P.S Сводные - Виктория Вашингтон

— Считай, что при очередном сближении нас снова откинуло максимально далеко друг от друга. Безвозвратно, — твёрдо заявляю, шмыгая носом. — Не хочу это продолжать. Оставь меня в покое, пожалуйста.

Во мне играют чувства. Их слишком много в последнее время. Именно это и становится причиной для импульсивного решения. Разворачиваюсь и ухожу. Срочно нужно отдохнуть и выплеснуть всю злость и нескончаемые слёзы.

62

Три месяца — ровно столько я нахожусь в собственном коконе и совсем не хочу из него выбираться. Мне морально сложно пережить всё случившееся за последнее время. Оно слишком давило и привело к такому плачевному исходу.

Демьян, как и я попросила, оставил в покое. Если можно так сказать. Ведь через пару недель после нашего разговора Карина сообщила мне, что Шмелёв арендовал для меня студию. Чёрт возьми, для того, чтобы я открыла своё дело. Меня тогда словно током шарахнуло. Хотелось поехать к нему и со скандалом вернуть ключи, но была морально не готова видеться с глазу на глаз. В груди ещё бушевала обида и ничего с ней поделать не могла.

Успокоилась немного и решила, что это именно то, что нужно. Выплеснуть свои эмоции и занять мысли, разве не выход? Конечно же, не без помощи Маши, мне удалось открыть собственную студию, которая уже несколько недель подряд готова принять новых учеников с распростёртыми объятиями.

Шмелёв бы гордился мной.

С каждым днём всё больше осознавала, что злость на него совсем необоснованная. Он правдиво объяснил, почему не хотел со мной сближаться, не давал даже повода думать о чём-то большем. Разве виноват в своей проницательности и том, что мои детские чувства оказались настолько очевидными?

Мне становилось мало успехов в танцевальной сфере и всё чаще понимала, что катастрофически не хватает Демьяна.

Мы не виделись с того самого дня нашего разговора в университете. С Софией он виделся на нейтральной территории, а на учёбу я не ездила. Попросила сдавать работы удалённо, прикрывшись сначала болезнью, а после открытием студии. К счастью, преподаватели пошли навстречу.

Кто же знал, что очередной день вновь резво перевернёт всё с ног на голову? Солнечное утро не предвещало никакой беды.

Но, спустившись на кухню, я уже почувствовала неладное. Скорее из-за того, что аромат парфюма, витающий в комнате, показался слишком знакомым. И я не ошиблась. За столом, спиной ко мне, сидела мама.

Стоит ли говорить, что месяц назад лично от отца удалось узнать, что не он стал зачинщиком измен в нашей семье? Оказывается, мать у меня не промах и всё это время она не с трудом пыталась устроиться на работу в другом городе, как рассказывала, а грела свою подкаченную фигурку на солнышке в Майами. Она нашла замену отцу давно, а я узнала об этом слишком поздно.

В груди возросла ненависть к ней. И мне не удаётся с этим бороться.

— Доченька! — радостно восклицает она, подрываясь и заключая в объятия.

Никак не отвечаю.

— Что ты здесь делаешь? — смотрю поочередно на неё, Карину и отца.

Единственное желание, чтобы она поскорее покинула наш дом. Не хочу, чтобы Карина чувствовала себя хоть немного неловко и ущемлённо. А по одному лишь умению матери себя подать разит тем, что она ощущает себя хозяйкой здесь.

— Ждём адвоката, нам с отцом нужно разобраться с имуществом, — от неё разит наигранностью.

Ну вот, только подтверждает, что мнение о ней у меня теперь правильное. Решила делить деньги, при том, что на всё зарабатывал исключительно папа.

— Попьешь с нами чая? — спрашивает Карина, растягивая губы в улыбке.

— На сколько ты приехала? — серьёзно спрашиваю у матери.

— Неделя, а что? — непонимающе хлопает глазами.

— Тогда неделю я поживу в другом месте, — говорю, уже обращаясь в Карине и отцу. — Рядом с этой и находиться не хочу.

Мама ойкает и спрашивает, как можно говорить такие вещи, но я удачно её игнорирую, возвращаясь в свою комнату, собирать вещи. Поживу у Васи. Она как раз вернулась.

— Сияна, всё нормально? — окликает меня Карина, заходя в комнату.

— Более чем, но так будет лучше, если не хотите громких скандалов, — отвечаю, как есть, растягивая губы в улыбке.

— Ты можешь, — смеётся она. — Но за себя я тоже не ручаюсь, — теперь мы смеёмся вместе.

Вот бывает же так. Карина, которую на дух не переносила с первых дней, поменялась с моей матерью местами. Теперь она стала дорогим человеком, а родная мама совершенно чужой и неприятной.

— Ты случайно ещё не познакомилась с невестой Демьяна? — невзначай спрашивает Карина, невинно хлопая глазами.

Ступор и ком в горле не дают ничего ответить. Дышать становится больно. Не хочу верить в услышанное. Шмелёв не мог вот так просто найти мне замену.

Но с другой стороны ведь сама отпустила его. Не смогла смириться с его честностью, глупая. Иногда мой взбалмошный характер способен полностью развалить жизнь. Сейчас в полной мере осознаю, из-за какой глупости отстранила от себя родного человека. Почему умные мысли приходят так поздно?

— Он меня ещё не знакомил с ней, — признаётся Карина, внимательно вглядываясь в мои перепуганные глаза. — Может, тебе рассказывал?

— Нет, — сложно взять себя в руки, но приходится. Продолжаю увлечённо собирать вещи в рюкзак, но любое движение даётся с трудом, будто в замедленной съёмке. — Сейчас мы почти не общаемся, мало свободного времени.

— Ну ладно, — огорчённо выдыхает она. — Но если что-то выведаешь, держи меня в курсе. И обязательно напиши, как доберёшься до Васи.

— Без проблем, — натягиваю на губы улыбку и отвечаю Карине на тёплые объятия.

* * *

Указательный палец касается кнопки, расположенной возле громадной железной двери. Вместе со звуком звонка, раздающегося в квартире, сердце начинает трепыхаться раненой птицей, а волнение накрывает новой мощнейшей волной, сдавливая горло жёсткими тисками.

С минуты на минуту случится ядерный взрыв, к которому я нарочно приблизилась вплотную.

Скрежет проворачивающегося ключа в замочной скважине вызывает головокружение и желание бежать, куда глаза глядят. Было бы куда — обязательно так и сделала сию минуту. Но куда убежишь от самой себя? Я просто сама не оставила себе выбора, буквально отправившись в клетку к хищнику с пустыми руками. И раненым сердцем, да. Оно так и продолжает пробивать грудную клетку.

До сих пор не укладывается в голове, почему ноги привели именно сюда. На что только надеюсь?

— Сияна? — звучит моё имя, как только приоткрывается входная дверь.

И от одной только хрипотцы его голоса забываю напрочь, что