Паутина дорог - Дана Канра

— Что до тебя, милый братец, то придется приложить усилия и ублажать императрицу изо всех сил, — тонкие алые губы снова растянулись в усмешке. — Иного пути нет.

Ни один мускул не дрогнул на бледном красивом лице.

— Я не связан узами брака, а значит, готов на это, — произнес Даниэль Виенто медленно, тяжелым тоном, не сводя испытывающего взгляда с Мелинды. — Княгиня Морлан тоже согласна. Вопрос лишь в том, сможешь ли ты нам помочь.

Красавица томно вздохнула, небесно-голубые глаза стали грустными.

— Я могла бы многое, родись я мужчиной. Но в нашей семье все решает супруг, как глава рода и хозяин дома.

— Так уж и все? — уточнил Даниэль с нескрываемым сомнением. — Ладно… — он коротко вздохнул и наконец-то взял в руки чуть остывший стакан. — Мы подождем его. Спешить некуда.

Спешить было куда. Дитер и Вольф, предавшие сюзерена, были способны на любую глупость и подлость, лишь бы спасти свои жалкие жизни. Но если герцог медлит, значит так надо. Или он просто играет в покорность, присматриваясь к поведению названной сестрицы, прикидывая, что будет дальше.

Дейна решила, что в этой игре нет ничего дурного. Если они будут в четыре глаза наблюдать за каждым движением и словом Мелинды, можно держать ситуацию под контролем. Оставалось надеяться, что это вообще получится, и что они не в ловушке. Во всяком случае, когда хозяйка поместья стала пить чай вместе с ними, у Дейны отлегло от сердца.

* * *

Хао Чэнь оказался представительным мужчиной высокого роста. Он не носил бороды, шмыгал простуженным носом и зябко кутался в зимний синий халат. Особого интереса для Дейны этот усталый мужчина со смуглым лицом не представлял, но она поклонилась одновременно с герцогом Виенто.

— Я счастлив видеть и принимать дорогих гостей в своем доме, — сказал он на норденийском, но с сильным рантеранским акцентом, а потом кинул несколько гневных фраз жене.

Мелинда сверкнула глазами и яростно отчеканила что-то в ответ, потом заметила, как Даниэль и Дейна переглянулись.

— О, не беспокойтесь, — проворковала она, явно почувствовав, что слова расходятся с делом. — Мой муж — изрядный ворчун, а еще у него тяжелая служба. Да, милый? Сейчас слуги принесут еще чая, и обед, — тонкая рука потянулась к витому шнуру на стене, — и мы все мирно обсудим.

Даниэль сдержанно промолчал. Хао что-то пробормотал себе под нос, затем махнул рукой и сел на кресло, прямо напротив Дейны. А женщины сочли за лучшее не замечать мужского недовольства.

Только сейчас, когда упомянули обед, Дейна почувствовала сильный голод. Она не ела со вчерашнего вечера, но старалась не вспоминать об этом. И лишь в рантеранской гостиной, в тепле и уюте, аппетит вернулся к ней с двойной силой. Но девушка молчала и молча ждала, пока Даниэль и Мелинда говорили о чем-то светском и незначительном.

Все бы ничего, но Хао Чэнь, вальяжно развалившийся напротив нее, пожирал девушку жадным, похотливым взглядом. Дейна не знала, куда от него укрыться, и когда принесли обед, была рада еще сильнее.

— Соевый суп, салат из острой капусты, — начала перечислять Мелинда еду, незнакомую северянам, — рис и рыба. Наша пища может показаться однообразной. Зато она вкусна, ведь у нас есть соль и перец.

«Дешевые соль и перец!», — хотела было произнести Дейна, но под тяжелым взглядом господина осеклась.

Некоторое время все молча ели, не тратя время попусту на разговоры.

— Мой названный братец и эта… девушка, — Мелинда снова подпустила шпильку, оглядев Дейну свысока, — желают попасть в гаремы хатун и хана. Не знаю, для чего им это нужно, но это и не нашего ума дело.

— Нашего, — сварливо ответил Хао. — Если они замыслили убить правителя, нас казнят вслед за ними.

— Нет, — вмешался Даниэль в назревающую семейную ссору. — Просто это единственный способ попасть во дворец, оставаясь относительно свободными. А нам нужно найти двух прохвостов, которые меня предали…

Тяжелый кулак угрюмого рантеранца с силой ударил по столу. Посуда задребезжала, остатки супа выплеснулись из глубоких мисок, у Мелинды задрожали губы. Но, к своей чести, красавица осталась сидеть с прямой спиной и сухими глазами.

— Я не позволю решать ваши норденийские шашни, используя мою семью! — проревел оскорбленный хозяин дома. И тут же добавил, тихо и хрипло: — у нас двое детей. Они останутся сиротами и станут нищими, если с нами случится беда.

Мелинда продолжала молчать, не вмешиваясь, но ее хитрый лисий взгляд скользнул по напряженному лицу Даниэля. Неужели что-то задумала?

Тем временем Хао хищно покосился на Дейну, и ей захотелось сжаться в комок. На всякий случай девушка придвинулась поближе к герцогу.

— Впрочем, — добавил Хао спокойнее и добрее, — мы могли бы закрыть глаза на грозящие нам опасности. Разумеется, за достойную плату с вашей стороны… Видите ли, господин Виенто, мы с женой давно планируем завести собственные гаремы.

Даниэль дернул щекой.

— Что за вздор?

— У всех благородных семейств Рантерана есть гаремы, — развел руками Хао. — Нам было недосуг заниматься этим, но вот, вы пришли сюда и подали мне идею. Что скажете на предложение остаться в нашем доме и на наших условиях, чтобы доказать свою полезность? Иначе как я смогу убедить хана и хатун?

— Зачем их убеждать? — спросила Дейна срывающимся голосом. Испуганно и невпопад.

— К ним в гаремы поступают самые лучшие и самые красивые люди. Ну же, соглашайтесь! Я вижу, прекрасная девица Дейна еще не ведала мужчины, и готов ей в этом помочь. А вы, Даниэль, знаете Мелинду лучше меня, верно?

В раскосых глазах сверкнула глумливая насмешка.

Дейна почувствовала, как Даниэль Виенто крепко сжал ее ладонь, вскочил, увлекая за собой спутницу, и резким движением перевернул стол, обрушивая на Хао тарелки и миски с остатками еды.

— Уходим! — крикнул он резко и зло, и сжал руку девушки до боли.

Она не заставила себя упрашивать и опрометью кинулась следом за господином, пока поверженный хозяин дома барахтался в скатерти и уворачивался от осколков. Успев на миг оглянуться, Дейна увидела, что Мелинда лежит в глубоком обмороке.

— Быстрее!

Беглецы миновали несколько коридоров, и Даниэль резким движением отбросил щеколду на входной двери, когда до них долетел крик, полный гнева и ярости. Несколько слов на рантеранском заставили герцога Виенто измениться в лице.

— Любезный Чэнь позвал стражу и велел нас схватить, — сообщил он, когда вылетел вместе с Дейной из дома.

Кажется, Дейна запнулась и подвернула ногу, спрыгивая с высокого крыльца, но это неважно, совершенно неважно… Двух лошадей даже не потрудились