, то мои родители, наверняка, с ума сходят! Они ведь не знают, где я, и что со мной.

— Мы можем им позвонить?

— Я не помню номер, к сожалению. Но я вас уверяю, что чувствую я себя замечательно! Я подпишу согласие на отказ от медицинской помощи.

Если он и сейчас не согласится, я вряд ли смогу и дальше разговаривать так же спокойно.

Но он согласился, и спустя час я уже стояла со всеми своими вещами, которые находились в машине в момент аварии, на улице и ждала такси. Вот только скрипки не было, наверное, выпала из машины как-то. Я грустно улыбнулась своим мыслям, и в очередной раз порадовалась, то для меня все так хорошо закончилось.

Доктор рассказал мне, что меня доставили в больницу какие-то люди, сказали, что я находилась в перевернутой машине, отдали ему мою сумку, и ушли. Вот только я совсем ничего не помню. Оно и неудивительно, я провела без сознания почти де недели…

Какой ужас! Я чуть не застонала. Телефон у меня полностью разряжен, зарядки нет, я не могу никому позвонить, а меня наверняка уже все потеряли. Особенно Стэн! О-о, Стэнли же съест мне мозг чайной ложечкой! Я снова их подвела, черт!

От злости чуть не стукнула спинку водительского сиденья, и спрятав лицо в ладони сидела так всю дорогу.

Наконец, подъехали к дому. Быстро расплатилась, благо, выезжая на концерт я взяла немного наличных, и бегом поднялась по ступенькам на свой этаж.

Я только мельком заметила, что брелка на ключах почему-то нет, а ведь висел у меня он много лет. Крошеный такой розовый зайчик… Хмыкнув, бросила ключи в боковой карман сумочки.

Когда дверь за мной захлопнулась, я с шумом выдохнула и, бросив сумку на пол, поплелась в свою комнату.

Странно, в квартире пахло свежестью, не похоже, что она пустовала две недели. Даже пыль не успела осесть на полки… Я подозрительно покосилась на зеркало — да, так и есть… то есть, нет — пыли нет.

Стараясь не обращать внимания на мистику, творящуюся у меня дома, завалилась на кровать, предварительно скинув сандалии. Достала из прикроватного столика зарядный провод, и подсоединила к телефону.

Только заряд дошел до пяти процентов, нажала на кнопку включения.

Экран загорелся синеньким, и с мелодичным звуком загрузился, но приятная мелодия тут же сменилась быстро тренькающим противным звуком приходящих сообщений.

Я быстро закрыла лицо рукой, чтоб не видеть цифру, светившуюся на экране, потому что такого количества сообщений мне даже в рождество не присылают!

Я, выпучив глаза, смотрела на экран, и пыталась понять, как ответить на все это. Сообщений от Стэна я насчитала всего два, а вот пропущенных… двадцать пропущенных! Одно сообщение, кстати, было отправлено мне вчера. От мамы — пять сообщений и несколько звонков, и даже один звонок от Дэвида.

— И что мне делать? — Обреченно вздохнув, спросила я у телефона. Телефон промолчал, наверняка тоже не знает, что делать.

Для начала решила позвонить маме, успокоить. Про свое больничное путешествие я, разумеется, говорить не стану, потом как-нибудь расскажу, при личной встрече. Может быть.

Она взяла трубку после второго гудка, я даже как следует, не успела приготовить извиняющуюся речь.

— Софи! — И крикнула куда-то не в телефон: — Это Софи звонит!

Мамин голос был на удивление радостным, и я даже опешила на мгновение.

— Привет, ма…

— Доченька, как твои дела? Ты, наконец, починила телефон?

— Все хорошо… Ты прости, что я так давно не звонила, я просто… — Что просто? Вот ничего не просто! Я нервно теребила пуговицу на рубашке. И не сразу до меня дошло, о каком телефоне она говорит… Он и не ломался же ни разу.

— Ничего, я понимаю, концерты ведь! Как