Предатель. Мы (не) твои - Мила Гейбатова

– Прекрасно, на таких условиях мы берем. Рита, дай, пожалуйста, свой паспорт, – произносит Волчанский спустя еще почти часа общения с риелтором и хозяйкой дома. Бесконечное хождение туда–сюда и разговоры об одном и том же настолько меня утомили, что я вытаскиваю паспорт из своего рюкзачка, не задумываясь о том, что происходит. – Вот, на девушку оформляем, плачу я. Мы не в браке пока что, согласие от супруга не потребуется.

Моя рука на полпути к Волчанскому зависает, стоит мозгу обработать информацию.

– Ты сейчас серьезно? Глава 72

Все–таки считаю нужным уточнить.

– Серьезнее некуда, – отвечает он, – давай документ, отбирает у меня паспорт Волчанский.

Все жду, когда кто–нибудь крикнет: «Розыгрыш», или Демид заявит, что я теперь должна работать на него. Ведь так и поступают, когда против воли забирают паспорт, да?

Но нет, никакого розыгрыша, скрытой камеры и тем более криминала до сих пор не наблюдается. А наблюдается лишь предварительный договор купли–продажи и риелтор, которая обещает скинуть на почту готовые документы поздно вечером или максимум к завтрашнему утру.

– Ознакомьтесь, пожалуйста, может быть, вас что–то не устраивает, сразу обсудим и внесем поправки, – говорит она.

На секунду теряюсь, не сразу понимая, что читать предлагается мне.

– Я помогу, – рука Демида уже тянется к моему экземпляру документа, но я отмираю и не даю листки.

– Не нужно, я сама прочту, но ты тоже можешь, раз платишь, – широко ухмыляюсь. – Без ипотеки, надеюсь?

– У вас ипотека? Тогда надо по–другому действовать, – тут же активируется риелтор, вновь влезая в наш разговор.

– Нет никакой ипотеки, я готов оплатить сразу. Отец сделал мне шикарный подарок.

Учитывая утренние новости, я совсем не понимаю, какой подарок может быть от старшего Волчанского, что именно имеет ввиду Демид под этим, но решаю не заморачиваться. Пусть сам разбирается.

Может быть, и вовсе нет никакого подарка, может быть, он так сказал, чтобы меньше шокировать общественность своей готовностью приобрести недвижимость без ипотеки, не знаю. Я четко знаю только одно, ни в какой договор купли–продажи не всунуть обещание «поделиться» детьми. Значит, я ничем не рискую. Хочется Волчанскому играть в щедрого благодетеля, и пусть. Будет ему уроком, если он рассчитывал на то, что я благородно откажусь.

– Идемте? – обращается Демид к моим родителям, мы вышли на улицу. – Сегодня нам здесь делать нечего, завтра поедем к нотариусу, через него сделки надежнее, и право собственности зарегистрируют быстрее. Только с детьми там делать нечего, тогда, быть может, вы посидите с Антошкой и Сашей? Не затруднит вас?

«Волчанский вместо меня договаривается с моими родителями. Черт, да он и впрямь берет меня в оборот, причем действует решительнее и взрослее, нежели когда мы с ним сошлись», – осеняет меня.

– Нет, что ты, сынок, как нас может такое затруднить? Главное, вы делайте свои дела аккуратно, чтобы без мошенничества, проверяйте все–все до последней буквы! – отвечает моя мама.

– Галя, дети умные, к тому же ты слышала, к нотариусу они идут, естественно, все будет проверено–перепроверено! – вступает в диалог папа.

– А нотариус по–твоему не может оказаться мошенником? Ты мне такие вещи рассказываешь! – мама раздраженно качает головой.

– Как раз нет, он отвечает своим местом за то, чтобы все было в порядке. И он на стороне покупателя, если ты не знала, – чуть снисходительно отвечает отец, – если, конечно, с ним предварительно не договорился продавец. Но эта проблема разрешима, надо самим найти нотариуса, не доверять советам продавца.

– Да какой же ты умный взялся на мою голову!

У мамы больше нет словесных аргументов, лишь эмоциональные. Я привыкла, папа вроде тоже привык, но Демиду нечего наблюдать нашу семейную изнанку.

– Мамуль, все хорошо, спасибо за беспокойство, – тороплюсь прервать назревающий скандал.

– Видишь, ребенок благодарит меня за заботу. Это нормально, заботиться о них.

– Совершенно согласен, Галочка.

Незаметно, мы приезжаем обратно к дому родителей. Учитывая прочитанные утром новости, я как будто могу ехать к себе, больше не напрягать никого собой и двойняшками. Хотя последние радуют всех гораздо больше, чем напрягают. Детки маленькие, что с них взять, их только нянчить хочется.

– Надо с нотариусом договориться, я ведь в этом городе никого не знаю, но найти не трудно. Риелтор своего предлагала, но я не хочу, – говорит Демид, стоит нам всем зайти в квартиру и начать раздеваться.

Мне бы заняться работой, я столько времени потратила на переживания, общения, переезды и прочее, но я снова сажусь не за работу.

– Я с тобой, – вызываюсь, а через секунду добавляю виновато, обращаясь к родителям. – Если, конечно, вы меня отпустите.

– Идите, куда надо, мы справимся, – чуть ли не силком разворачивает меня к двери мама.

И мы с Волчанским выходим обратно на улицу. Он не останется один, я прослежу за каждым его шагом. Я пока не могу определить состав его нового преступления, но я его точно найду и распознаю. А потом выгоню Демида из своей жизни.

Глава 73

– Зачем тебе это надо? – спрашиваю, когда после урегулирования всех дел мы с Волчанским сидим в кафе. – Как ты хочешь на меня повлиять? Никак не могу понять. Твой план в подкупе?

– А–хах, – смеется Демид, – было бы неплохо и даже легко, пожалуй. Но нет. Я прекрасно отдаю себе отчет, что, подарив тебе дом, не заслужу автоматически прощения.

– Легко? Серьезно? Для многих в нашей стране твое легко покажется очень сложным, все же сумма немаленькая. Да что там в стране, в мире! Не так–то просто взять и выложить за новый большой дом полную сумму разом, – задумчиво произношу, делая глоток кофе. – Ммм, и впрямь вкусный, я родилась и выросла в этом городе, а где делают лучший кофе, показываешь мне ты. Непорядок, – качаю головой.

– Да ладно тебе, относись проще. Ты слишком напряжена, помешана на контроле, расслабься!

– Ага, расслабься, доверься, – качаю головой, бросая снисходительный взгляд на Демида.

Словно я не понимаю его мотивов. Да все я прекрасно понимаю!

– Да, своим же родителям, например, – спокойно отвечает Волчанский. – Я не о себе, я не столь примитивен, что бы ты обо мне не думала. И дом этот – не просто широкий жест. Я забочусь о вас, обеспечиваю тем, чем должен обеспечить мужчина.

– Свою семью, – договариваю за Демида, – чем должен обеспечить мужчина свою семью. Ну, в идеале.

– Рита, – Волчанский делает глубокий вдох и проникновенно смотрит в мои глаза, – если ни в одной бумажке не написано, что вы моя семья, это не значит, что вы на самом деле не моя семья. Ты родила мне,