Прогноз на любовь - Рене Шанн

— Не забуду, мистер Коннели.

Когда дверь за ним закрылась, Клайв подозвал Сьюзен:

— Пойди сходи к Баркингсону и возьми для меня образцы, Сьюзен.

Сьюзен, и без того шокированная произошедшими событиями, широко раскрыла глаза.

— Но я уже была там и принесла вам образцы сегодня утром.

— Вот как? Ну что ж, пойди возьми еще, побольше, будь умницей.

— Да, мистер Фентон.

Она торопливо вышла, и Клайв закрыл дверь магазина на замок.

— Если кто-то захочет зайти, пусть подождет. Или пусть считают, что мы закрыты. — Он подошел к Фелисити. — Не могу понять, что все это значит… Не смею надеяться, что ты пришла сюда за тем же, за чем сам я только что ездил на квартиру Нэнси…

— А зачем ты туда ездил?

Он крепко схватил ее за руку:

— Идем в кабинет. Там уютней. И я тебе все расскажу. А то нас видно с улицы.

Фелисити позволила увести себя. Она знала только то, что каким-то чудом Клайв бросился в квартиру Нэнси, Маргарет Диэринг ушла, а так как она ни за что бы не ушла из магазина по собственной воле, это могло означать только одно — Клайв ее уволил.

Клайв закрыл дверь в кабинет. Зазвонил телефон. Он снял трубку и положил ее на стол. В трубке раздавался чей-то настойчивый голос, спрашивающий Фентона. Потом звонивший отчаялся добиться ответа и повесил трубку.

— Не важно, кто это, пусть подождут, — тихо произнес Клайв.

Фелисити, которая никогда не была смешливой, вдруг заметила, что хихикает. Нервы.

— Но это мог быть какой-нибудь важный клиент.

— Какое мне до него дело?

Фелисити, затаив дыхание, взглянула на мужа.

— Тебе или нам?

— Нам, конечно. — Он быстро прижал ее к себе и крепко поцеловал. Затем Клайв отодвинул ее, не выпуская из объятий, и пристально вгляделся. — Прежде всего, до всяких объяснений, я хочу тебе сказать, Фелисити, родная моя, что люблю тебя, что ты единственная женщина, которую я любил за всю свою жизнь и которую буду любить всегда.

— Я могу сказать тебе то же самое, — умирая от счастья, прошептала Фелисити. — То есть с той поправкой, что ты единственный мужчина.

Клайв ухмыльнулся:

— Что мне всегда в тебе нравилось, дорогая, это то, как ты точно выражаешься.

— Сам ты иногда бываешь не так точен.

Он вновь прижал к себе драгоценную свою любовь.

— Есть только одно, что я хочу выяснить.

— Я тоже.

— О господи, любимая, что с нами случилось? По крайней мере, со мной, потому что это только моя…

Она приложила ладошку к его губам.

— Нет, мы оба виноваты. — Чувство вины закралось в ее сердце, когда Фелисити подумала, как это верно! Их брак чуть не распался из-за того, что они потеряли доверие друг к другу. Она приникла к мужу, прижалась к его груди и приглушенным голосом попросила: — Прости, что я засомневалась в существовании мистера Коннели.

Клайв хмыкнул:

— Я так рад, что вы с ним встретились и познакомились.

— По-моему, он очаровательный.

— Ну, я не сказал бы, что ему очень подходит это описание, но в общем он довольно приятный. Типичный американец, впрочем.

Они услышали щелчки в телефонной трубке.

— Дорогой, лучше положить трубку на место, вдруг кто-то не может нам дозвониться. — Фелисити протянула руку, чтобы положить трубку.

Через минуту раздался звонок.

— Отвечай сам.

Клайв снял трубку. И вдруг улыбнулся:

— Сейчас, минуту. Она здесь.

Фелисити удивилась:

— Кто может мне звонить, не понимаю?

Клайв протянул ей трубку и вышел в торговый зал.

— Фелисити? — послышался озадаченный голос Линн. — О, дорогая, как я рада тебя слышать. Я почему-то не ожидала застать тебя в магазине. Я звонила дяде Клайву, думала, он мне скажет, как с тобой связаться.

— Какая ты милая. Как у тебя дела, Линн?

— Прекрасно. А у тебя?

— У меня тоже все хорошо, — ответила Фелисити и подумала про себя, что это явное преуменьшение. — Слушай, давай как-нибудь сходим пообедаем вместе. Только не сегодня. Хочешь, завтра?

— С удовольствием. Но разве ты завтра тоже будешь в городе?

— Да, конечно. Теперь я буду здесь каждый день. Я снова принята на работу в магазин «Фентонз», так что теперь все будет, как раньше.

— Правда? Фелисити, дорогая, я так рада за тебя! Я очень о вас беспокоилась, я так переживала насчет… ну… насчет… в общем, насчет того, как мы с тобой расстались.

— Линн, все давно забыто, не думай об этом.

— Я не заслушиваю твоего снисхождения.

— Перестань. Как дела дома?

— Да как обычно. Бабушка только вчера говорила, что от тебя давно нет вестей. Я ничего им не сказала.

— Вот и умница. Я еще позвоню тебе сегодня. Да, а как Гордон?

— Отлично. Вчера мы с ним ужинали. Мама так довольна, что мы с ним снова встречаемся, ты не представляешь. Мурлыкает, как кошка.

Фелисити улыбнулась. Она представила, как Марсия и Джордж склоняют друг к другу головы, с возродившейся надеждой, довольные, что Линн думать забыла о Ричарде, и уповая на то, что скоро их дочь выйдет замуж за Гордона.

Она почувствовала укол совести из-за Ричарда. Кажется, он единственный в этой истории остался ни с чем. Линн утешилась с Гордоном. Они с Клайвом помирились. Она вышла в торговый зал, размышляя, что можно сделать для Ричарда.

И вдруг застыла на месте, увидев, что муж разговаривает… с Ричардом.

— Не надо так на меня смотреть, — рассмеялся Ричард. — Я не привидение.

Фелисити неуверенно хихикнула:

— Я знаю. Но… нет, я просто не ожидала тебя здесь увидеть.

— Если уж на то пошло, я тоже не ожидал тебя здесь увидеть. Но, впрочем, я рад.

— Нет, правда, Ричард, что ты тут делаешь?

В разговор вмешался Клайв:

— Он пришел сказать то, что я и сам уже понял, — что вчера я вел себя как последний дурак.

— Да, вижу, я мог и не приезжать. Вы и без меня во всем разобрались.

Глаза Фелисити защипало от слез. Доброта Ричарда, его бескорыстие… Она подошла к нему, встала на цыпочки и поцеловала.

— О, Ричард, я тебя обожаю! Надеюсь, ты не против, Клайв? Это совершенно невинный поцелуй.

— Не совсем, — коварно улыбнулся Ричард.

Клайв хмыкнул:

— Можешь продолжать.