Таифская роза Адама - Иман Кальби

— Я первый раз с девушкой в Венеции, Ника… Просто выбрал этот номер, потому что хочу, чтобы это произошло здесь. Есть еще вопросы?

Она нерешительно покачала головой.

Подошла к кровати, задумчиво провела по переливающейся поверхности темного белья из шелка, идеально ровной, как озерная гладь. Сама повернулась к нему.

— Вы будете про меня вспоминать? — спрашивает тихо-тихо.

— Что? Ты о чем? Зачем мне про тебя вспоминать, мы в настоящем, девочка моя…

Она покачала головой, слегка улыбнувшись. Как-то печально.

— Все это закончится, когда Вы наиграетесь… Как заканчивалось с другими… Это просто очередная игра, не больше. Просто последовательность острых ощущений, которые составят калейдоскоп моей истории в Вашей жизни…

— Ника… — прошептал, подходя к ней, — с тех пор, как я увидел тебя на сцене, мир для меня сузился до… — нервно сглотнул, — блеска твоих глаз… Перед моими глазами только ты. В моих мыслях только ты. Если я и прикасался за это время к другой девушке, то только в жалкой попытке утолить жажду, которую ты пробудила. Меня сжирала ярость и отчаяние от того, что ты оставалась ко мне совершенно равнодушной. Даже презирала. Я не забуду тебя. Я ведь признался в том, что чувствую. И хочу честно услышать от тебя то, что чувствуешь ты…

Она нервно сглотнула.

— Сегодня ночью я прошу тебя о двух вещах. Покорности и честности… Что бы я ни спросил и что бы ни сделал. Понятно?

— Понятно… — тихо ответила она.

— Хорошо. Ляг на кровать и раздвинь ноги. Платье не снимай. Я хочу увидеть то, что ты успела показать гондольеру, когда имела наглость напялить мини без белья…

Девушка нервно сглотнула, но молча повиновалась. Адам цыкнул.

— Каждый мой приказ с твоей стороны должен сопровождаться покорным "Да, господин"… Всё ясно?

— Да, господин…

— Хорошо. Выполняй, — удовлетворенно кивнул он.

Девушка аккуратно опустилась на холодное белье и нерешительно развела ноги. Адам внимательно посмотрел на нее, после чего тяжело выдохнул.

Подошел, опустился рядом. Близко-близко. Так, что она ощущала его дыхание у себя на коленке.

Коснулся рукой складок. Не сильно. Не настырно. Лишь раз. Провел пальцами.

— Все еще словно бы невинна… Ты так чиста, Ника… И так безумно красива… Нет ничего красивее, чем желанная девушка, которая стала с тобой женщиной и только познает свою чувственность…

Рука снова вернулась к ее лону. Снова нежно погладила.

— Ты светишь так ярко, что можно захлебнуться в этом свете… Умопомрачительно… Я с ума схожу… Намеренно увез тебя с острова. Белькасем и отец слишком опытны, чтобы не заметить изменений в девушке после ее первого секса. Не хотел делиться с кем-либо этим твоим сказочным свечением. Ты моя… Ты только моя… Правда же, Ника? Ты моя?

Она подняла на него глаза.

— Сейчас я только Ваша, шейх Адам.

— Сейчас… — повторил он и усмехнулся жестко, недобро.

Встал. Взял кресло и поставил его напротив так, чтобы хорошо ее видеть. Сел в него, расставив ноги.

— Сейчас… Что это означает? Ты думаешь о другом? Ты рассматриваешь возможность другого в своей жизни? — его рваный голос царапал.

— Я… Сейчас-нет, но… Рано или поздно Вы устанете от меня, как от других своих пассий… Сто дней… Ведь наш уговор все еще в силе?

Он с силой сжал ручки кресла, оставив ее слова без ответа.

— Опусти свои пальцы себе между ножек и покажи, как ты себя ласкаешь… — произнес хрипло.

Ника снова выполнила его приказ, хоть и чувствовала себя крайне скованно от такой открытости.

Ее пальцы запорхали между ног. Она коснулась себя — и сама не поверила, какой же влажной была сейчас. Как все там горело.

— Поддень клитор, — приказывал он, прожигая ее зелеными глазами., — да, именно так. А теперь сожми его пальчиками. Да, умница. Как это делаю я с тобой…

Сделала так, как он велел. Невольно вскрикнула и тут же закусила губу от стеснения. Его внимание, близость, аромат пленили. То, что он руководил ею, как марионеткой, подстегивало и волновало…

Глаза девушки невольно упали ему между ног. Даже через грубую черную джинсу, в которую он был сейчас облачен, можно было без труда разглядеть эрекцию.

Адам проследовал за ее взглядом и усмехнулся.

— Теперь смочи их у себя во рту и засунь внутрь…

Ника дернулась, как от удара, но сделала то, что он говорит.

Адам хмыкнул.

— Один палец? Ты так меня недооцениваешь? Представь, что это я тебя трахаю. Как минимум два, Ника… Я хочу увидеть, как два пальца сначала глубоко проталкиваются в твой рот, а потом в киску… Давай…

Девушке пришлось еще сильнее развести ноги, чтобы сделать то, что он требовал. Адам больше не сдерживался, подался вперед всем корпусом. Рычал в голос, наслаждаясь зрелищем. Предвкушал. В глазах плыло от похоти.

Она тоже с трудом подавляла стоны.

— О ком ты сейчас думаешь? — спрашивает он, нависая сверху. От застилающей глаза пелены желания девушка даже не заметила, как Адам оказался прямо над ней.

Его большой палец теперь тоже размазывал слюну между ее приоткрытых губ.

— О Вас, конечно… — выгнулась дугой, чувствуя, теперь уже не один, а два пальца мужчины проталкивающимися между ее губ с характерным чавкающим звуком.

— Так упоительно смотреть на то, как твоя невинность наливается соком похоти… И это всё только для меня. Одна мысль о других мужских руках на твоем теле сводит меня с ума, Ника, — прошептал он, снова рыча прямо ей в ухо.

Она не успела среагировать, когда одним движением он перевернул ее на живот и сильно шлепнул по оголенной попке. Белоснежная кожа ее миниатюрных, но покатых бедер удивительно красиво контрастировала с черным шелком простыней. Ника с шумом выдохнула, когда вдруг почувствовала, как на ее руках сзади защелкиваются металлические браслеты. Дернулась, понимая, что ее движения теперь скованы. Это были настоящие металлические наручники! Как в тюрьмах или фильмах!

— Не делай резких движений. Просто подчиняйся. Ты должна научиться безоговорочно мне доверять. Помнишь? Падай, Ника… Я всегда подхвачу… Всё ясно?

— Да, господин… — повторила тихо.

И снова его умелый захват, который сделал вмиг так, что теперь она стояла перед ним на коленях.

Нежные поглаживания по волосам, учащенное дыхание… И он, возвышающийся сверху.

— Я хочу твой рот, Ника… Весь вечер смотрел на него и изнывал от желания. Но не так, как мы это уже делали с тобой. Тогда я просто дал тебе возможность поиграться с собой. А сегодня я покажу тебе, как это делают с плохими девочками. Тебе нужно просто глубоко дышать носом и сосредоточиться лишь на одной мысли