Стану твоим первым - Дина Данич

Шелестов присвистывает.

- А ты не пожалеешь, золотой мальчик?

- Честно? Мне плевать. Сейчас у меня проблема поважнее. Отец наговорил Олесе всякого шлака, и она сбежала. А когда приехал к ней… В общем, выяснилось, что она в курсе про весь этот спор с самого начала. Киреев постарался, тварь. При этом подставил меня, а сам чистеньким остался.

- Подставил? Серьезно? - ухмыляется Миша. - Заставил поспорить на девушку?

- Дал ей липовую запись, на которой подделаны голоса, и выходит, что спорил я не с ним, а с Виком.

- Обалдеть, у вас развлечения, - осуждающе произносит он. - Ну, раз она и так все знает….

- Да знает! Киреев же ей лапши навешал, в доверие втерся. Она ему верит, а он, козлина, на многое способен.

- Так ты бесишься, потому что он тебя уел или потому что за девчонку переживаешь? - ехидно уточняет Шелестов.

- Будь мне на нее наплевать, я бы не послал отца, - тихо отвечаю.

Повисает тяжелое молчание. Вот вроде выговорился, а легче как-то и не стало. Ерунда все это.

- Спасибо за чай, - говорю. - Одежду, если позволишь, верну чуть позже.

Поднимаюсь из-за стола и иду на выход. Тупая идея была сюда тащиться.

- Куда ты рванул? - летит мне в спину.

- Пойду я. Спасибо, что выслушал. Надеюсь, ты не будешь считать меня полным дерьмом.

Я почти успеваю обуться, когда Миша оказывается рядом.

- Не дури, Ром. Куда ты пойдешь? На улице будешь ночевать? Оставайся. А насчет этого спора… - он ведет плечами. - Ты извини, у меня нет права тебя осуждать, и я не должен был тебе ярлыки клеить. Сам ведь этого не люблю.

- Ну, я заслужил, - невесело усмехаюсь.

- Я так понимаю, ты теперь сам по себе? Ни денег, ни семьи?

- Ну, видимо.

Удивительно, но это понимание даже не особенно расстраивает. Потому что давно уже не было этой семьи.

- Поговорю с Иванычем. Если сможешь совмещать с универом, то вакансия для тебя найдется. Ты ведь шаришь в тачках. Значит, в мастерской работать сможешь. Если это, конечно, твой уровень.

Черт, все-таки не ошибся я в Михе.

- Спасибо, - искренне говорю. - Конечно, мой. О чем речь.

- И вещи можешь не возвращать. Я так полагаю, к отцу не пойдешь за шмотками?

Я лишь закатываю глаза. Батя бы знатно порадовался, сделай я так. Но и черт с ним. Пусть Галю свою балует и ребенка будущего. А я и сам разберусь без его планов на мою личную жизнь.

- А не пожалеешь, Ром? Все-таки ты привык определенному уровню. Тяжело будет учиться жить по-другому.

- А плясать под его дудку и жениться по указке лучше? - с вызовом спрашиваю.

- Тебе решать, - применяющим тоном произносит. - А что там с записью-то? Решил, что делать будешь?

- Выведу этого козла на чистую воду. Ему наверняка кто-то помогал. И есть у меня идея, с чего начать.

- Добро, - кивает Мишка. - Если нужна будет помощь - говори.

Он протягивает руку, совсем как в тот день, когда на утро после нашего знакомства я рассказал ему про себя. И я благодарно принимаю ее, понимая, что очень многое в этой жизни оценивал неправильно.

47. Рома

Первый кому звоню - Тоха. Обрисовываю кратко расклад и слышу:

- Вот все у тебя через жопу, Ром. Нельзя было не доводить? - вздыхает друг.

- Так ты поможешь или нет?

- Помогу, естественно. Тем более, что на Киреева и правда кое-что есть. Не особо серьёзное. Там больше Морозов подставился.

- Кореш его?

- Ну да. А что?

- Он тоже был, когда мы условия спора обсуждали. Может, он и сделал запись?

- Как вариант, - соглашается Берсенев. - Я утром в город вернусь. Можем сгонять.

- Супер. Адрес скину, куда подъехать.

- А ты не дома? - удивляется Тоха.

- Нет. Считай, съехал я от отца.

Повисает пауза. Не то чтобы я боюсь, что Берсенев перестанет со мной общаться, узнав, что бабла и статуса у меня больше нет, но…

- Смело, - комментирует он. - Из-за Селезневой?

- Да из-за всего, - уклончиво отвечаю.

- Себе-то, главное, не ври. Ладно, жду адрес. До завтра.

Сплю этой ночью хреново. И дело не в том, что диван не такой удобный, как моя кровать. Мне снится какая-то муть, постоянно просыпаюсь и в итоге утром больше похож на зомби, чем на человека. Миха, к счастью, никак это не комментирует, а делает крепкий кофе.

- И каков план? - спрашивает он.

- Поедем выбивать признание, - криво ухмыляюсь, уже представляя разговор с Морозовым.

Миша хмурится и неодобрительно цокает языком.

- Ты ведь понимаешь, если вляпаешься по-серьёзному, то у отца будет рычаг давления?

Что ж, об этом я тоже думал. Непривычно это - знать, что страховочных тросов больше нет.

- Понимаю. Буду осторожно.

Тоха приезжает довольно рано. Слегка взъерошенный, будто резко сорвался откуда-то ночью.

- У тебя все в порядке? - осторожно спрашиваю.

- Ага, - рассеянно отвечает он. - Погнали. У меня ещё дела сегодня.

- А ты уже знаешь куда?

- Конечно.

Хотя чему удивляться, зная, какие связи у Берсенева?

Морозова ловим уже у дома - он как раз выходит из подъезда, и мы