Одиночка - Аврора Майер

- Что с ней?

- Короче, ей сейчас будут делать операцию.

- Сергей, что случилось, ты скажешь или нет? 

- На горке она столкнулась на тюбинге с кем-то, и там все перевернулись, на неё упали. В общем, переломана ключица, будут фиксировать пластиной.

- Я убью тебя! В какой вы больнице?

- Да, я не виноват. В седьмой детской.

Не стала тратить время на выяснение отношений.

- Я не в городе. Постараюсь приехать как можно быстрее. Будь на связи.

Села на стул, и крупные слёзы бессилия потекли ручьём. А внутри меня трясло от паники.

- Что случилось? - спросил Роман. 

- Дашка в больнице, ей сейчас будут делать операцию. Ты представляешь, доверила этому придурку детей! Ключицу сломала.

- Лесь, не волнуйся. Сейчас договорюсь насчёт билетов и отправимся домой сразу как получится. Может, уже к вечеру её увидишь. Я знаю, тебя это не успокоит, но это не страшная операция, вполне себе рядовая.

- А наркоз?! 

- Всё будет хорошо.

Без лишних переговоров быстро собрались и отправились в путь. Настроение было хуже некуда. Перед самой посадкой на самолёт Сергей прислал сообщение: «Операция прошла успешно. Не переживай». Немного стало легче. Теперь хотелось скорее её увидеть и удостовериться, что всё хорошо.

Глава 46. Больница

Прямо из аэропорта мы отправились в больницу. Дашка лежала в платной палате, рядом с ней была медсестра. Они обе спали. Была уже глубокая ночь. Только теперь моё сердце успокоилось, когда увидела её своими глазами. Вид у дочери был жутко бледный и маленькое тельце всё в бинтах. Я опять плакала и проклинала себя за то, что отпустила её с отцом. Поцеловала, температуры не было, наоборот она мне показалась слишком холодной.

Медсестра сказала, что состояние стабильно и поводов для волнения нет. Завтра лечащий врач всё расскажет подробно. Я опустилась на стул и даже боялась глаза отводить с дочери.

Всё это время Роман был рядом. Он приехал со мной и категорически не хотел меня отпускать, ссылаясь на то, что дома всё равно ему не уснуть, да и поздно уже. С ним я чувствовала себя под защитой. Мне было уже всё равно, кто нас увидит и что подумает. Была благодарна, что не оставил и не послушал меня, когда отправляла его домой. Мне действительно нужна была поддержка. Наверное, у нас и правда всё серьёзно. Сейчас сложно сказать, но с какого-то момента я стала себя чувствовать не беспризорной, а домашней и очень нужной. Даже зная, что Даша ещё проспит до утра и абсолютно точно не проснётся, не было и речи о том, чтобы ехать домой. Медсестру отправили из палаты и сами приняли пост. Опять остались вместе. Спали по очереди на кушетке. И даже в этом не очень удобном занятии было что-то приятное, когда его делали мы вместе с Ромой. 

Сергею звонить совершенно не хотелось, не говоря уже о том, чтобы видеть его. Но завтра наверняка он придёт. Рома лишь деликатно сказал:

- Лесь, ты раньше времени не скандаль. Скорее всего, он и правда не виноват в случившемся. Это же дети.

Я ничего не ответила, но немного злилась на него. Как это он не виноват? Кто был рядом, тот и несёт ответственность. Потом вспомнила про Дениса, как он сломал руку под присмотром тренера, и всё же решила не спешить с выводами.

Проснулась Даша. Увидела меня, и слёзы потекли из глаз. Я кинулась её обнимать и не знала, как к ней покрепче прижаться, чтобы не навредить. Она была такая хрупкая и тоненькая. 

- Солнце, ты как? 

- Мама, всё нормально. Самое ужасное уже позади, - мужественно сказала она.

- Тебе было страшно?

Она кивала головой, потому что слёзы не давали нормально говорить.

- И больно. Сейчас уже нормально, - всхлипывая, ответила она.

- Даша, как так случилось?

- Мам, папа не виноват. Мы все с ребятами катались. Было очень весело. Просто вот так получилось, что вся куча на меня свалилась и сильно придавила. Не очень удачно.

Она прекратила плакать. Видно, желание защитить отца было так велико, что она не хотела лишний раз показывать, как ей плохо. 

- Папина защитница, - теперь вздохнула с упрёком я. - Есть хочешь?

- А мне уже можно? Вчера было нельзя.

- Я не знаю, сейчас врач придёт, спросим. 

Дверь открылась, и вошёл Роман.

- Привет! - грустно протянула она. - Я опять сошла с дистанции. Что-то мне и в этом году не везёт.

- Привет! Это ничего. Обязательно поправишься, и всё будет хорошо. Ты знаешь, я так и не успел показать тебе, как украсил комнату.

- Да, жалко… А ты не снимай украшения, пока я не выйду из больницы.

- Точно. Так и сделаю. Буду жить в праздничной обстановке.

- Придётся тебе опять меня навещать. Говорят, мне с этой повязкой больше месяца дома сидеть.

- Ну, это без проблем!

Опять открылась дверь, на этот раз это был доктор. Молодой, высокий, с доброжелательной улыбкой. Я даже как-то засомневалась в его профессионализме. Слишком юн он был. Уставилась на бедж. Нет, всё верно, хирург Павел Дмитриевич Стрельников.

- Доброе утро! Такая рань, а вас уже так много. Даша, как у тебя дела?

Он приступил к осмотру, параллельно внося данные в её карту.

- Павел Дмитриевич, я мама. Вы можете рассказать поподробнее, что произошло?

- Конечно. Операция прошла успешно, наркоз Даша перенесла хорошо и мужественно не боялась даже уколов. Ну, просто молодчина. Теперь нет никаких опасений. Недельку-другую мы за ней понаблюдаем, и потом можете переезжать домой, а там будьте поосторожнее и ждите полного заживления. Главное,