Веселый господин Роберт - Виктория Холт

Она спустилась вниз и встретила в холле Форстера, разговаривавшего с госпожой Оуэн, которая жила отдельно от своего мужа и попросила разрешения остаться в доме. Эми, любившая компании, была рада ее обществу.

Форстер любезно обратился к Пинто, когда та сошла с лестницы:

– Не сомневаюсь, что вы будете просить у пашей госпожи разрешения съездить на ярмарку.

– Возможно, – ответила та.

– Из Виндзора только что прибыл гонец. Он привез письма для миледи. Говорит нам, что завтра или послезавтра мастер Томас Блаунт прискачет сюда из Виндзора с особыми подарками и письмам от милорда к ее светлости.

– Миледи будет рада получить известие от лорда Роберта, – сказала Пинто и прошла мимо.

Мастер Томас Блаунт! Это родственник лорда Роберта, человек, чья судьба тесно связана с судьбой его господина. Он готов выполнить любое распоряжение лорда Роберта… даже если тот прикажет убить его жену.

Роберт шлет жене письма, подарки, подумала Пинто, и в то же время жаждет убрать ее со своей дороги. Какое коварство!

Ей казалось, что опасность приближается.

Ночью Эми тихо лежала, задвинув занавеси вокруг постели. И вдруг проснулась, почувствовав, что кто-то находится в комнате.

Она села, прижимая руки к сердцу. Что за страх владеет ею, заставляя вздрагивать при каждом шорохе? Ужас охватил ее до глубины души.

Эми встала на колени, раздвинула занавеси. Там стояла Пинто с зажженной свечой в руке.

– Пинто! – воскликнула Эми с огромным облегчением.

– Ох, госпожа… значит, вы не спите?

– Как ты меня напугала!

– Госпожа, я пришла с вами поговорить.

– В такой час?

– Дело не ждет… По крайней мере, мне так кажется. Я должна сказать вам это сейчас. Возможно, не смогла бы сделать это днем. Госпожа, накануне вашей свадьбы я часто приходила к вам ночью и спала вместе с вами, когда вам снились дурные сны. Помните?

– Да, Пинто. Сейчас мне тоже снятся дурные сны. Иди ко мне сюда.

Пинто задула свечу и забралась в постель.

– Ты дрожишь, Пинто.

– Это вы дрожите, госпожа.

– Что это, Пинто? Что это такое?

– Мы боимся, госпожа. Мы обе чего-то боимся, и боимся говорить об этом при свете дня. Вот почему я пришла к вам ночью. Госпожа, мы должны поговорить об этом.

– Да, Пинто, должны.

– Они хотят избавиться от вас, госпожа.

– Это правда, Пинто. Это правда. – У Эми застучали зубы.

– Понимаете, – продолжила Пинто, – он человек амбиций, и все, чего хочет, мог бы получить, если бы не вы. Я боюсь. Никогда не ешьте ничего, что приготовила не я.

– Они хотят меня отравить?

– Не думаю, что они это сделают.

– Почему?

– Слишком много разговоров ведется об отравлении.

– Пинто, что я могу сделать? Что мне делать?

Глаза служанки увлажнились. Все выглядело так, будто Эми снова стала ребенком и пришла к ней за помощью. Нет! Сейчас все по-другому.

Это не детская проблема. Это вопрос жизни и смерти.

– Я кое-что придумала, госпожа. Мы уедем отсюда.

– Куда же мы можем поехать?

– Думаю, мы можем поехать к вашему брату Джону. Он вас нежно любит. Мы можем тайно остановиться в его доме… может быть, как служанки. Кроме этого, я пока ничего не могу придумать. Ваш брат мудрый человек. Он нам что-нибудь посоветует. Прежде всего нам нужно добраться до его дома.

– Разве нам позволят так уехать, Пинто?

– Нет, не позволят. Мы должны уехать тайно. Ох, госпожа, я все думаю, думаю, так что у меня голова идет кругом. Завтра к вечеру или послезавтра здесь появится мастер Блаунт. Госпожа, я очень боюсь этого человека.

– Ты думаешь… он приедет… чтобы убить меня?

Пинто не ответила на этот вопрос.

– Надо, чтобы мы уехали до того, как он появится.

– Но как, Пинто?

– Слушайте меня внимательно, дорогая госпожа. Завтра воскресенье. Отошлите всех слуг на ярмарку. Отошлите даже госпожу Одингселлс, потому что она болтлива и любопытна, и я боюсь, что если останется здесь, то может проболтаться о наших планах, и наш отъезд станет невозможным. Оставьте для компании госпожу Оуэн; не сомневаюсь, что Форстеры тоже будут тут. Но пусть все остальные домашние поедут на ярмарку. Я тоже поеду с ними, но сразу же вернусь, как только смогу это сделать, не привлекая внимания. Отдохните, пока я не вернусь, чтобы приготовиться к утомительному путешествию. Я тихонько проберусь в дом, и мы вместе выскользнем на конюшни. Так что сегодня ваша последняя ночь в этом доме. Эми прижалась к Пинто:

– О, как я этому рада! Я боюсь этого дома. Хорошо, так и сделаем, Пинто. Поедем к моему брату.

– Вы должны настоять, чтобы все поехали на ярмарку. Никто не должен видеть, как мы будем уезжать. Оставайтесь в своей комнате, пока я не вернусь, но будьте готовы к отъезду…

– Но, Пинто, как же мы поедем… две женщины… одни, отсюда до Норфолка?

– Не знаю. Но нам придется. Мы можем быстро доехать до гостиницы, отдохнуть там и, возможно, нанять каких-то слуг, чтобы они нас сопровождали. Я не очень четко это себе представляю. Знаю только одно – мы должны выбраться из этого дома до того, как в него войдет мастер Блаунт.

– Да, Пинто, да. Но вот о чем я подумала. Завтра воскресенье. Только самые низкие и вульгарные люди ездят на ярмарку в воскресенье.

– Очень жаль. Но им придется пойти. Вы должны настоять на этом. Откуда мы знаем, что среди них нет шпионов?

– Они поедут. А ты быстро вернешься, чтобы мы могли отправиться в поездку.

– Как только смогу это незаметно сделать.

– Ох, Пинто… Это такой безумный… отчаянный план. На дорогах женщин подстерегает столько опасностей!

– Нет большей опасности, чем та, что таится в этом доме.

– Я знаю, Пинто. Я чувствую…

– А теперь постараемся заснуть, госпожа. Завтра нам понадобится много сил.

– Да, Пинто.

Они лежали тихо, время от времени переговариваясь друг с другом. За окном занимался рассвет, когда две женщины наконец заснули.

Наступило воскресное утро.

Эми чувствовала себя лучше, чем ночью, потому что ярко сияло солнце и это был последний ее день в этом страшном доме.

Она позвала к себе слуг и сказала, что разрешает им всем поехать на ярмарку в Эбингдон.

Слуги рассчитывали поехать туда в понедельник, но не посмели ослушаться приказания хозяйки.