Любовь для дурочки - Алла Дроздова

— Как идёт война? — спросила она вдруг севшим голосом.

Кирилл прикусил губу и ойкнул, поскольку укус пришёлся как раз на свежую рану, но он тут же поспешил исправиться.

— Я имею в виду — шла… Там новое правительство, военное. Вот мы и привыкли так называть. Это только слова… Дождешься меня?

— Там точно больше нет войны?

Он обнял её.

— Сейчас уже нет. Дождешься?

Она заплакала и, уткнувшись лицом в его грудь, прошептала.

— Конечно, я же сказала, но… как подумаю…

Алина заплакала ещё горше. Объявили посадку. Кирилл лихорадочно стал покрывать лицо плачущей женщины поцелуями.

Их отчаянное прощание, напоминающее прощание навсегда, не осталось без внимания окружающих. Люди, находящиеся в диаметре двадцати метров, застыли в ожидании развязки. Высокие, статные, журнально-красивые и явно любящие друг друга тяжело расставались по какой-то одной им известной причине. Настоящее горе и отчаянье сквозило в каждом их жесте, в каждом их движении, а их безумная, безудержная любовь, как волна от ядерного взрыва, расходилась по аэропорту и била по окружающим.

Вот к их паре подошла сотрудница компании ГолдСтрим, сопровождающая Алину в полёте, и что-то сказала. От её слов женщина забилась в истерике и вцепилась в мужчину…

— Да подождите вы! Пусть люди нормально простятся! — вдруг раздался чей-то громкий голос.

Это сказал парень, как и многие, наблюдающий за Алиной и Кириллом. Люди отмерли и, поддерживая молодого человека, зашумели, соглашаясь с его словами. Служащая растерялась.

— Но мы скоро вылетаем. Это специальный рейс, и нам пора подниматься на борт.

— Иди, любимая! — прошептал Кирилл. — Иди! Я вернусь! Ради тебя и себя! Ради нашей любви! И помни, о чем мы договорились!

— Я люблю тебя! — и Алина, поцеловав любимого, развернувшись, пошла за служащей, не видя из-за слёз каменных плит пола.

— Алина! — крикнул он, едва она отошла от него на два десятка шагов.

Эхо тут же разнесло его голос. Она оглянулась.

— Я люблю тебя! Я обязательно вернусь! Я приеду туда, где будешь ты. Однажды я тебя уже нашёл и снова найду! — крикнул он.

Она улыбнулась сквозь слёзы и, ускорив шаг, всё же догнала сопровождающую её девушку.

Как только они скрылись за дверью, Кирилл резко вскинул голову вверх, а стоявшая недалеко женщина сказала.

— Плачь, сынок, не стесняйся. Слез любви стесняться не надо.

Кирилл взглянул на неё и улыбнулся. В его глазах и правда плескались слёзы…

— Догони её! — сказал тот же парень, что пытался заступиться за них перед служащей.

Кирилл отрицательно покачал головой. И пояснил.

— Это моя невеста… Она летит домой. Просто оттуда, куда я сейчас уезжаю, есть большая вероятность уже никогда не вернуться…

Женская часть зрителей ахнула.

— Там война? — спросил дрожащий девичий голосок.

Кирилл усмехнулся и кивнул.

— Парень! Ты должен выжить ради любви! — сказал какой-то пожилой мужчина.

— Конечно! Спасибо вам всем за участие! А сейчас, простите, я должен увидеть, как она улетает…

И быстрым шагом направился в сторону панорамного окна.

Кирилл долго стоял и смотрел в окно: как самолет, на борту которого находилась Алина, маневрировал на взлетной полосе, набирал скорость, взлетал, как исчез с видимого горизонта, унося любимую всё дальше и дальше от него.

Дежурная всё объявляла и объявляла прибывающие и убывающие рейсы. Но сдвинулся Кирилл с места только тогда, когда сообщили, что посадка на рейс в Милан заканчивается.

Он улетал в Милан.