По приказу короля - Шеррилин Кеньон

Все в зале замерли при этих грубых словах. Никто, будучи в здравом уме, никогда не отважился бы оскорбить ни одного Макаллистера, а тем более всех троих сразу.

У Калли от изумления открылся рот, и она повернулась ко входу в зал. Там на пороге, скрестив руки на груди, стоял Син, одетый в свою кольчугу. Его лицо не выражало абсолютно ничего, он просто спокойно стоял и рассматривал людей, которых только что оскорбил.

— Как вы посмели оскорбить моих гостей! — взорвался Астер и сердито посмотрел на Калли. — Видишь, какой мир он принес?

Три Макаллистера медленно поднялись, обошли вокруг стола и единой стеной двинулись на мужа Калли, и она, ужаснувшись злорадной улыбке, с которой Дермот ожидал предстоящей стычки, перекрестилась.

Оказавшись на расстоянии вытянутой руки от Сина, братья рассмеялись и окружили его.

Калли словно завороженная смотрела, как братья Ма-каллистер сгребли Сина в объятия, а он старался освободиться, ругался и шлепал их по рукам.

— О-о! — взревел Син. — Отпустите меня, людоеды!

— Разве твои ожоги еще не зажили? — озабоченно нахмурился Лахлан.

— Да, они зажили, но у меня болит свежая рана, и, если вы сейчас же не прекратите, у меня снова начнется кровотечение.

— Новая? Но откуда? — У Брейдена появилось точно такое же озабоченное выражение, как у Лахлана, и он потянул Сина за одежду, как будто искал рану. — Что случилось? Ты показался лекарю?

Громкий свист прорезал воздух, мужчины замолчали, и все обернулись к Калли.

— Кто-нибудь соблаговолит объяснить мне, что здесь происходит?

— Мы, как видите, здороваемся со своим братом. — Юан с раздражением посмотрел на Калли. — Если не возражаете, мы немного посмотрим на него.

У Калли, как и у ее дяди и у Дермота, приоткрылся рот.

Нет… Может быть, она ослышалась? Если это правда, то почему Син не потрудился сказать ей об этом? Почему он скрывал такие вещи?

— Вы Макаллистер? — Пройдя через комнату, Калли остановилась перед мужем и увидела в его глазах такое глубокое страдание, что у нее остановилось дыхание.

— Разумеется, Макаллистер, — смутился Лахлан, тоже заметив выражение лица Сина, и добавил так тихо, что Калли едва услышала: — Независимо от прошлого ты всегда был Макаллистером.

У Сина снова нервно задергалась щека, и, когда он заговорил, его голос был таким же тихим.

— Если помнишь, от меня публично отказались. Дважды.

Калли заметила стыд на лице Лахлана, и мужчина виновато потупился.

— Вы хотите сказать мне, что этот парень — шотландец? — вступил в разговор подошедший к ним Астер. — Генрих выдал мою племянницу замуж за Макаллистера?

— Ты женился на ней? — не веря своим ушам, воскликнул Брейден. — Ты?

— А ты, похоже, уже собрался бежать за фатой, пока не разразился апокалипсис? — проворчал Син и снова взвыл, когда Брейден добродушно подтолкнул его. — Я же сказал тебе, что ранен. — Он сбросил руку брата. — Что ты сделаешь следующий раз? Высыплешь из солонки соль и вотрешь мне в рану?

Впервые с тех пор, как она познакомилась с Сином, Капли видела своего мужа расслабившимся и ненастороженным, у него даже появился беззлобный юмор.

— Добро пожаловать в семью. — Юан приподнял Капли, крепко обнял и запечатлел у нее на щеке поцелуй.

— Опусти ее, пока не покалечил, — рявкнул Син, а Юан заворчал, но не отпустил Капли.

— Ах, девушка, и почему вы решили выйти замуж за эту мрачную шкуру, когда могли выбрать меня или Лах-лана?

— Потому что вы ее об этом не просили, — с кривой улыбкой ответил Син.

— Знаешь, я, возможно, попросил бы, если бы увидел ее первым.

— Но не увидел. А теперь отпусти мою жену.

— Собственник, — подмигнул Юан Калли, опустив ее на пол. — Что ж, это хороший знак.

— Да, — согласился Син. — Но он может стать плохим для тебя, если ты не будешь держать свои руки подальше от нее.

— Когда ты так говоришь, братишка, я слышу в твоей речи северный акцент, — рассмеялся Лахлан.

— Лучше последи за собой, — огрызнулся Син.

— Знаешь, мы так и не поняли, почему ему, — Брейден кивком головы указал на Саймона, — так много известно о нас.

— Он мой друг. — Отступив назад, Син потянул к себе Саймона, чтобы познакомить его с Макаллистерами.

— Вы, должно быть, тот, кто донимал его вместо меня, — Брейден протянул Саймону руку. — Надеюсь, вы преуспели в этом.

— Во всяком случае, я, безусловно, старался. — Саймон пожал ему руку.

Мужчины посмеялись, и Астер пригласил всех к столу. Калли смотрела на братьев, слушала их разговор и удивлялась изменениям, которые их присутствие совершило с ее мужем. Она надеялась, что, пока Ма-каллистеры будут в замке, ей удастся выведать у кого-либо из братьев, почему ее муж так упорно не желает принять ее.

А больше всего ей хотелось узнать, почему Син не удосужился сказать ей, что он шотландец.